На «экваторе», т.е. половине срока нынче действующей Четвертой Общегосударственной целевой научно-технической космической программы Украины на 2008 — 2012 годы, стоит констатировать: она выпала на далеко не самые лучшие в финансово-экономическом плане для Украины годы.
Сич -1М Фото nkau.gov.ua
Грубо говоря, если раньше у державы просто не было денег на космос, в силу чьего-то непонимания и нехотения, то сейчас их нет по веской причине – из-за кризиса. Что, в общем-то, странно: развитие авиакосмической индустрии – это развитие перспективнейших высокотехнологичных производств, и вклад в нее средств вчера дает дивиденды сегодня и суперприбыли завтра.
Сич -1 (Космический аппарат “Сич” предназначен для наблюдения поверхности Земли в интересах хозяйственной деятельности и проведения научных экспериментов по исследованию ионосферы и магнитосферы.)Фото nkau.gov.ua
В целом, как объясняли автору этих строк в Национальном космическом агентстве Украины (НКАУ), на протяжении существования «Украины космической» градация госпрограмм в этой сфере выглядела следующим образом. Первая программа (1993 — 1997 гг) фактически проходила по формуле «приказано выжить», то есть максимально сохранить тот потенциал, что остался после СССР при отсутствии нормального финансирования и госзаказов. Вторая программа (1998 — 2002 гг) была направлена на признание космической Украины в мире, что и было достигнуто. Но, как мы упоминали выше, не всем в Украине доступно понимание того, что развитие высоких технологий – это задел на будущее, в нашей стране куда более популярен принцип «вечером деньги – утром стулья», то есть эффект желательно показать сразу. Потому Третью программу (2003 — 2007 гг) Верховная Рада принимала под девизом «Космос должен приносить прибыль». При этом на выполнение третьей программы было запланировано выделять в среднем всего-то около 317 млн гривен в год (фактически выделялось меньше).
Украинскими учеными и конструкторами были разработаны унифицированные платформы для серии ориентированных на Солнце космических аппаратов автоматические унифицированные орбитальные станции (АУОС), предназначенные для гелиофизических, геофизических и астрономических исследований на орбитах высотой 500-600 км.Фото nkau.gov.ua
Пожалуй, «коммерческий перелом», реализованный в третьей программе, случился еще в конце 90-х, когда во главу угла был поставлен доход, как от коммерческих проектов, так и от использования космических технологий «в мирных целях», то есть для нужд рядовых потребителей. Ибо с начала независимости Украины было понятно, что прежняя структура космических программ, когда упор делался на военную составляющую, в условиях нищеты украинских Вооруженных сил выглядит нереально.
“Океан-О” Предназначен для оперативного получения данных дистанционного зондирования, которые помогут пользователям исследовать природные ресурсы Земли и Мирового океана, решать задачи природопользования, экологического мониторинга, предупреждения и контроля чрезвычайных ситуаций.Фото nkau.gov.ua
Тогда и пошла вовсю коммерциализация космоса. К тому же, помимо выполнения собственно «космических» заказов отечественных и иностранных клиентов, предприятия космической отрасли получили еще одну стратегическую задачу – максимальное использование своих технологий для более «приземленных» сфер: производства товаров и услуг для рядового потребителя. По замыслу инициаторов процесса, «приземлением космоса» убивается сразу табун зайцев: сохраняется потенциал предприятий, последние зарабатывают себе средства сами, создаются новые рабочие места, плюс государству приятно – создается конкуренция импортным товарам.
