Пока россияне наслаждаются цветной версией любимой киноэпопеи про Штирлица, британские журналисты тоже решили подкинуть своим читателям шпионскую историю с запахом нафталина. Сегодняшняя Times рассказывает о том, как удалось спустя 70 лет установить личность советского суперагента в Великобритании, который до конца жизни так и не был разоблачен.
«Высокопоставленный британский чиновник Артур Уинн был разоблачен, как советский супершпион, организовавший сеть коммунистических шпионов в Оксфорде, – пишут британские журналисты Бен Макинтайр и Стив Берд в сегодняшнем выпуске the Times. – В КГБ он проходил под именем «агент Скотт». Долгие годы историки яростно спорили о том, кто же был этим самым «агентом Скоттом», который сумел создать эффективное кольцо из шпионов и осведомителей в Оксфорде параллельно более известному «кембриджскому кольцу» советских агентов.
О существовании «агента Скотта» впервые узнали в 1992, когда КГБ частично рассекретил свои архивы, однако его подлинная личность была установлена лишь после обнаружения документа, написанного лично прежним руководителем контрразведки КГБ. Бывший офицер КГБ Александр Васильев, имевший доступ к архивам КГБ в 90-е, предоставил американским историкам сведения, проливающие свет на личность загадочного агента Скотта.
В записке, датированной июлем 1941, глава Контрразведки КГБ Павел Фитин пишет руководителю КГБ Всеволоду Меркулову: «Скотт – это Артур Уинн. Приблизительно 35 лет. Член Компартии Англии. Закончил Оксфордский и Кембриджский университеты по специальности радиоинжинер. Работает в компании Коссор и К инжереном проектов. Завербован в октябре 1934-го». В этой записке также упоминаются личности Теодора Мэлли – связного КГБ в Лондоне, завербовавшего Уинна, и Эдит Харт – агента КГБ с австрийскими корнями, которая завербовала другого известного советского шпиона Кима Филби.
Уинн, умерший в 2001 году, сделал неплохую карьеру. С годами он стал видным исследователем в области медицины и одним из ведущих экспертов в вопросах питания. В качестве ученого, он приглашался для работы в Национальном министерстве угольной промышленности в 50-х. До 1971-го года он работал в Министерстве Технологий Тони Бена, как госслужащий.
Однако ранее, Уинн, как «агент Скотт», посылал в КГБ доклады с досье на членов компартии Великобритании в Оксфорде. 25 человек он оценил, как «подходящих для вербовки», а пятерых, как «готовых к работе». Среди подозреваемых в сотрудничестве с «Оксфордским кольцом» шпионов были и бывшие члены парламента от Лейбористской партии, и бывший директор музея Виктории и Альберта, которые могли присоединиться к коммунистической шпионской сети в студенческие годы.
Несмотря на то, что существование Скотта было обнаружено в 1992, КГБ наотрез отказалась обнародовать его имя, вызывая тем самым массу предположений и кривотолков. Среди тех, на кого пало подозрение в том, что он и есть «советский крот», были и сэр Дэвид Фокс Скотт – бывший дипломат, и сэр Питер Уилсон – бывший директор аукциона Сотби.
Упоминание об агенте Скотте впервые появляется в записях КГБ в октябре 1936-го, когда резиденты КГБ в Лондоне сообщили об «очень удачной находке».
В книге «Драгоценности короны», написанной Найджелом Уэстом и бывшим офицером КГБ Олегом Царевым, цитируется это сообщение. В нем говорится, что Эдит Харт завербовала «второго Сохнчена» (это был псевдоним Филби, которого завербовали несколькими годами раньше). «Предположительно, у этого второго есть еще больше возможностей, чем у первого», – говорится в сообщении.
В 1937-м Скотт удостоился похвалы от своего связного Мэлли, за то, что тот привлек 25 новых человек, включая человека, проходившего под кличкой «Кролик», которого так никогда и не разоблачили. Мэлии отправил своим московским боссам документ, озаглавленный «Досье на потенциальных кандидатов в Оксфорде», в котором содержался список молодых коммунистов, которые вскоре могли закончить Оксфордский университет и занять серьезные и влиятельные посты в системе британского политистеблишмента.
