Мировая экономика одержима культом измерения валового внутреннего продукта (ВВП). На его основе принимаются решения о выдаче кредитов, инвестициях, его увеличение провозглашается амбициозной целью, по поводу его падения сетуют и злорадствуют. Мировой кризис показал повсеместный упадок ВВП. Но также поставил под сомнение саму методику исчисления пресловутого внутреннего продукта. Оказывается, высокий показатель последнего еще не гарантирует степень удовлетворенности жизнью.
На свете счастье есть…
Счастье – в скромности. Во все времена правители, по собственной нерадивости или сознательно держа свои народы на черте выживания, внушали ему, что стремление к материальному счастью – грех. Этим активно занималась церковь, в ХХ веке ее сменили иные системы управления разумом. СССР стал стремительно «подгнивать» в тот период, когда начался «неуклонный рост благосостояния советского народа». То есть, пока народ строил колымские и каракумские стройки коммунизма и жил в состоянии постоянной мобилизации,
когда масло считалось роскошью, а отдельная квартира – пределом мечтаний, потенциал выживаемости государства с традиционной долей азиатского фатализма был силен. Как только народу немножко «дали пожить» — начался упадок. То же характерно для многих аналогичных режимов. «Если народ станет богатым, он будет ленив и перестанет чтить порядок» — утверждал испанский диктатор Франсиско Франко. Франко все же ошибся. Испания со времени его смерти стала в два раза богаче. И 70% ее населения ныне считает себя счастливыми людьми. А вот англосаксы и славянские народы традиционно несчастливы, несмотря на уровень материального богатства. Никакое ВВП не заменяет им счастья. В чем же причина?
Западный мир, провозгласив культ «общества потребления», первый ввел для измерения благосостояния народа индекс валового внутреннего продукта. По этому показателю западные станы всегда находятся в значительном отрыве от остального мира. Ноздря в ноздрю с ними идут нефтяные микрогосударства Персидского залива. Но большая часть человечества живет не в этих странах. Тем не менее, в той же Латинской Америке беднейшее население традиционно благодушно и настроено на счастливый лад. Об этом свидетельствует «международный индекс счастья» — альтернативный, хотя и спорный, метод исчисления благосостояния населения.
«Индекс счастья» первым его предложил внедрить… король маленького гималайского государства Бутан в 1972 году. Правоверный буддист предложил, чтобы благосостояние страны измерялось «внутренним валовым счастьем», включающим обеспечение справедливого и социально-экономического развития, сохранение и развитие традиционных культурных ценностей, охрана природы и правильное управление страной.
Счастье и ВВП
Оригинальную идею экзотического монарха в наше время подхватили экономисты западных стран. Кризис показал относительность потребительского рая, но заодно он выявил традиционные ментальные различия в восприятии своего положения и связи дохода с удовлетворенностью жизнью. Кому-то достаточно «рая в шалаше», кому-то обязательно нужен некий материальный уровень дохода. Это – один, так сказать, метафизический аргумент против традиционного исчисления ВВП. Его могли бы не брать в расчет, если бы не очевидные недостатки расчетов валового внутреннего продукта. А это уже серьезнее. Мир десятилетиями считал внутренний продукт и гнался за его увеличением, он, как завороженный, смотрел не ежегодные показатели и искал предмет для гордости или уныния, находя свое место в рейтинге ВВП.
Но специалисты еще двадцать лет назад отмечали, что ВВП – показатель лукавый и далеко не объективный. Он не учитывает многие ценности, производимые в стране, или же теряемые ею — стоимость неоплачиваемой работы добровольцев, стоимость здоровья, которое люди накапливают во время правильно проведенного отдыха, экономические потери, связанные с деградацией окружающей среды и т.д. Счастливый, довольный жизнью человек и трудится лучше несчастного, так что неэкономический показатель явно влияет на экономику.
Компромиссный вариант определения истинного уровня благосостояния граждан предложили американские психологи Эдвард Динер и Мартин Зелигман: измерять показатели благосостояния по трем показателям — старому доброму ВВП, уровню образования и здравоохранения в стране и по такому субъективному показателю, как уровень удовлетворенности жизнью. Как подчеркивали Динер и Зелигман, с 1945 года ВВП США на душу населения утроился, но социологические опросы показывают, что уровень удовлетворенности жизнью у населения не возрос.
Одним из недостатков ВВП является его распределение по количеству жителей. По этому показателю Китай всегда будет отставать от Люксембурга. Видимо, по этой причине в Китае ныне предпочитают ввести тот самый «индекс счастья». Конечно же, в этом решении много идеологии – требуется показать, что жители Китая – в числе самых счастливых в мире. Тем не менее, факт введения в официальную статистку одной из главных мировых экономик этого спорного показателя – факт.
