В понедельник 24 августа Гудзоновский институт в Вашингтоне провел конференцию под названием «Российские вооруженные силы сегодня и завтра».
Участники конференции – доктор наук Ричард Вайц, старший научный сотрудник и директор Центра военно-политического анализа в Гудзоновском институте; Стивен Бланк, профессор Военного колледжа армии США, занимающийся вопросами изучения российской национальной безопасности; а также известный военный эксперт Дэйл Херспринг, профессор политологии в Университете Канзаса – обсудили сегодняшние реформы в Вооруженных Силах Российской Федерации.
Стивен Бланк
Профессор Бланк заявил, что нынешняя конкуренция в кругах правящей политической элиты России будет влиять на результаты происходящих изменений в войсках. По мнению Бланка, исходя из анализа нынешних дебатов по военным реформам можно сделать выводы о том, что Россия видит угрозы со стороны сил НАТО у своих границ в следующих отношениях: проникновении западных интересов в традиционные российские сферы влияния; одностороннем применении силы со стороны могущественных государств, в данном случае США; дальнейшем развитии американской военной мощи; а также использовании войны в качестве инструмента внешней политики и применении новейших принципов информационной войны со стороны Запада.
Стивен Бланк считает, что российский ответ на эти вызовы является «нео-советским», так как Россия предлагает использовать свою военную силу против возможной «внутренней угрозы». Профессор Бланк сказал, что сегодняшняя Россия, возможно, готовится к конфликтам на своей периферии и во всей Евразии, и что такие конфликты возникнут из-за доступа к источникам энергии и их инфраструктуре, что также беспокоит западные страны. Таким образом, Россия проводит военные реформы для того, чтобы защитить свою власть в стране и доминировать над странами СНГ, считает он. «Это будет связано с изменениями в использовании военно-морских сил и наземного ядерного оружия, – сказал Бланк, – так как военно-морские баллистические ракеты являются неэффективными». В качестве примера он привел недавний неудачный запуск ракеты «Булава».
Стивен Бланк заявил, что в настоящее время российское правительство не работает достаточно эффективно для того, чтобы на самом деле провести необходимые реформы: «Новая военная доктрина представляет собой старые бюрократические принципы вертикальной структуры власти, как и во времена царской России. Предлагаемые изменения направлены на бюрократию, на укрепление моральной и регулирующей роли государства над населением». Согласно Бланку, новую доктрину не удастся реализовать, так как она ограничивает основные принципы демократии и способствует более жестким принципам власти, например, использованию армии в международных конфликтах без правовой основы и без утверждения Думы. «Новая доктрина предусматривает и выискивает угрозы в самой России и тем самым проявляет ленинский менталитет руководства страны», – отмечает профессор Бланк.
Профессор Дэйл Херспринг считает, что новая военная доктрина – это борьба с коррупцией и результат выводов, сделанных после войны с Грузией: «Я с удивлением отмечаю, что когда основные печатные СМИ в России подвергаются цензуре, военная пресса удивительно открыта в своей критике государства». Теперь, по словам Херспринга, Россия хочет привлечь «новую кровь», сократить число военных сотрудников и поменять «складских» офицеров на «боевых» с полевым опытом.
Херспринг был также удивлен, как открыто некоторые российские военные заявляют о необходимости приобретения оборудования за рубежом, если оно не может быть закуплено в России. «Самая большая проблема российских вооруженных сил – делегирование полномочий, – отметил он. – Никто не хочет брать на себя ответственность. Еще одной проблемой сейчас является неспособность привлечь новые таланты, а нынешние должностные лица даже не в состоянии сдать основные физические тесты и тесты на проверку умственных способностей».
По мнению профессора Бланка, удивительно то, что российская доктрина не упоминает о терроризме и его угрозе для России, а также то, что, судя по поведению руководства в Кремле, Китай является для него «угрозой, чье имя не произносится»: «Россия настроена на возможные военные действия на территории СНГ, но эти относительно локальные войны могут перерасти в крупные конфликты», – сказал Бланк, добавив, что Россию «беспокоит косовский сценарий, где этнический конфликт становится международной новостью, вызывая реакцию Запада, и где враг придет не на танках, а на самолетах». Стивен Бланк далее отметил, что когда речь заходит о желании России перейти на профессиональную армию, он сомневается, «что они могут позволить себе делать то, что хотят».
