Заметная в последнее время подковерная борьба президента и премьера России находит все новые выражения – в виде мнений, статей и вопросов, обыгрываемых каждым из двух головных фигурантов. Законы российской борьбы за престол отличаются от украинских на порядок, тем более что оба претендента на трон 2012 года внешне демонстрируют единство. Однако обмануть этим не российское население, ни международное сообщество нельзя.
Теория заговора или сговора?
Конкуренция между Путиным и Медведевым в 2012 году будет. По факту наличия обоих во власти и логике ее сохранения. Украине от этой конкуренции ничего хорошего ждать не следует. Как гласит старая народная мудрость, «хрен редьки не слаще». Тем не менее, стиль поведения Путина и Медведева, в том числе в международных делах, уже вырисовывается. Причем на основе различий. У Медведева – очевидная «болезнь роста» и стремление стать Путиным, не обладая генами и вышколом КГБсткого полковника.
Искусственное, во многом, разделение на консерваторов и либералов постулируется и стимулируется частью самой российской высшей деловой и бюрократической элиты и связанными с нею представителями экспертного сообщества. Противоречия между Путиным и Медведевым преподносятся как имеющие системную основу. Но системного в них ничего нет.
Логика существования любой власти с существенным консервативно-азиатским душком требует единоначалия, причем единоначалия долговременного. Уход Путина с высшего поста эту тенденцию нарушил, и уже тогда вызвал множество вопросов. Самыми вероятными были названы три версии.
Первая гласила, что некоторая часть «капитанов бизнеса» решила все же сменить слишком жесткого для них полковника Путина и посмотреть на то, как управится с ЗАО «Россия» новый, более либеральный внешне и не отягощенный чекистским прошлым президент, тем более, обязанный им фактом своего неожиданного президентства в, казалось бы, насквозь «путинизированной» стране. То есть, Медведев был «запущен» как реальная альтернатива Путину с целью снизить давление на большой бизнес и пресечь полковнику курс на неизбежную диктатуру, в двух шагах от которой он оказался.
Вторая версия – модификация первой. Она гласит, что эти же «капитаны бизнеса», вернее, их наиболее дальновидная часть, поставили на Медведева не просто ради ослабления чекистского контроля, а и с целью провести реальную модернизацию российской экономики, застрявшей в «сырьевом веке». Управляемая сверху модернизация с некоторым налетом необходимого либерализма – вот что хотят видеть от Медведева делающие на него ставку бизнес- и чиновничьи группы.
Обе эти версии предусматривают конфликт с Путиным. С той или иной степенью выхода оного на поверхность. О форме представления, и, главное, о пути разрешения этого конфликта должны думать те, кто его затевает. И те, кто «обороняется» — в данном случае таковой предстает путинская сторона.
Третья версия наиболее отдает конспирологией, хотя видится также логичной. Согласно ей, конфликт между Путиным и Медведевым – инсценировка, и оба играют заранее оговоренные роли. Медведев в этой интерпретации выступает как «кукла», послушный исполнитель и несамостоятельная фигура, действующая по указке Путина. Сутью инсценировки является создание Медведеву имиджа экспансивного и нерассудительного в своих решениях и проявлениях политика. В рамках этой версии, и война в Грузии, и картинное обострение отношений с Ющенко, и даже его пьянство на саммите Большой Восьмерки – акции, которые Медведев осуществляет по строгому сценарию тайных сил во главе с Путиным. Конечной целью служит все тоже возвращение Путина к власти в 2012 – на смену «наломавшему дров» Медведеву, так и не ставшему популярным в России и вызывающему недоверие на Западе. На фоне ДАМа, выходки которого будут множиться по мере приближения к 2012 году, Путин будет выглядеть как спокойная и рассудительная консервативная альтернатива, тем более, проверенная и популярная в народе. После чего, устранив, как временное помрачение, фигуру не справившегося преемника, Путин займет трон до глубокой старости.
Третья версия хорошо «укладывает» все поступки Медведева в одну матрицу, равно как и поведение Путина, от которого ждут некого явного выражения конфликта с Медведевым, но молчаливый полковник поводов не дает. Но одинаково верными могут быть и две первые версии. Мало того, они выглядит более основательными, так как учитывают не только интересы самого Путина, а и Системы – той самой смычки олигархов и высших бюрократов, которая в свое время привела к власти Путина и которая помогала ему строить вертикаль. Пока не оказалась в «интересном положении» — или самой окончательно и прочно встроиться в вертикаль по-путински (тогда признать, что проект «Путин» более чем удался и теперь «хвост» образца 1999 года будет вилять ими до весьма преклонных лет), или же попробовать поставить на альтернативного лидера, снова попытаться «вылепить» нового правителя, с иным багажом и ментальным настроем.
