На глобальном саммите по вопросам ядерной безопасности, что прошел на днях в Вашингтоне, особое внимание было уделено проблеме распространения ядерного оружия и атомному терроризму. Речь шла, прежде всего, о физической защите ядерных материалов во всем мире. В этом контексте особое внимание было уделено безъядерному статусу Украины и ее добровольной «сдаче» России для переработки и утилизации оставшегося еще с советских времен высокообогащенного оружейного урана.
Сообщения в мировой печати со ссылками на президента Виктора Януковича, обратившегося к Дмитрию Медведеву с просьбой принять «начинку» ядерного оружия, а также заявление пресс-секретаря Белого дома Роберта Гиббса о том, что Киев согласился избавиться от всех запасов высокообогащенного урана к 2012 году, — вызвали бурю эмоций среди политического класса Украины. Если сторонники действующего президента Януковича всецело поддерживают и одобряют этот, на самом деле, очень важный для всего мира шаг, то оппоненты обвиняют его – ни много ни мало – в «предательстве национальных интересов».
Как заявил бывший спикер украинского парламента, депутат и лидер движения «Фронт перемен» Арсений Яценюк, согласие отдать России высокообогащенный уран является «платежом за хороший прием Януковича на Западе». «Украина в 1990-х годах отказалась от статуса владельца ядерного оружия. Это было сделано под давлением России и США. Украина получила так называемый Будапештский меморандум. Интересная бумага, только она совсем ничего не гарантирует», — считает депутат. Еще более категорично против принятого командой нынешнего президента Януковича решения отказаться от оружейного урана выступает радикальное националистическое движение «Свобода» во главе с Олегом Тягныбоком. Его оценка такого соглашения с Россией однозначна – это «сдача» национальной безопасности и даже части суверенитета враждебной Украине стране.
Заявление Виктора Януковича о передаче высокообогащенного урана вновь привело к всплеску общественных дискуссий по поводу утраченных возможностей, которые мог бы предоставить ядерный статус Украины. Политологи, журналисты и ученые в который раз задаются вопросом: надо ли было стране так быстро разоружаться; не разумнее ли было бы сохранить статус ядерного государства?
Несмотря на то, что летом 1990 г. Верховная Рада УССР приняла Декларацию о государственном суверенитете, где заявлялось, что Украина намерена «стать в будущем постоянно нейтральным государством, которое не принимает участие в военных блоках и придерживается трех неядерных принципов: не принимать, не производить и не приобретать ядерного оружия», казалось, распад СССР не поколебал решимости Киева оставить ядерное оружие на своей территории. Ведь арсенал средств массового поражения составлял на Украине 5000 ядерных боезарядов, включая тактическое и стратегическое оружие, а также стратегические носители. Если бы Украина провозгласила себя ядерным государством, то стала бы третьей в мире ядерной страной — на ее территории размещалось больше ядерного оружия, чем в Великобритании, Франции и Китае вместе взятых.
30 декабря 1991 г. президенты стран СНГ, зарегистрированного на пепелище СССР, условились, что «решение о необходимости применения ядерного оружия принимается президентом Российской Федерации по согласованию с главами Республики Беларусь, Республики Казахстан, Украины, в консультациях с главами других государств – участников Содружества». Ядерное оружие на территории Украины должно было «находиться под контролем объединенного командования Стратегических сил с целью его неиспользования и разукомплектования» вплоть до полного уничтожения. Были обозначены и сроки разукомплектования: тактического ядерного оружия – до 1 июля 1992 г., стратегического – до конца 1994 г.
18 апреля 1992 г. президенты России и Украины Борис Ельцин и Леонид Кравчук подписали Соглашение о порядке перемещения ядерных боеприпасов с территории Украины на базы РФ для разукомплектования и ликвидации. 7 мая 1992 г. в письме президенту США Джорджу Бушу-старшему Леонид Кравчук гарантировал ликвидацию в течение семи лет всех ядерных вооружений на территории Украины, включая стратегические наступательные.
23 мая 1992 г. Россия, США, Украина, Казахстан и Белоруссия подписали так называемый Лиссабонский протокол, согласно которому эти пять стран становились участниками Договора о сокращении СНВ. Инициатором, как свидетельствуют дипломаты, стал Киев. В документе было, в частности, записано, что Украина, Белоруссия и Казахстан обязуются присоединиться «в возможно короткие сроки к Договору о нераспространении ядерного оружия в качестве государств-участников, не обладающих ядерным оружием». В протоколе было указано, что эти три государства обязаны ратифицировать Договор о сокращении СНВ. В мае 1992 г. все тактическое ядерное оружие было вывезено с украинской территории.