В 2009 году о внедрении метода расчета «формулы счастья» для своей экономики заявил президент Франции Николя Саркози. Он рискует: согласно «рейтингу счастья», Франция занимает 129 место в списке государств, чье население удовлетворено жизнью.
На сегодняшний день самый известный «индекс счастья» подсчитывается английским исследовательским центром «New Economics Foundation». На первых местах в нем – тропические раи вроде Вануату и Доминики, а вот в развитых государствах со счастьем плохо. Китай занимает 31-е место, Индия на 62-м, США – 150-м, Россия — на 172-м месте из 178 стран. Украину списком обошли. Видимо, счастья здесь нет вообще.
Исчисление счастья в той или иной стране представляет собой произведение продолжительности жизни на уровень счастья (определяется соцопросом). В индекс также входит экологический компонент (площадь земной поверхности, необходимая для обеспечения 1 человека ресурсами).
Лукавый внутренний продукт
Как бы ни был спорен «счастливый» индекс, следует признать, что объективно ВВП не полностью отражает реальное экономическое состояние нации. В самом общем виде валовой внутренний продукт представляет собой совокупную стоимость произведенной в народном хозяйстве страны конечной продукции за год.
Но практически во всех странах отсутствует систематическая и достоверная статистика таких видов деятельности, как домашний уход за больными и детьми, домашнее благоустройство, репетиторство, которые, несомненно, увеличивают благосостояние общества. Не учитываются при подсчете ВВП результаты криминальных секторов экономики. Подсчитать их сложно, но, учитывая влияние мафии на жизнь общества, такие показатели, ради обстоятельности, следовало бы каким-то образом учитывать.
Еще один недостаток ВВП – он не фиксирует деятельность в рамках частных домохозяйств, не включает также домашние работы (ремонт квартир, электро- и радиоаппаратуры, обуви, автомобилей и др.), которые увеличивают благосостояние общества, но имеют нерыночный характер. Не учитывается традиционная, очень значимая для стран с коллективистским мышлением и близких к ним (как бывшие советские республики) традиция межсемейной и внутрисемейной помощи, перераспределения материальных ресурсов в рамках одной семьи.
При подсчете ВВП не берутся показатели оценки негативных результатов производства (истощение ресурсов, изменение климата, загрязнение окружающей среды), что влечет за собой неизменное уменьшение уровня благосостояния членов общества. Кроме того, как известно, в условиях высокоразвитой экономики уровень доходов достаточен для качественного отдыха и увеличения времени досуга значительной части населения, что равнозначно росту благосостояния.
Не учитывается уровень сбережений населения. А как быть с благами, которые продуцирует само государство – в виде безопасности, защиты окружающей среды, услуги государственной социальной и производственной инфраструктуры? Во многих странах не производится поправка на региональные различия в экономике. В Украине, правда, подсчет такой ведется. Но у нас есть свои недостатки исчисления валового внутреннего продукта.
В погоне за украинским ВВП
Существовавшая до недавнего времени методика подсчета ВВП в Украине грешила неполнотой. В нашей стране фактически приводились лишь два, правда, наиболее значимых показателя ВВП — абсолютная величина в текущих ценах и темпы роста. Причем в первые два-три месяца года речь могла идти лишь об ориентировочных величинах. Примерно со второй половины, и особенно к концу года, когда появлялись более точные данные за предыдущие месяцы, точность кумулятивных оценок повышалась.
Зная об этом, большинство развитых стран не проводит расчет ВВП помесячно – слишком относительны показатели. В ЕС и России этого не делают. Даже квартальные подсчеты ВВП проводятся лишь в 68 из 187 стран и территорий мира.
Отказавшись от публикации ежемесячных отчетов по ВВП, правительство сделало первый шаг к модернизации системы подсчета реального уровня доходов и благосостояния граждан. Однако «хроника текущего момента» приписало это решение кризису. Чем бы оно ни диктовалось, необходимость модернизации расчета ВВП – налицо. Мало того, обновление баз расчета требует включения в него столь большого количества новых показателей, что возникает вопрос – а не рациональнее ли перейти на тот самый «индекс счастья»? Или сделать последний еще одним, параллельным и дополняющим, методом расчета?
Помимо ВВП, есть в экономических расчетах современности и еще один, даже более спорный, показатель – прожиточный минимум. Максимально политизированный и экономически бессмысленный, он все еще является основой социальной политики многих государств, в том числе Украины. Об этом – в следующей части.
Константин Марченко
