Десятилетие эпохи Владимира Путина в России обсуждают так, будто главный герой на заслуженном политическом отдыхе (все-таки «пахал, как раб на галерах») или, того хуже, на Новодевичьем.
Он же, дай бог ему долгих лет здоровья и личного человеческого счастья, которое куда важнее места в истории, не просто возглавляет правительство и вполне может вернуться на прежний пост, но до сих пор не дает повода утверждать, что контрольный пакет власти в стране у действующего президента…
Тем не менее некоторые основания говорить о путинской десятилетке в прошедшем времени есть. Причем, пока несистемная оппозиция грезила и грезит осуществлением лозунга «Россия без Путина», на наших глазах возникает ситуация «Путин без России».
Он-то здесь, никуда не делся. А вот Россия, которую он якобы строил (больше, разумеется, в запудренных его телевидением мозгах обывателей, чем на самом деле), разрушается на глазах. Из всероссийского везунчика, политического супермена, «тефлонового» президента, на рейтинг которого не влияют ни страшные катастрофы, ни теракты вселенского масштаба на вверенной ему территории, он превращается в трагическую фигуру, которой суждено при активной жизни в политике застать полный крах того, что составляло для путинских сторонников его политическое величие.
В искореженном пропагандой сознании нации был Путин-победитель олигархов. Как же, «Березу изгнал», «Ходора посадил», остальные встали в позу постоянной боевой готовности к любому приказу Кремля. А теперь вынужден судорожно спасать бизнесы уцелевших с ельцинской поры и нарожденных в его эпоху новых олигархов. Потому что это, во-первых, финансовый и политический хребет режима, а во-вторых, миллионы рабочих мест, моногорода да и просто основные предприятия страны.
Был Путин-усмиритель Кавказа. А теперь, после «Норд-Оста» и Беслана, после долгожданной гибели Шамиля Басаева, там по-прежнему убивают министров, покушаются на президентов, взрывают отделения милиции. А образцово-показательная Чечня всецело зависит от личной судьбы Рамзана Кадырова, степень контроля которого за ситуацией в республике, в том числе из-за роли и места в управлении страной, отведенных Путиным-президентом федеральным силовикам, будет только уменьшаться.
Был Путин-реаниматор великой державы, автор «подъема-с-колен». А теперь, встав на глиняные экономические ножки, загнув третий и четвертый пальцы на обеих руках, Россия имеет в активе военную победу над маленькой Грузией и полное отсутствие надежных союзников во всем мире, не исключая братские славянские государства.
Россия сейчас не менее одинока политически, чем сам Путин, у которого, по неумолимым законам выстроенной им же вертикали власти, нет и не может быть надежной опоры — теперь ему самому приходится подпирать назначенного им же президента.
Был Путин-организатор экономического подъема. Слова не утративших разум и зрение о том, что национальной экономики как не было, так и нет, а весь этот мифический подъем «организован» исключительно спекулятивным ростом мировых цен на нефть и газ, во внимание не принимались. А теперь наше великое нефтегазовое королевство впервые с самых тяжелых экономически ельцинских времен вынуждено отказываться от индексаций зарплат бюджетникам, прямо скажем, не ставшим богачами и в «сытые нулевые».
Но ругать за весь этот грандиозный пшик, за всю эту несостоявшуюся новую имперскую Россию одного Путина по меньшей мере нечестно. Он ведь искренне нравился и нравится до сих пор большинству россиян. Это большинство согласилось голосовать за него на первых президентских выборах, хотя его предлагал тогда крайне непопулярный, с личным рейтингом, не превышавшим стандартной погрешности при социологических опросах, Борис Ельцин. Еще большее большинство голосовало за него на вторых президентских выборах — уже после «Норд-Оста» и дела ЮКОСа. Эти же люди безропотно поддержали второй акт операции «Преемник» и до сих пор верят, что нынешнее экономическое и политическое состояние — исключительно следствие происков врагов и мирового кризиса, «придуманного» вашингтонским обкомом.
Путин не просто остался без России, олицетворением которой до сих пор является в сознании своих фанатов. Приключилась еще более печальная для него и его сторонников вещь. Сквозь осыпающуюся путинскую штукатурку стал проступать казалось бы заштукатуренный, даже забетонированный навсегда фундамент ельцинской реальности.
То главное, что успел дать России Борис Ельцин — свободу торговли и обмена валюты, свободу передвижения и, пусть даже чудовищно ограничиваемое произволом властей всех мастей, право на частную собственность—пока уцелело. От Путина, если у него и людей, его окружающих, не хватит ума, смелости и воли изменить курс, не останется ничего. Даже партии «Единая Россия».
Как ни парадоксально, настоящий политический выбор перед Владимиром Путиным стоит только сейчас, через десять лет после его блистательного по успеху среди масс и ничтожного по реальным результатам правления. Он может окончательно уйти из российской политики — в бизнес или на какую-нибудь международную должность, если таковая найдется. Он может вернуться в президенты и, наступив на горло собственной песне, возвратить стране экономическую и политическую свободу, без которой, оказывается, не спасают никакие нефтедоллары. Он может вернуться и продолжать делать то, что делал всю свою первую десятилетку, хотя есть шанс, что денег на продолжение банкета теперь не хватит. Он все еще силен физически и имеет высокий рейтинг. Борис Ельцин, при всех своих ошибках и заблуждениях, рискнул обменять личный рейтинг на развитие страны, сохранив ее после распада СССР и придав ей важнейшее цивилизационное ускорение. Владимир Путин сохранил свой рейтинг и остановил время. Но остановить время невозможно…
Семен Новопрудский, заместитель главного редактора газеты «Время новостей»
