Сильный флот на Черном море России и не нужен: конфликт там может возникнуть только с НАТО, и шансов на успех у нашего флота не будет, вооружи его хоть авианосцами и линкорами. Поэтому нужно уходить из Севастополя и честно объяснять гражданам, почему мы это делаем.
Фото gnews.ua
Напряженность вокруг Черноморского флота РФ в Севастополе обостряется день ото дня: в преддверии проходившего в последнее воскресенье июля парада в честь Дня Военно-морского флота…
…украинские гаишники останавливали колонны российской бронетехники, а Киев предписал покинуть территорию страны советнику посольства РФ Владимиру Лысенко, курировавшему как раз флотские вопросы. В украинской прессе с новой силой вспыхнула дискуссия о том, терпеть ли ЧФ в Севастополе до 2017 года или выгнать его раньше, в то же время главком ВМФ адмирал Владимир Высоцкий твердит, что России целесообразно оставить там часть флота и после этого срока. Неудивительно, что кадры парада российские телеканалы сопроводили мрачноватыми комментариями насчет того, что Севастополь осаждали враги и в Крымскую войну, и в Великую Отечественную, и сейчас город тоже, в общем-то, в осаде…
Несмотря на поступление новых кораблей, состояние Черноморского флота остается плачевным: он пока сильнее украинского или грузинского, но турецкий флот по боевым возможностям его давно превосходит.
Но так как все черноморские страны, исключая Россию, члены НАТО или кандидаты на вступление в альянс, понятно, что в случае военного конфликта с НАТО, что, к счастью, маловероятно, у ЧФ есть только одна возможность – быстро погибнуть. И не факт, что ему удастся нанести заметный ущерб врагам: ракетное оружие ЧФ устарело, его стоит опасаться лишь старомодным малым кораблям противника. Современные же корабли силами своей ПВО собьют наши «Базальты» довольно легко.
С грузинским флотом в августе 2008-го черноморцы «разобрались» быстро, но ВМФ Грузии – это старые катера с необученными экипажами. К тому же военная операция ЧФ началась уже после того, как грузинские сухопутные силы были разбиты и бежали. Неудивительно, что паника охватила и грузинских моряков. Поэтому неверно считать, что прошлогодняя августовская операция свидетельствует о силе флота: это было что-то вроде военной акции США против Панамы в 1989-м.
Глобальные войны на Черном море, будем надеяться, вестись не будут. Но тогда и флот там должен быть небольшим – рассчитанным на те же неприятности с Грузией. ЧФ в ходе конфликта имел задачу блокировать побережье Грузии, не допуская переброски в эту страну вооружений, не допустить атак грузинских катеров на побережье Абхазии и высадить десант в Поти. Вообще-то с грузинскими кораблями было бы куда эффективнее бороться с помощью авиации, но в ходе пятидневной войны она, как известно, действовала вяло и малоэффективно.
Мощный ЧФ даже в советское время был архаизмом – наследием донатовских времен. В случае даже не войны, а любого серьезного осложнения отношений с НАТО он прочно запирался неприятелем в Черном море. Стоит вспомнить, что в Первую мировую огромный англо-французский флот и полумиллионный Галлиполийский десант не смогли прорваться через Дарданеллы и Босфор. При современной военной технике о прорыве из Черного моря в Средиземное и мечтать не приходится.
Сильный флот – это флот открытого океана. Таковы наши Северный и Тихоокеанский. Их надо развивать и усиливать. Стоит вспомнить, что даже во время Карибского кризиса на Кубу отправились корабли из Мурманска, в море вышел Тихоокеанский флот. А куда было выходить Черноморскому? Некуда. Сейчас, когда Болгария и Румыния – члены НАТО, а Украина и Грузия – привилегированные партнеры альянса – тем более.
Зачем продлевать договор о базе в Севастополе – непонятно. Она России не нужна. База на территории недружественного государства – полный нонсенс, если это, конечно, не Гуантанамо на Кубе, защищенная всей американской военной мощью. «Третья осада» Севастополя, если она случится, будет самой быстрой и самой бескровной.
Отключит Киев Севастополю воду и электричество, заблокирует въезды-выезды с объектов – и конец базе. О вооруженном противостоянии и думать не хочется. В Крымскую войну Севастополь осаждала англо-франко-итало-турецкая армия, в Великую Отечественную – немецко-румынская. Оба раза отстоять город, осажденный с суши, не удалось. Как не отстояли при схожих обстоятельствах ни Порт-Артур в 1904-м, ни Ханко в 1941-м. Причем Ханко и Порт-Артур расположены на полуостровах и защищать их удобнее, чем раскинувшийся на берегах нескольких бухт Севастополь. Ракеты и авиация, да что там – обычная артиллерия, расставленная на холмах вокруг севастопольских бухт, в два счета отправят флот на дно. Флотская же авиация благоразумно базируется под Анапой, так что прийти на помощь своей базе она сможет, лишь прорвавшись через заслоны украинской ПВО, дислоцированной в Крыму. Да и авиация-то – всего два десятка стареньких Су-24М…
Нам намекают, что присутствие ЧФ в Севастополе – дело политическое. Мол, это последний бастион России в Крыму. Что ж, это так. Только последние бастионы всегда либо гибнут, либо капитулируют.
