Пока Россия с гордостью афиширует свое участие в саммитах "большой двадцатки", встречах стран БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай) и прочих глобальных круглых столах по экономике, возникает нескромный вопрос: а действительно ли Россия заслуживает того, чтобы состоять в БРИК?
Photo: EPA
Экономические показатели страны упали до столь низкого уровня, что невозможно не задуматься о том, имеет ли она вообще право голоса при решении вопросов глобальной экономики вместе с другими, более успешными участниками этой группы.
Я только что вернулся из Москвы, которая в это время года всегда уныла. Но в этом году среди видных либеральных экономистов столицы царит исключительно мрачное настроение. За последние семь лет российские власти не предприняли значимых экономических реформ. Вместо этого государство живет за счет нефти и газа, как везучий, но недостойный рантье. При том, что цены на нефть составляют порядка 75 долларов за баррель, элита может оставаться на плаву, не предпринимая особых усилий, и, тем более, не занимаясь развитием экономики. Россияне говорят о новом застое, избежать которого надеялась постсоветская Россия. Между тем, Кремль позиционирует себя как члена БРИК — то есть как одну из ведущих развивающихся экономик мира.
Но отставание России несомненно. По данным J.P. Morgan, в Китае в этом году экономический рост составит 8,6 процентов, в Индии — 6,0 процентов, в Бразилии — 0,3 процента. Тем временем, российский ВВП может сократиться на целых 8,5 процентов. Мало того, по итогам этого года Россия показала наихудшие результаты среди "большой двадцатки" крупнейших экономик мира. В 2008 г. Россия занимала второе место в БРИК по объему ВВП в пересчете на текущий курс валют. В этом году по объему ВВП она заметно отстанет от Бразилии, а также, возможно, Индии.
Конечно, эта страна невыгодно отличается от прочих членов "большой двадцатки" и в других отношениях. Не являясь самой авторитарной (эту категорию возглавляют Китай и Саудовская Аравия), Россия, по данным антикоррупционного аналитического центра Transparency International, заслуживает звания самой коррумпированной. Последствия этого очевидны: с 2000 г. Москва не строит дороги. В своем обращении к нации 12 ноября президент Дмитрий Медведев признал, что инвестиции в инфраструктуру — пустая трата денег, так как строительство ведется по завышенным в разы расценкам. Коррупция — дорогое удовольствие.
Кроме того, Россия, в отличие от всех остальных стран "большой двадцатки", не состоит во Всемирной торговой организации. В июне этого года она вплотную подошла к вступлению, но премьер-министр Владимир Путин приостановил этот процесс, в результате чего Россия осталась в стороне от международных торговых дебатов.
Если Россия действительно выделяется на фоне других стран БРИК, то это потому, что кризис, переживаемый страной, носит не финансовый, а системный характер. Господство коррумпированных государственных корпораций и бюрократии душит российскую экономику — и на этот раз нефть ей не поможет. В прошлом году правительство спасло от финансового кризиса наиболее пострадавшие государственные корпорации и банки при помощи своих резервов, по объему которых Россия занимает третье место в мире. За ним последовал нынешний кризис роста; выделение огромных средств неэффективным государственным компаниям нанесло ущерб экономической динамике.
Между тем, положение усугубляется противостоянием между Путиным и назначенным им себе в преемники Медведевым. По Москве ходит едкая шутка: безусловно, существует лагерь Путина и лагерь Медведева. Вопрос в том, к какому лагерю принадлежит Дмитрий Медведев. Очевидно, однако, что две стороны ведут непрекращающуюся борьбу. Когда разразился финансовый кризис, возросло влияние реформистского лагеря Медведева, но, когда цены на нефть вновь начали расти, государственнический лагерь Путина вновь вступил в бой с удвоенной силой.
Сегодня хозяином положения является Путин, это несомненно. Теряя влияние, Медведев начал беспощадно критиковать государственный капитализм своего партнера. "Должны ли мы и дальше тащить в наше будущее примитивную сырьевую экономику, хроническую коррупцию?" — таким вопросом он задавался в своем эссе "Россия, вперед!", размещенном в Интернете в сентябре. В частности, Медведев критикует "правовой нигилизм" и неэффективные государственные корпорации.
Возможно, Медведев надеется на то, что показатели экономического развития России окажутся настолько низкими, что это вынудит правителей страны заняться экономическими реформами. Государственные корпорации настолько неэффективны, что даже авторитарная власть больше не может защищать их. Более других критикуются компания по производству вооружений "Ростехнологии", энергетические концерны "Газпром" и "Роснефть" и банк ВТБ. Подлинную корпоративную катастрофу представляет собой газовый монополист "Газпром". В условиях глобального избытка предложения газа компания отказывается предпринимать усилия по модернизации, предпочитая запугивать своих европейских клиентов. В этом году снижение спроса и высокие цены привели к сокращению объема производства на 20 процентов, но руководство компании продолжает делать вид, что все в порядке. Ходят слухи о готовящейся отставке руководителей крупнейших корпораций, а правительство намекает на приватизацию 2 500 государственных компаний.
Одно конкретное указание на то, что может произойти, уже есть. Многолетний министр Путина по делам СМИ Михаил Лесин был отправлен в отставку Медведевым за "неэтичное поведение" и "конфликт интересов". Лесин установил контроль государства над российским телевидением и при этом, как утверждается, руководил собственной бизнес-империей. Было довольно неожиданно обнаружить, что Кремль требует от своего кабинета соответствия таким стандартам.
Рано или поздно в системе произойдет сбой. Нарастает разрыв между модернизаторской риторикой Медведева и реальностью, перед которой Кремль, похоже, бессилен. Россия — слишком богатая, образованная и открытая страна, чтобы быть настолько коррумпированной и авторитарной. Ей лишь остается надеяться на то, что перемены произойдут до того, как БРИК превратится в БИК.
Андерс Ослунд ("Foreign Policy ", США)
