Выборы в Киргизии, прошедшие 23 июля, уже признаны состоявшимися — явка, по данным РИА Новости, составляет около 80 процентов избирателей при необходимых 50. По данным экзит-поллов, победу на выборах одержал действующий президент Курманбек Бакиев, набравший 67 процентов голосов. На втором месте Алмаз Атамбаев с 12,7 процента.
Курманбек Бакиев с супругой на избирательном участке. Кадр телеканала НТВ
Как ожидается, первые официальные данные о результатах голосования появятся около часа ночи по местному времени (23:00 по московскому).
Что эти выборы изменят в отношениях Киргизии с Россией и ведущими мировыми игроками, рассуждает президент Института национальной стратегии Станислав Белковский.
Станислав Белковский
– Станислав Александрович, выборы как-то повлияют на наши отношения с Киргизией?
– Я полагаю, что для России и российско-киргизских отношений нынешние выборы президента Киргизии не имеют никакого значения. Природа этих отношений не изменится, независимо от того, кто победит: Курманбек Бакиев или его основной соперник Алмазбек Атамбаев. Хотя, безусловно, у Бакиева шансов больше, и я сомневаюсь, что нынешний киргизский президент уступит свою власть.
Все годы, прошедшие со дня «революции тюльпанов», когда Бакиев стал президентом, он демонстрировал достаточную решимость не покидать президентский пост до конца возможных конституционных полномочий. За эти годы он нейтрализовал большинство политических противников, даже тех, которые,как бывший премьер Феликс Кулов, казались вначале достаточно сильными и способными бросить Бакиеву вызов.
Но киргизско-российские отношения сегодня определяются объективным соотношением сил в меняющемся мире. Для Киргизии, как и для всех остальных стран постсоветского пространства, Россия уже не является «старшим братом». Наша страна, к сожалению, утратила роль модератора постсоветского пространства, и статус региональной державы, каковой она была до середины нынешнего десятилетия.
Именно поэтому Киргизия, несмотря на заинтересованность в экономических ресурсах России, и поддержании дружественных отношений с Москвой, на практике лавирует между несколькими центрами силы, к которым относятся США, Евросоюз и Китай.
– Этим объясняется маневрирование киргизов по вопросу о «Манасе»?
– Решение по базе «Манас» в этом отношении показательно. Для меня было совершенно очевидно – и я заявлял об этом публично, – что киргизы не заставят американцев уйти, что в последний момент будет найдено компромиссное решение, фактически сохраняющее базу «Манас». Несмотря даже на то, что американская военная база была весьма непопулярна в Киргизии, и ее закрытие, безусловно, работало на рейтинг Бакиева в преддверии президентских выборов.
Но сегодня киргизская элита слишком дорожит отношениями с американской элитой. И не готова ни на какие шаги, которые бы вызвали в Вашингтоне раздражение. То же можно сказать об отношении Киргизии с Евросоюзом и с Китаем.
Поэтому для России Киргизия, как и все постсоветские страны – это отрезанный ломоть. Бакиев всегда будет прибегать к экономической помощи Москвы, когда это возможно, но он будет выстраивать свою линию, поскольку голос Москвы на постсоветском пространстве уже не является решающим.
– На кого из региональных стран ориентируется Киргизия?
– Для Киргизии важен Казахстан как субрегиональная держава. Кроме США, Евросоюза и Китая Бишкек будет ориентироваться во многих вопросах на позицию Астаны, причем в большей степени, чем на позицию Москвы. И если точка зрения Казахстана по какому-либо вопросу кардинально разойдется с российской, скорее Бишкек будет на стороне Казахстана.
– Со стороны Штатов не будет акцентов, что выборы прошли с нарушениями? Ведь почти наверняка победит Бакиев, и пойдет вал претензий со стороны оппозиции. США и тот же Казахстан предпочтут этого не заметить?
– Казахстан, безусловно, не заметит. Нурсултана Назарбаева Курманбек Бакиев как глава Киргизии полностью устраивает. Что же касается США – критика возможна, но она будет мягкой. Во-первых, Киргизия находится на периферии американских интересов, и США не ожидает от любой среднеазиатской страны, что та будет образцом демократии. В этом смысле Киргизия даже лучше остальных среднеазиатских стран, потому что в Киргизии все еще существует реальная политическая борьба, которой в других бывших республиках советской Средней Азии давно уже нет. В этом смысле, Киргизия – самая демократичная страна региона, несмотря на все проблемы и нарушения.
– Кроме «Манаса», что нужно Америке от Бишкека?
– В первую очередь, это афганский транзит. Америку интересует также борьба с наркотрафиком, в которой киргизские власти посильно участвуют. Поэтому я не думаю, что США будут как-то болезненно реагировать на любой исход выборов президента Киргизии.
Андрей Полунин