И понеслось. Знаменитый «Южмаш» принялся осваивать выпуск автобусов и троллейбусов, да думать о том, как бы пополнить свою номенклатуру зерноуборочными комбайнами и тракторами мощностью 80-100 л.с. (Впрочем, южмашовцам было не привыкать: в славные советские времена, помимо межконтинентальных баллистических ракет, завод выпускал более 50 тыс. тракторов в год). Также на предприятиях отрасли в Харькове начали выпускать современные телевизоры марки «Березка», а вообще был кинут клич «космическими» телевизорами, аудио- и видеоаппаратурой с клеймом «мэйд ин Юкрейн» создать серьезную конкуренцию таким маркам, как «Sharp» и «Sony», а также иже с ними – по крайней мере, на нашем внутреннем рынке. Также было решено, что могут «звездные корабелы» производить и рентгеновскую диагностическую медаппаратуру, не уступающую по качеству западным образцам. Причем по цене как минимум в три раза ниже (комплект такой аппаратуры стоит в Европе не меньше 100-120 тыс. долларов). Однако наиболее интересным, пожалуй, был план спасения украинской энергетики с помощью космических технологий. Прежде всего, наши теплоэлектростанции было решено оснащать специальной аппаратурой для сжигания некондиционного топлива – например, низкокачественного угля. Однако это – далеко не все. Вердикт вынесли специалисты: космическая отрасль в состоянии производить качественное оборудование для ветряных электростанций, и вскоре в Крыму заработали два вида ветрогенераторов производства все того же «Южмаша». В Национальном космическом агентстве Украины в начале 2000-х утверждали, что к 2030 г наша энергетика будет на 25-30 процентов зависеть от того, куда ветер дует (в прямом смысле).
Некоторые из этих проектов оказались мертворожденными детьми, а некоторые работают, и вполне успешно, до сих пор. Как бы то ни было, за счет «работы на потребителя» космической отрасли к 2005 году Украина заменила собственной продукцией импорта на 200 млн. долларов, и было создано порядка 50 тыс. рабочих мест. Цифры радующие, если бы не одно «но»: собственно к космосу, и связанным с его освоением технологиям, все эти трактора и кастрюли отношения не имели и не имеют.
Что касается собственно космических программ, то Украина в плане их коммерциализации, в принципе, пошла по пути развитых космических держав мира. Например, в США космические программы рассматриваются как перспективные, если их эффект составляет не менее 13-15 долларов на каждый вложенный доллар. Отрасли, в которых сейчас широко применяются космические технологии – это прежде всего телекоммуникации, навигация и дистанционное зондирование Земли, финансирование которых дает хорошую прибыль. И деньги в космос стремятся вкладывать далеко не лишь страны, имеющие космические технологии. Например, соглашение о создании системы GEOSS (Глобальная система систем наблюдения Земли из космоса) и ее европейской составляющей GMES (Глобальный мониторинг в интересах безопасности и сохранения окружающей среды), призванные оптимизировать космические наблюдения за земной поверхностью, подписали более 70 стран, ведь они обещают немалые прибыли.
Здесь стоит отметить, что в развитии космических технологий учитывается не только прямая прибыль. Например, как указывают специалисты, трудно подсчитать эффект от предотвращения убытков благодаря своевременному получению информации об изменениях погоды, своевременного выявления различных техногенных и стихийных угроз, управления природными ресурсами, геологоразведки. Впрочем, трудно подсчитать эффект в денежном эквиваленте и от самых уже привычных нам вещей, связанным с использованием космоса – например, от GPS-навигатора в автомобиле, хотя прямая экономическая выгода от их использования (в данном случае — выбор оптимального маршрута движения) налицо.
На этом фоне отошли на второй план имиджевые космические программы, весьма популярные прежде, когда успехи в освоении космоса служили свидетельством и идеологических побед. На сегодня, например, высадку на Луну готовит только Китай. Остальные ориентируются на всем понятную прибыль.
Кстати, российские специалисты отмечают: ответ Российской Федерации на размещение стратегической противоракетной обороны в Румынии и Болгарии в виде ставки на развитие средств нападения (межконтинентальных баллистических ракет, МБР) будет мощным ударом в экономическом плане, который Россия нанесет сама себе. Прежде всего потому, что развитие основных элементов ПРО (выявление запусков ракет противника) подразумевает развитие технологий, которые применимы в гражданской, то есть «прибыльной» сфере – это касается средств радиолокации и мониторинга Земли из космоса. То есть американцы тратят деньги на технологии, которые потом могут давать прибыль. Тогда как далеко не все технологии создания МБР и боеголовок к ним применимы «на гражданке».