Отвечая на вопрос об официальных отношениях между Москвой и Вашингтоном, профессор Бланк сказал, что «США и президент Обама не пытаются потеснить Россию на международном поприще – только Россия может маргинализировать саму себя. Система этой страны построена на институционализации паранойи».
Говоря о состоянии китайско-российских отношений, доктор Ричард Вайц сказал, что обе страны достигли высшей точки в своих двусторонних отношениях: «Россия пока не думает о Китае как о серьезной угрозе своей безопасности. На уровне общества пока не проявляется особых положительных результатов этих отношений. Кроме того, объем продаж оружия между двумя странами начинает снижаться. Вопрос здесь стоит таким образом: готова ли Россия смириться с потерей части рынка оружия в Китае, или же она готова продать Пекину более передовые технологии? В то же время Россия обеспокоена тем, что Китай сам начинает воспроизводить военную технику российского производства».
По мнению Вайца, совместные военные учения между КНР и Россией должны содействовать рекламе российской техники и созданию мер по укреплению взаимного доверия. Подводя итог, Вайц заметил, что двусторонние отношения между Москвой и Пекином являются обширными, но недостаточно глубокими.
Ричард Вайц добавил, что Китай с подозрением относится к России, когда речь заходит о вопросах энергетики. Бланк также сказал, что «Россия не выполнила свои восточноазиатские обязательства, и сегодня она признается, что регион Дальнего Востока станет частью порядка в области безопасности Китая. Этому способствует последнее заявление премьер-министра Путина о том, что Россия приветствует инвестиции Китая на Дальнем Востоке. Такое трудно было представить еще несколько лет назад».
Комментируя продажу российского оружия за рубежом, Стивен Бланк отметил, что если Москва не сможет заключить договор с Индией на продажу более 100 боевых самолетов, ее оборонная экспортная промышленность окажется в зыбком положении.
В ходе дальнейшего обсуждения сотрудник Командно-штабного колледжа армии США Тимоти Томас отметил, что в то время как китайские кибер-операции и хакерские атаки умышленно направлены на Америку и ряд других стран, Пекин до сих пор избегал нападения на российские объекты.
Томас отметил значительный интерес России к глобальным дискуссиям по информационной безопасности: «Россия принимает участие в международных конференциях по вопросам развития информационного общества. Москва также начала программу «Электронная Россия», чтобы способствовать развитию информационных технологий в стране; здесь также проявляется заинтересованность в ведении и методах информационной войны».
Он также заявил, что Россия наметила определенные цели на несколько лет вперед: сделать ГЛОНАСС полностью функционирующей системой, развивать системы командования и отчета, чтобы надлежащим образом вести информационную войну, а также масштабно внедрить беспилотные летательные аппараты в вооруженных силах.
Тимоти Томас поднял вопрос об участии «третьих сторон» в информационной войне: «Во время войны в августе прошлого года, когда были атакованы грузинские веб-сайты, Тбилиси разместил свои системы на серверах ряда дружественных стран, таких как Польша и Соединенные Штаты. Таким образом, любое государство может быть вовлечено в конфликт в киберпространстве, осознавая свое участие гораздо позже».
Доктор Стивен Бланк прокомментировал развитие американской и российской военной структуры на протяжении последних нескольких десятилетий следующим образом: «В первой войне в Персидском заливе Америка фактически осуществила «запланированное» нападение СССР на Европу с использованием принципов, разработанных Москвой в соответствии с концепцией «революции в военном деле». Америка существенно материализовалa принцип РВД в этой войне. Сегодня Россия пытается приспособиться к новой концепции операций, где лидируют США».
Бланк также отметил, что в России сегодня растут тенденции, которые могут вызвать рост «средиземноморского фашизма» межвоенного периода, если не будут приняты контрмеры «по ограничению такого развития».
Сэм Бендетт
