Молодая женщина плачет при посещении Мемориала Голодомора в Киеве. Во время голодомора, организованным Сталиным, погибло 7 миллионов украинцев. Фото: Sergei Supinsky/AFP/Getty Images
Полезные идиоты
В 1917 году Владимир Ленин был главным лидером большевистской Российской коммунистической партии, когда она захватила власть. Ленин стал председателем коммунистического руководства, пообещав землю крестьянам, заводы рабочим, свободу и процветание для всех.
Не понадобилось много времени, чтобы крестьяне и рабочие, которые дали необходимую силу революции, осознали, что они были обмануты и использованы.
В последующие годы многие не приняли коммунистическое правление, и крестьянские восстания привели к полномасштабной гражданской войне. Ленин решил подавить волнения, и начался «красный террор». Примерно 9 миллионов человек умерли под железным кулаком Ленина. Кроме того, социалистическая идеология привела к коллективной сельскохозяйственной политике и захвату сельскохозпродукции, что привело к голоду, в результате миллионы людей умерли бессмысленно. Под железным кулаком Иосифа Сталина стало ещё хуже.
Как мир, наблюдавший за этим, как люди того времени думали об этой, крайне насильственной, форме правления? Удивительно, но достаточно многие верили в Карла Маркса, в создание социализма/коммунизма Карла Маркса и отрицали ужасные происходящие события.
Невероятно, но ошеломляющие число западной, так называемой интеллигенции, утверждало, что коммунистические цели — не более чем мировая утопия, где каждый живет в мире и гармонии.
Хотя верно то, что, в конечном счёте, целью этого движения была мировая утопия, многие и не спросили, как пролетариат поступил с теми, которые не принимают их элитарности или методов достижения этого утопического результата. Очевидно, место действия «насильственной революции», существующей в качестве предпосылки для утопического государства Маркса, было упущено этими людьми. К сожалению, многие стали жертвами тех самых лидеров, которым они помогали.
И Ленин, и Сталин слышали то, что эти западные сторонники коммунизма и журналисты говорили, и они относились к ним, как к «полезным идиотам». Вальтер Дуранти был, возможно, самый известный из этих «полезных» людей.
Великий лжец
Дуранти работал в «Нью-Йорк Таймс» и в 1921 году. Он получил желанную работу в Московском бюро, где и работал в течение двадцати лет. В целом за время, что он провёл в Советском Союзе, от него не было ни одного негативного репортажа в отношении коммунистического государства, или коммунизма. Кроме того, он отрицал самые ужасные зверства советов, в том числе и голод. Он отрицал, что всё это произошло, и заверил Запад, что такого не может быть.
В 1932 году сообщения о голоде на Украине начали появляться во всех западных СМИ. Такие журналисты, как Гарет Джонс из The Times и Малькольм Магеридж из The Guardian, попыталась сообщить остальному миру о том, что происходит. Оба журналиста игнорируют ограничения на поездки, и тайно отправляются в Украину. Весной 1933 года Джонс покинул Советский Союз и сообщил о голоде под своим именем в Manchester Guardian.
Дуранти осудил Гарета Джонса в «Нью-Йорк таймс». В статье под названием «Русские голодны, но не голодают» он описывает ситуацию следующим образом: «Эти страшилки в американской прессе о голоде в Советском Союзе, от которого «уже умерли тысячи и пострадали миллионы» исходят из британского источника». 24 августа 1933 года в статье «Нью-Йорк Таймс» он утверждал: «Любой доклад о голоде в настоящее время является преувеличением или зловредной пропагандой». Магеридж, который тайно побывал на Украине от «The Guardian», назвал Дуранти «величайшим лжецом, которого когда-либо встречал в журналистике».
Такая ситуация была до тех пор, пока, спустя десятилетия, не были написаны первые серьёзные научные исследования о голоде на Украине. Одно из исследований было сделано под руководством Роберта Конкеста из Института Гувера, оно определялось в «левых» кругах, как «правое». Тем не менее, когда при Михаиле Горбачеве советы открыли собственные статистические данные о смертности во время голода, они показали, что фактическая смертность превысила даже оценки профессора Конкеста.
Джастин ШТАММ