Впрочем, украинцы пока, слава Богу, высадку на Луну, как и развитие МБР, не планируют. Сейчас вопрос – как максимально использовать имеющийся потенциал «по прямому назначению» (без троллейбусов), и иметь хорошую прибыль. А потенциал есть.
Сегодня НКАУ координирует работу более чем 40 предприятий – в том числе таких гигантов, как «Южмаш», где производятся ракеты-носители, КБ «Южное» им. М.Янгеля, где они проектируются, предприятия «Хартрон», «Укркосмос», «Горизонт», «Киевский радиозавод», сеть научно-исследовательских центров и институтов. Все они сосредоточены в шести географических точках – Киеве, Днепропетровске, Харькове, Львове, Чернигове и Крыму. Для управления спутниками в Украине также создан единый наземный автоматизированный комплекс управления (НАКУ), включающий центры управления полетами космических аппаратов, приема научной информации, ее обработки, контроля навигационного поля и космического пространства.
Для управления космическими аппаратами на Украине на базе Евпаторийского космического центра и других специальных центров был создан единый наземный автоматизированный комплекс.Фото nkau.gov.ua
Основная продукция, которой могут похвастаться украинские производители – это в первую очередь ракеты-носители, доставляющие спутники на орбиту. Их спектр широк – от «космического пикапа» типа «Циклон-3», берущего на борт 600 кг груза, до «тяжеловоза» «Зенит-3SL», вытягивающего за пределы планеты добрых шесть тонн. В начале 2000-х гг было освоено использование переоборудованных межконтинентальных баллистических ракет Р-36М, Р-36М УТТХ, Р-36М2 (код СНВ — РС-20, по классификации НАТО — SS-18 «Satan», «Сатана»).
Ракета-носитель «Циклон-3» обеспечивает выведение космических аппаратов массой до 4000кг на низкие и средние круговые и эллиптические орбиты. Фото yuzhnoye.com
Важен тот факт, что украинская космическая отрасль способна производить далеко не лишь транспорт – ракеты-носители. Если авиационное бортовое оборудование отечественного производства не всегда дотягивает до международных норм, то в космосе – иная картина, и опыт у наших производителей уже есть.
Зенит-2SLБ Фото yuzhnoye.com
Украина является членом международных организаций, координирующих космическую деятельность: Комитета ООН по мирному использованию космоса (COPUOS), Всемирного комитета по космическим исследованиям (COSPAR), Всемирной организации по спутниковым исследованиям Земли (CEOS), Международной организации астронавтики (IAF). Киев подписал двусторонние договоры с космическими агентствами и ведомствами России, Казахстана, США, Бразилии, Аргентины, Индии, Китая, Израиля, Турции и Евросоюзом. В начале 2000-х Украина стремилась расширить свое участие в международных коммерческих космических проектах "Морской старт", "Наземный старт", "Днепр", "Циклон-4".
Зенит-3SLБ Фото yuzhnoye.com
Начало реализации нынешней Четвертой космической программы было связано с большими ожиданиями. Прежде всего, Украина стремилась выйти из статуса только «космического перевозчика» и начать полноценное международное сотрудничество в широкомасштабных космических проектах с ведущими космическими державами мира. Ведь далеко не секрет, что в свое время, например, широко разрекламированный полет Леонида Каденюка, первого украинского космонавта, стал не более чем рекламным трюком. Наши друзья с мыса Канаверал показали: мол, мы не только признаем Киев в космосе – мы активно с ним сотрудничаем. На этом хваленое сотрудничество, собственно, закончилось – Украина не принимает сегодня участия ни в одной из американских научных космических программ, впрочем, как до 2007 года — и европейских. Запуск спутников под американским и иными флагами украинскими ракетами – стопроцентный бизнес, не более. «Дешевая доставка вашего груза на орбиту, точно и в срок!» – вот лозунг этой совместной деятельности, ни о какой науке, понятно, речь не идет. Запуская иностранные спутники, украинские специалисты даже толком не знают, что там за начинка, для каких целей. Да это и не должно волновать – проезд-то оплачен!
