Граждане, братцы, мужики и даже, не побоюсь этого слова, товарищи. Радость-то какая, наше младшее все, выступая перед российской и заграничной элитой в Ярославле, сформулировало четко и однозначно. Мол, кто как, а вот я, Дмитрий Анатольевич Медведев, живу только собственным умом и считаю: «всё-таки современное государство — это прежде всего демократическое государство». Замечательный прогресс налицо. Ведь всего полтора года назад пока еще не уволенный министр иностранных дел Сергей Лавров заявлял нечто иное: «Завершился более длительный этап мирового развития — 400-500 лет, в течение которых в мире доминировала европейская цивилизация. На острие этого доминирования последовательно выдвигался исторический Запад». А к «новому этапу в развитии человечества» есть два принципиальных подхода. Первый: «мир постепенно, через принятие западных ценностей должен становиться Большим Западом… Другой подход — и его продвигаем мы — заключается в том, что конкуренция становится подлинно глобальной, приобретая цивилизационное измерение, то есть предметом конкуренции становятся в том числе ценностные ориентиры и модели развития». Типа мы еще посмотрим, на кого равняться, то ли на строящий нам уже лет 400 гадости Альбион, с их лицемерным Биллем о правах, то ли на честную и ясную, как алмаз, Северную Корею.
Что же, тяжелый выбор сделан. Мы, скрепя сердце (а как не скрепить: один только шпионский камень, на который писал атташе британского посольства, чего стоил), все-таки выбрали демократию. А могли бы и бритвой по глазам.
Посему на радостях я ничего комментировать не буду. Буду только цитировать несравненного Дмитрия Анатольевича, у которого просто дня не проходит, чтобы он не сказал чего-нибудь либерально-демократического. Терпи читатель, читай внимательно.
Итак, о современной ситуации:
Социальные и экономические условия нашей жизни, системы, в которых мы живём, очень сложны, и с каждым годом эти организмы становятся всё более и более сложными. То же самое происходит и с политической, и правовой теорией… Умная, рациональная политика, государственный прагматизм должны вытеснить из политической сферы всё неразумное: опасные иллюзии национализма, с одной стороны, или архаичные предрассудки классовой борьбы, с другой стороны. Утопические проекты глобального господства, как бы они ни назывались — «всемирный халифат» или «благожелательная гегемония», высокопарное оправдание военных авантюр, подавление прав и свобод людей, любые незаконные действия… Нет никаких сомнений, что мир находится на пороге новой эры. Трудная эпоха, характеризовавшаяся доминированием отдельных империй, военных держав, организованных и взаимосвязанных информационных сетей, эпоха гонки наступательных вооружений (как обычных, так и массового уничтожения) подходит к концу… Многие проблемы, с которыми мир сталкивается сегодня: беспрецедентный экономический кризис, кризис культуры и идентичности, дилеммы в области политики и безопасности, распространение терроризма, организованной преступности — все это результат уходящей эры… Это зловещее наследие угрожает нынешнему и будущим поколениям.
А что же делать в этой непростой ситуации? Как помочь пришествию рая на землю?
Уверен, что будущее за политикой, направленной через открытое обсуждение, исследование и всесторонний анализ проблем к выработке продуманных, согласованных методов осуществления этой политики. Тема нашей конференции — «Современное государство и глобальная безопасность», созвучие, согласие, сотрудничество разных культур, сообществ, государств ради всеобщей безопасности. В прошлом году мы все увидели, как непродуманная, можно и жестче, конечно, сказать, финансовая политика правительства одной страны стала причиной мирового экономического кризиса…Государства, с моей точки зрения, должны знать друг о друге как можно больше и вправе критически оценивать не только внешнюю, но и внутреннюю политику друг друга, может быть, и указывать на недостатки этой политики, если она может привести к проблемам международного масштаба или игнорирует общепринятые этические нормы, принципы гуманизма. Но критерии, стандарты и правила такого рода оценок и мониторинга не могут никому навязываться. Это тоже абсолютно очевидно. Никто не должен диктовать эти правила в одностороннем порядке, даже самые сильные, самые мощные государства, самые уважаемые государства. Чтобы они воспринимались, чтобы они были действенные, их нужно вырабатывать общими усилиями в ходе свободной дискуссии всех участников мировой политики. Создание мира, наполненного духовностью, дружбой, процветанием, безопасностью, требует реорганизации существующего миропорядка и создания возможности для широкого коллективного участия в управлении миром. Существующие механизмы не отвечают потребностям человечества. Их неэффективность доказывается современным состоянием экономики, политики, культуры и безопасности. Эти механизмы и структуры появились в результате отношений, базирующихся на грубой силе и доминировании. Между тем нашему миру сегодня требуются механизмы, которые родятся из праведного мышления, а также на основе подхода, основанного на человеческих ценностях и сострадании. Новые механизмы проложат путь к развитию талантов и процветанию всех народов, а также обеспечения всеобщей безопасности и продолжительного мира. Институты современной демократии должны строиться таким образом, чтобы цели общественного развития достигались преимущественно ненасильственным путём, не принуждением и подавлением, не запугиванием и противопоставлением друг другу. В основе этих методов регулирования должна лежать толерантность, спокойствие, культура диалога, раскрытие творческого потенциала любого человека, сближение интересов личности, общества и государства, а также интересов различных обществ и различных государств. Современные политические системы здесь должны быть открытыми, гибкими и достаточно сложными, чтобы они соответствовали нынешнему времени, соответствовали характеру и скорости непрерывно меняющихся социальных и культурных процессов.