Если, конечно, не приходит помощь извне. Зачем нам бастион в Крыму? Россия собирается его захватывать или готова поднять крымчан на восстание против Киева? Не собирается. Значит, помощь извне не придет. Пророссийские организации в Крыму крайне слабы, инертны и не получают от России никакой помощи. Единственная «антиукраинская» сила на полуострове – компартия, но она не пророссийская, а просоветская, а это большая разница.
Как, впрочем, и на Украине есть просоветская КПУ и несколько мелких левых партий, а пророссийского движения нет. Партию регионов таковой считать нельзя: это организация, действующая в интересах донбасской и харьковской элиты и опирающаяся на русскоязычное население. Донбасс стремится оттеснить от власти западноукраинских политиков и использует пророссийскую риторику лишь как карту в борьбе с львовянами, киевлянами и днепропетровцами. Тот же Кучма был ровно таким же «пророссийским» политиком, как Янукович и его команда. Так что напрасны надежды некоторых московских политиков на то, что раздрай между украинскими регионами вызовет сближение Украины с Россией. Что, в свою очередь, не позволяет надеяться на изменение статуса Крыма и Севастополя в будущем.
Другое дело – почему Москва за многие годы не попыталась сформировать на Украине и в Крыму дружественную политическую силу, ограничиваясь ритуальными заявлениями о братстве славянских народов, плохом поведении Киева в отношении русскоязычных, о несправедливостях, допускаемых в отношении Крыма и Севастополя. Все возможности для этого были еще несколько лет назад, а теперь время упущено. Поэтому неверно считать, что Россия выжидает изменения ситуации – чего ждать, на что надеяться, если Москва ничего не делает для укрепления своих позиций на Украине?
Вот если бы крымчане бунтовали, как абхазы с южными осетинами или косовские албанцы, все было бы по-другому: наличие крымской проблемы мировому сообществу пришлось бы признать. Но жалкие митинги пенсионеров да высказывания коммуниста-спикера крымского парламента товарища Грача – это смешно и грустно одновременно. О чем говорить, если на отстранение Юрия Мешкова – первого и последнего крымского президента – жители полуострова ответили не бунтом, не демонстрациями, а всего лишь слезливым лепетом в объективы камер российских телеканалов? Политическая опора пророссийских сил – блок «Россия» – распалась, нового объединения такой же направленности так и не возникло. Так что все надежды на присоединение Крыма к России ни на чем не основаны.
Да, Украина имеет на Крым не больше прав, чем Россия на Донбасс и Одессу с Херсоном, и куда меньше, чем сербы на Косово или Мексика на Техас. Но это ничего не меняет: «точка невозврата» с Крымом и Севастополем пройдена. Если в 1991-м тогдашний президент Украины Кравчук был готов отдать России Крым в обмен на признание независимости, то теперь времена изменились: выросло, в том числе и в Крыму, новое поколение, привыкшее к «незалежности», а российский флот предельно ослаблен.
Строительство новой базы ЧФ в Новороссийске идет полным ходом, то есть Москва насчет Севастополя не строит никаких иллюзий. Тогда зачем же хитрить, делая вид, что не все потеряно, сеять несбыточные надежды у крымчан?
Специалисты справедливо говорят, что Новороссийск не сможет стать полноценной заменой Севастополю – там для ЧФ в нынешнем его составе просто нет места. Но сильный флот на Черном море России и не нужен: конфликт там может возникнуть только с НАТО, и шансов на успех у нашего флота не будет, вооружи его хоть авианосцами и линкорами. Там нужна сильная береговая оборона, станции слежения, морская пехота, десантные суда и эскадра сторожевых кораблей. Группировка такого типа вполне сможет защитить российские интересы в Причерноморье – ловить контрабандистов и браконьеров, а при необходимости повторить операцию против Грузии, но желательно с нормальной авиационной поддержкой. Авиация, ракетные силы и ПВО – вот что в первую очередь защитит наше Черноморское побережье.
На кого же рассчитана «третья оборона» Севастополя? На ту часть патриотов (а она, к сожалению, немалая), для которых ни логика, ни аргументы не существуют. Но после неизбежного вывода ЧФ из Севастополя поддержка власти со стороны этой группы населения развеется, как дым. Поэтому нужно не вилять, не лукавить, не выдумывать псевдоисторические аргументы, а честно объяснять населению, почему Россия уходит из Севастополя.
Россия, к несчастью, в последние годы только теряет союзников (Сербия, Белоруссия, еще год-два – «уйдет» и Армения), наше влияние в мире слабеет. Экономика, не исключая «оборонку», заваливается, население остается бедным и больным. В таких условиях необходимо расставить приоритеты: какие проблемы решать в первую очередь, а какие – отложить на потом. Представляется, что сначала надо победить мерзость запустения в наших городах и весях, а уже потом обращать свои взоры на зарубежье. Пусть даже самое ближнее.
Евгений Трифонов
