Если проанализировать заявления, которые выдавили из себя отечественные начальники после шестого неудачного испытания (всего было проведено 11) «Булавы», новой стратегической ракеты для подводных лодок, то выяснится: слово «обречены» используется гораздо чаще прочих. Мол, понимаем, что ракета пока что дерьмо, но деваться некуда, все равно придется доводить до ума и принимать на вооружение. Во-первых, потому что денег угрохали аж 300 миллионов долларов (хотя десять лет назад разработчики обещали невиданную экономию средств). Во-вторых (и, подозреваю, в главных), под эту ракету уже переделана головная подводная лодка новой серии «Юрий Долгорукий». Первоначально этот подводный ракетоносец, которого строили почти 13 лет, проектировался под несостоявшуюся ракету «Барк». Переделывать второй раз и ждать еще несколько лет — немыслимо.
Так что финал этой истории действительно предрешен: не рано, но поздно, скорее всего, очень поздно, истратив гораздо больше денег, чем предполагалось ранее, «Булаву» таки поставят в строй. Но, так или иначе, в испытаниях сейчас наступила пауза. И хорошо бы ее использовать, чтобы сделать хотя бы некоторые выводы из произошедших неудач.
Можно, конечно, до бесконечности спорить о том, был ли прав Игорь Дмитриевич Сергеев, когда в условиях почти полного отсутствия финансирования закрыл после трех неудачных пусков проект «Барк» и передал заказ на разработку новой морской ракеты Московскому институту теплотехники (МИТ), который только-только передал промышленности «Тополь-М» и оказался без большого заказа. Тогда министр объяснял свое решение тем, что «Булава», созданная на технологиях «Тополя-М», станет прообразом унифицированной ракеты — как для суши, так и для моря. Можно также продолжить спор между сторонниками жидкотопливных и твердотопливных ракет. Конструкторское бюро им. Макеева, потерявшее десять лет назад заказ на разработку новой морской ракеты, сейчас вовсю рекламирует свою ракету «Синева», которая только что была дважды успешно запущена. Восторг от этих пусков был таков, что неназванный источник в военной разведке сообщил РИА «Новости», что эти пуски были полной неожиданностью для американской системы ПРО, которая не успела их зафиксировать (это — полная чушь, так как по существующим соглашениям стороны заранее предупреждают друг друга о предстоящих пусках, но чего не сделаешь ради пиара). Бюро им. Макеева в специальном пресс-релизе напомнило также, что их «Синева» поставила рекорд дальности. При этом не акцентируется внимание на том, что «Синева» — это модификация ракеты, принятой на вооружение почти четверть века назад. И модификация эта проделана только для того, чтобы обеспечить срок службы подводным лодкам класса «Дельта IV» (они же «Дельфин»). Умалчивается также об очевидных минусах жидкотопливных ракет — размерах ракет и, как следствие, размерах и шумности подводных лодок, склонности ко всевозможным инцидентам.
Понятно, что данном случае вердикт могут вынести только специалисты. Но задача государства, тратящего гигантские средства, — организовать экспертизу, принять верное решение, а потом обеспечить компетентное руководство проектом. Сергеев — не только маршал, но и доктор технических наук — такое сопровождение, безусловно, мог обеспечить. Вспомним, как в бурные 90-е он буквально выпестовал «Тополь-М», благодаря чему при любых обстоятельствах Россия останется на ближайшие лет тридцать мощной ядерной державой. Сменивший его на посту министра обороны Сергей Иванов (ныне вице-премьер, отвечающий за оборонку) может только грозно хмурить брови и дарить лабрадорше Кони ошейник, якобы оснащенный устройством ГЛОНАСС. Иванов благополучно провалил те два важнейших проекта (ГЛОНАСС и «Булаву»), где требовались организаторские способности. Выяснилось, что Иванов — не Устинов и не Ванников. Таким образом, урок первый — факт совместной службы с Путиным В.В. Ленинградское управление КГБ в качестве места работы не гарантирует наличия способности к компетентному руководству высокотехнологическими проектами. Думаю, что прочие путинские протеже ничуть не лучше Иванова, просто случай с «Булавой» наиболее очевидный.
Урок второй. Производство высокотехнологичного продукта требует гигантского количества поставщиков. За последние 15-18 лет эта цепочка разрушена. Предприятия, которые существовали в СССР только для того, чтобы произвести три десятка «изделий» в год, теперь либо закрылись, либо перепрофилировались. Судя по некоторым публикациям, наши бравые контрразведчики сконцентрировались сейчас на поисках диверсантов, поставивших на «Булаву» заведомо бракованные детали. На мой взгляд, все куда проще и серьезнее — многие детали для ракет производятся не серийно, а кустарным способом. Поэтому самое время задуматься о том, как в принципе должен функционировать оборонно-промышленный комплекс в условиях рыночной экономики, как заинтересовать собственников в выпуске малосерийной, но жизненно важной для безопасности государства продукции.
Наконец, самый важный вопрос. Понятно, что одним главных отрицательных факторов, сказавшихся на работе над «Булавой», была длившаяся десять лет спешка. Все понимали: ракету необходимо ставить на вооружение срочно, до того как в массовом порядке придется снимать с вооружения «тяжелые» наземные ракеты, которым уже по три-четыре раза продлевали срок службы. Сейчас, когда понятно, что в установленные сроки уложиться не удастся, что как раз спешка (отказ от стендовых испытаний, замена их математическими моделями) и предопределила неудачу, самое время спросить: а куда, собственно говоря, гнали лошадей? Когда Курчатов, Королев, Харитон и их сподвижники создавали ракетно-ядерную мощь, не считаясь с жертвами, они по крайней мере верили, что спасают страну от неизбежной ядерной атаки со стороны США. Позволю спросить, мы сейчас тоже полагаем, что, добившись превосходства, американцы тут же нанесут внезапный ядерный удар? Уместно напомнить, что последние лет десять эти коварные янки мало того, что синхронизировали снятие с боевого дежурства своих ядерных средств с сокращением из-за старости российского ядерного потенциала. Они еще тратили по миллиарду долларов в год на поддержание безопасности этого самого потенциала.
Так чего ради мы так надрываемся, дабы поддержать хотя бы видимость паритета. Ясно, что вовсе не ради того, чтобы обеспечивать безопасность страны. Гарантировать невозможность агрессии против России можно с помощью гораздо меньшего количества ядерных боеприпасов.
Следует честно признать — гонка с «Булавой» нужна, прежде всего, для того, чтобы Москва хоть в чем-то чувствовала себя равной Вашингтону. Это дает возможность делать главным вопросом российско-американских переговоров количество носителей и боеголовок. Сейчас самое время задать вопрос, стоит ли овчинка выделки. Иными словами, стоят ли в период кризиса амбиции Медведева и Путина, кровь из носа желающих чувствовать себя равными при общении с Бараком Обамой, напряжения всех сил и ресурсов государства.
АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