Хочется верить, что вы продрались через пространные цитаты.
Не буду больше мистифицировать. Внимательный читатель уже понял, что выделенные абзацы, так похожие по смыслу на медведевские словеса, взяты из другого текста. А именно из ответа Ирана ведущим государствам мира, требовавшим прекратить ядерные программы, которые могут привести к созданию атомной бомбы. Эту проблему иранские руководители обсуждать отказываются, но готовы предложить нечто глобальное. Текст носит конфиденциальный характер. Но оказался на сайте нью-йоркского интернет-издания ProPublica. Кто-то скажет, что речь, возможно, идет о подделке. Но для нашего анализа это совершенно не важно. Ведь так или иначе, но выступление президента России и по ментальности, и отчасти по стилистике соответствует то ли реальному, то ли выдуманному письму от имени государства-изгоя. Кто бы ни был его автором, он не мог заранее знать текст Медведева.
Логика обоих текстов совершенно одинаковая. Да, мир изменился, да, усилилась взаимозависимость государств. Более того, Медведев утверждает, что государства вправе критиковать не только внешнюю, но и внутреннюю политику другого государства. Но, внимание, только после того, как на основе консенсуса (очевидно, между Пхеньяном и Вашингтоном) будут выработаны общие критерии демократии. Ведь сегодня и иранские начальники, только что растоптавшие избирательные права граждан страны, говорят о неизбывной важности свободных выборов.
На самом деле, если попытаться всерьез ответить на вопрос, который совершенно для проформы был поставлен в название конференции в Ярославле, а именно о связи между современным государственным устройством, глобализацией и безопасностью, то приходишь к выводу: Россия (точно так же, как и Иран) лишь делает вид, что не понимает реального вызова глобализации.
На мой взгляд, связь между глобализацией и безопасностью более чем очевидна. К сожалению, глобализация — не царствие небесное. Возможность быстрой, практически мгновенной, концентрации ресурсов и финансов всей планеты отнюдь не способствует равномерному распределению богатства. Скорее наоборот, те, кому есть что продать на этом глобальном рынке, получают больше. И технологии стоят куда больше, чем сырье. В результате глобализации на обочину мирового развития оказались вытеснены как раз те страны, которые либо ничего не могут предложить на мировой рынок, либо те, кто поставляет сырье. Никто не может предсказать динамику цен на нефть, газ и металлы. И поэтому жители этих государств всерьез верят в то, что падение цен на сырье (а стало быть, резкое снижение уровня жизни) вызвано коварством ведущих стран мира. Как следствие «западный империализм» обвиняют в попытке навязать чуждую культуру, нанести оскорбление. Именно такая логика стояла, в конечном счете, за атакой 11 сентября 2001-го. За этим стоит гигантская проблема «Большого Ближнего Востока» — что делать с десятками миллионов людей, которые отрицают современную цивилизацию, но которые готовы воспользоваться ее достижениями, вроде пассажирских самолетов и Интернета, чтобы нанести максимальный ущерб враждебному им миру?
В этой ситуации перед Россией стоит вполне ясный выбор: с кем она — с Западом или с маргиналами. Пока что Москва (точно так же, как и Тегеран) настаивает на необходимости создания «многополярного» мира. Совершенно очевидно, что медведевские призывы к достижению всеобщего консенсуса относительно критериев демократии — не более чем уловка. Обоз движется со скоростью самой медленной повозки. Поиск консенсуса должен неизбежно свестись к принятию иранской модели демократии. При всей гибкости западных дипломатов для них это чересчур. В связи с этим возникает вопрос: а для чего, собственно, Дмитрий Медведев сотрясал воздух? В итоге ему не поверили ни одни, ни другие.
АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