Однако уже 11 декабря 1992 г. МИД Украины в «ядерном» меморандуме поставил вопрос о праве собственности на все компоненты ядерных боеголовок, дислоцированных на ее территории. Речь шла об оставшемся на Украине стратегическом ядерном оружии. Заявление украинского МИДа напугало тогда мировое сообщество, практически ничего не знавшее про независимую Украину, которая обычно «приписывалась» к югу России, а теперь грозила стать восходящей ядерной супердержавой с бедным населением.
Сегодня уже мало кто помнит и знает детали добровольно-принудительного ядерного разоружения Украины. «Эскалация ядерных амбиций Киева, — вспоминает глава российской делегации на переговорах Юрий Дубинин, — становилась все более очевидной. …В конце августа 1993 г. ВС Украины в закрытом режиме рассмотрел проект военной доктрины. В ходе обсуждения стало ясно: сопротивление Украины в вопросе о ликвидации всего ядерного оружия исходит теперь от высших эшелонов государственной власти. Затем последовало заявление 162 депутатов (это больше трети Верховного Совета), в котором Украина прямо называлась ядерной державой».
Приказом от 3 июля 1993 г. украинское министерство обороны «приписало» ядерные арсеналы на территории страны к 43-й ракетной армии. «Еще в мае 1992 года, — вспоминает Дубинин, — к украинской присяге был приведен личный состав двух ядерно-технических частей 46-й воздушной армии. А поскольку присягу принял и летный состав стратегических бомбардировщиков, Украина, как писал начальник Генерального штаба Вооруженных сил России Михаил Колесников, приобретала «принципиальную возможность применения ядерного оружия».
Для мирового сообщества ситуация принимала совсем нешуточный оборот. Тем более что 2 июля 1993 г. Верховная Рада утвердила «Основные направления внешней политики Украины», в которых страна, вопреки всем предыдущим декларациям и международным договорам, провозглашалась «собственницей ядерного оружия». Но спустя восемь месяцев, после многочисленных официальных и неофициальных встреч, обсуждений и переговоров с Россией и с ведущими странами мира (прежде всего – США), Киев согласился «на ликвидацию всех ядерных боезарядов, дислоцированных на Украине, об их утилизации в России, а также о порядке расчетов по всем операциям».
Вся эта долгая и упорная борьба Киева за статус ядерной державы не принесла Украине почти ничего, кроме так называемого «мирного дивиденда» от России в виде поставок тепловыделяющих сборок для АЭС. Миллиардный дождь компенсаций, на котором Киев настаивал, так и не пролился. По мнению бывшего главы группы переговорщиков с украинской стороны депутата Юрия Костенко, разоружение было проведено в интересах не Украины, а других государств — в первую очередь, России и США.
«Мы могли бы растянуть процесс ядерного разоружения вплоть до 2003 года», — отмечает он. И напоминает, что «компенсации от «Большой семерки», которые получила Россия за уничтожение трети своего ядерного потенциала, исчисляются суммой $25 млрд, а Украина получила в виде компенсаций $276 млн только на техническую помощь от США. Практически мы из своего собственного бюджета финансировали свое ядерное разоружение, в том числе и уничтожение шахтных пусковых установок».
По его мнению, Украина должна была получить компенсацию, «которая отвечала бы, по крайней мере, стоимости 10 тонн плутония и 50 тонн высокообогащенного урана, которые содержались в нашем тактическом оружии, — по приблизительным оценкам, это свыше $10 млрд».
Видимо, еще и поэтому инициатива команды Януковича – «сдать» России последние 90 килограммов оружейного урана, «завалявшегося» в стране, из которого можно произвести несколько ядерных боезарядов, вызвала новую обеспокоенность политического истэблишмента страны. Ведь о материальных преференциях, которые Украина могла бы получить от этой акции окончательного саморазоружения, пока мало что известно широкой аудитории. В документе, принятом по итогам встречи Януковича и Обамы, педалируется, в основном, лишь моральная сторона этого дела борьбы за мир во всем мире.
Видимо, платой Киеву за сговорчивость станут $250 млн, которые США дадут стране «для подтверждения намерения поддерживать Украину и другие стороны в вопросе приведения Чернобыльской станции в безопасное состояние». На что оппозиционный депутат Арсений Яценюк жестко заявил: «Так международные переговоры не проводятся. Если бы такая ситуация была с Россией или США, поверьте мне, их президенты получили бы максимальную выгоду для страны. Мы же пока ничего не получили и, вижу, ничего не получим».
Алла Ярошинская