Говоря о международном сотрудничестве, в НКАУ прежде упоминали свои проекты «Морской старт» и «Старт из пустыни». Оба, как явствует из названия, относятся к сфере так называемых «пусковых услуг», и к освоению космического пространства и научным исследованиям отношения не имеют, хотя и весьма интересны с технической точки зрения. Участие в разработках американской компании «Боинг» и норвежской «Кварнер» придают им незабываемый привкус коммерции. Хотя и от этого, понятно, никуда не деться.
Ракета-носитель "Циклон-4" представляет собой трехступенчатую ракету с последовательным расположением ступеней, разрабатываемую на базе существующей РН "Циклон-3" Фото yuzhnoye.com
Начало реализации Четвертой космической программы было вполне обнадеживающим. Первый же год ее реализации показал: доходы космической отрасли Украины в 2008 г. возросли по сравнению с 2007 г. на 4% — до 2,3 млрд грн. Бывший тогда генеральным директором НКАУ Юрий Алексеев заявил в январе 2009 года, что последствия экономического кризиса ощущают и предприятия космической отрасли. "Начались неплатежи как в Украине, так и по зарубежным контрактам, например, с Россией", — сказал он. В то же время руководитель НКАУ отметил, что пока рано говорить о возможном сокращении заказов на продукцию предприятий отрасли. "Так, о переносах запусков спутников в 2009 г. в связи с кризисом нам пока никто не говорил", — отметил он.
Ракета-носитель "Днепр" создана на базе самой мощной в мире межконтинентальной баллистической ракеты РС-20 (SS-18 Satana) Фото yuzhnoye.com
Но потом последовал удар. Космическая программа как таковая «выпала» из бюджета на 2009 г. Вместо нее были предусмотрены «мероприятия по космической деятельности». При этом в объемах финансирования запятая перенесена на порядок, и вместо 250 млн грн отрасли выделено 25 млн. Эксперты тогда указывали, что с учетом долгов бюджета перед предприятиями НКАУ финансирование 2009 года практически было равно нулю. В таких условиях было невозможно говорить о реализации каких-либо государственных проектов, в том числе по созданию спутников. Также неразбериху в ситуацию внесла неопределенность с ценами на энергоносители.
Однако украинская космическая отрасль удар выдержала. И даже смогла сделать «задел на перспективу». Так, в марте 2010 года Украина и ЕС завершили первый совместный проект в космической сфере — двухлетний проект «Twіnnіng Space», который стал первым в истории европейской космической программы, и в ходе которого (объем — в полтора миллиона евро) европейцы ознакомились с космической отраслью Украины и изучили ее потенциал. По сути, этот проект стал отправной точкой в многообещающем сотрудничестве Национального космического агентства Украины (НКАУ) с Аэрокосмическим центром Германии (DLR), Национальным центром космических исследований Франции (CNES) и Европейским космическим агентством (ЕКА). При этом среди перспективных программ совместной деятельности – возможное участие Украины в использовании и коммерческом применении программы ЕС Galіleo, а также в программе глобального мониторинга в интересах сохранения безопасности и окружающей среды (GMES).
Комментируя окончание проекта, заместитель гендиректора НКАУ Эдуард Кузнецов заявил, что украинские ученые и инженеры уже принимают участие в указанных программах. Также в числе решений – договоренность, что украинский спутник "СИЧ-2", запуск которого намечен на осень, также станет частью общеевропейской системы спутниковой навигации, а в апреле намечен запуск французских спутников украинскими ракетами-носителями "Днепр" с пускового центра "Ясный" в Оренбургской области.
В НКАУ оптимистично оценивают перспективы развития сотрудничества со странами ЕС, заявляя, что многие европейские космические аппараты уже содержат разработанное и произведенное в Украине оборудование, а предварительные переговоры с представителями Еврокомиссии дают основания надеяться, что вскоре начнется новый совместный с ЕС проект Space UA объемом в 25 миллионов евро.
Таким образом, перспективы в отношении участия в реализации космических проектов у Украины вроде бы есть. В то же время, как свидетельствует опыт реализации предыдущих национальных космических программ, никто не скажет, какой путь развития отрасли могут указать сверху уже завтра. Стоит надеяться, что эти указания впредь будут идти только на пользу.
Дмитрий Тымчук