Зародыши двупартийности
Пожалуй, все-таки стоит согласиться с первыми двумя версиями. Какая из них выгладит более практичной – пока сказать сложно. Медведев пока не проявил себя как либерал. Он выглядит всего лишь одним из двух винтов «вертикали», в которой однорычаговое управление заменили на двухрычаговое, при этом программу для обоих рычагов отдельно не прописали. Во всяком случае, во внутренней политике кардинальных отличий не видно. Недавняя статья Медведева, где он фактически относит период правления Путина к «потерянным годам» развития по экстенсивному пути – хорошая констатация факта и знаковое событие, но не является ли оно лишь декларациях о намерениях, своеобразным отчетом Медведева лоббирующим его группам – мол, я говорю то, что вы мне предписали, и даже сам так думаю, но где же необходимая мне для этого власть?
А власть – у премьера. Консервативные силы, на которые он опирается, составляют в нынешней российской элите большинство. Вырисовывается нечто вроде американской двупартийности в самой зародышевой стали. Демократическая и Консервативная партии США фактически не отличаются видением роли и места Америки в мире, взглядом на базовые ценности американского общества и т.д. И даже внутренняя политика их не очень разнится – ведь те и другие опираются на группы большого капитала. Зато есть отличия в политике внешней, в принятии знаковых законов (для США это – медицинская реформа, права меньшинств всех мастей и т.д.). То есть, в России существование тандема создает предпосылки для такой двупартийности: условно, «путинцы» могут быть названы консерваторами, «медведевцы» — либералами.
Ключевое слово здесь – условно. Общая система власти, там самая вертикаль, уже сформирована в путинские годы. Для России он является единственно возможным способом управления, тем более, что традиционные «перегибы» (из которых работа вертикали в основном и состоит) воспринимаются российским сознанием с покорностью и даже благодарностью.
Не исключено, что Медведева, явно менее решительного, но при этом достаточно амбициозного (должность обязывает, да и количество принятых радикальных решений создает «сумму ожиданий») политика просто подталкивают к конфликту с Путиным. Срабатывает прием, обратный известной басне покойного Михалкова, когда изо льва сделали осла, внушив ему это постоянным повторением. В данном случае наблюдается попытка слепить нечто в обратном порядке. Не хотелось бы звать президента соседнего государства ослом, но и львом он не является. Несмотря на грузинский триумф и напыщенный антиющенковский спич. Воевать с умирающим врагом – не по-львиному. А внешнее выражение конфликта с украинским президентом вообще вызывало только смех. Пытаясь отрицать Путина, Медведев подражал ему в голосе, жестах, в речевых оборотах. Таким образом, альтернативы Владимиру Владимировичу не составишь.
Но и здесь может быть все объяснено не только особенностями морального и политического роста нового президента, пытающегося выти из путинской тени, но и просчитанным шагом его «кураторов». Они понимают – народ все равно хочет царя, и царя сильного. Так что либеральничать, даже голосом, не получается. Нужно жестко «резать» и «мочить в сортире». Но возникает вопрос – а зачем в России два «мочителя»? В таком качестве Медведев всегда будет вторичен.
У нынешнего российского президента есть еще много возможностей проявить свою воинственность (кстати, похожую на традиционную воинственность Демократической партии США – все войны, кроме двух иракских, развязывались за последние два столетия при демократах, казавшихся внешнее либералами). Будет у него шанс проявить и свой либерализм – если это ставится ему в задачу. Пока только одни разговоры. Да и Путин на месте, и власть выпускать не собирается. Наоборот, собрался вернуться в 2012 году на президентский пост.
Раз собрался, то Медведева может назначить премьером. И снова будет то самое двоевластие, но уже в другом исполнении. Путин доказал, что может быть и первым, и вторым в государстве. Сможет ли доказать это же Медведев?
Нашей хате — без разницы
Нашему же отчеству оба тандемствующих правителя Московского царства пользы не принесут. В плане тактической политической борьбы и в свете того, кто на кого поставил на предстоящих (а также последующих) выборах, их позиции представляют интерес, и интерес фундаментальный. Мы можем и должны играть на их противоречиях, даже если из соперничество – инсценировка до последней фразы. Тем более, что оба они уже позиционировали себя на «украинском фронте» и ассоциируются с определенными персонажами нашей высшей политтусовки.
Курс Путина или курс Медведева – для Украины нет такого выбора. В сфере идеологии и использования украинского фактора для внутренней агитации и пропаганды оба они придерживаются одной тактики. Разная степень агрессивной риторики и даже действий при этом не должна вводить нас в фундаментальное заблуждение.
Конфликт тандема на украинском направлении лежит в сфере экономики. Но ситуация будет постоянно корректироваться, и , в первую очередь, ключ для ее коррекции находится у нас. От того, кто будет президентом, как поведет себя с группой своего российского лоббиста и с лобби соперника, от того, удержит ли новый президент власть и какой характер она будет носить (степень авторитаризма и возможности иметь дело с одним источником принятия решений) – все это зависит только от нас. В данном случае поведение Медведева и Путина будет носить реактивный характер – они будут строить свою политику в отношении нас, исходя из нашего же собственного поведения.
Критической датой наших отношений является 2017 год, но пока о нем говорить очень трудно. Кроме понятной общей позиции России, предсказать частности грядущего конфликта почти невозможно. Но будет ли с российской стороны в тот момент принимать решения Медведев или Путин – в целом для нас не важно. В таких вопросах российская элита едина. Значит, едины и ее выразители, какие бы имена они носили.
Павел Осьмак