Русские даже составили психологический портрет Скотта, основанный на беседах с ним, анализе его почерка и социального бэкграунда.
Уинн закончил Кембридж, но во время его предположительной вербовки встретил Пэгги Моксон – студентку Оксфорда и члена Компартии. Они поженились в 1938 и родили четырех детей. 98-летняя миссис Уинн ныне проживающая в Лондоне, отказалась от интервью. Один из родственников Уинна охарактеризовал обнародованные обвинения «пустой болтовней», которая не поколеблет репутацию Артура Уинна.
Уинн был одним из самых активных агентов КГБ, он предлагал рассмотреть для вербовки не только студентов Оксфорда, но и студентов в Кембридже и Лондонском университете. Такая активность вызывала некоторую тревогу его московских боссов, которые призывали его быть более «разборчивым».
«Нас очень беспокоит деятельность Скотта, – говорится в одном из документов КГБ. – Он слишком полагается на своих товарищей по партии. Нам не нужна массовая вербовка всех подряд». Однако агент Скотт продолжал работать с прежним напором, отмечая: «Если мы будем осторожно работать в университетах, риск не будет слишком большим. Мы можем быть всегда уверены, в том, что выбираем надежных людей».
На время сталинских чисток, КГБ останавливал вербовку новых людей, но Скотт сохранял контакты со своими связными в Лондоне и к 1941-му завербовал еще несколько источников.
В 1960-х офицер МИ5 Питер Райт начал расследование деятельности «Оксфордского кольца» советских шпионов («Кембриджское кольцо», в котором состояли Ким Филби, Энтони Блант, Гай Берджес и Дональд Маклин, было уже разоблачено). Райт пришел к выводу, что престижный оксфордский клуб Кларендон в 1930-х был центром советской шпионской вербовки.
«У меня нет сомнений, что мы имеем дело с абсолютно отдельным шпионским кольцом, базировавшемся в Оксфордском университете, – писал Райт. – Однако вести расследование чрезвычайно тяжело».
Среди тех, кого Райт считал связанными с «Оксфордским кольцом», были Бернард Флуд – депутат Парламента от Лейбористской партии, его брат Питер Флуд – директор музея Виктории и Альберта и Дженифер Харт – профессор Оксфордского университета.
Бернард Флуд совершил самоубийство после того, как его вызвали на допрос, как подозреваемого в шпионаже на СССР.
Другим человеком, связанным с «кольцом», были Фоби Пул, которая передавала братьям Флуд сообщения от резидента КГБ по кличке «Отто», впоследствии разоблаченного как Арнольд Дойче. Пул также покончила жизнь самоубийством. Питер Флуд внезапно скончался в возрасте 48 лет.
Уинн также попал под подозрение в ходе расследования Райта, который предлагал ему гарантии полного иммунитета в обмен на раскрытие всей сети советской вербовки в 1930-х. Однако Уинн не пошел на эту сделку, а расследование вскоре было прекращено.
Так называемое «Оксфордское кольцо» никогда не имело такой славы и известности, какую получила его кембриджская копия, вероятно потому, что ни один из оксфордских подозреваемых не бежал в Москву, никто из них не проникал в британские госорганы настолько глубоко как это сделали кембриджцы. Еще одна причина заключалась в том, что охотники за шпионами из МИ5, так и не смогли как следует напасть на их след.
«Три смерти, две из которых суициды, пришедшиеся на время активной стадии расследования, были для нас более, чем неудачей, – писал Райт. – В МИ5 испугались, что общественность свяжет нашу работу напрямую со смертями этих людей, и в итоге вся работа была приостановлена».
Дженифер Харт, которая к тому времени стала директором престижного колледжа святой Анны в Оксфорде, отказался сотрудничать со следствием, хотя были доказательства ее встреч с агентом «Отто» в 1938 году. Она всегда отрицала существование «Оксфордского кольца». «Насколько я знаю, у нас никогда не было ничего подобного Кембриджскому», – заявила она в интервью в 2003 за два года до своей смерти.
Существование агента Скотта было подтверждено российской разведкой. Однако русские сбили со следа британских историков, описав его, как шотландца, выпускника Итонского колледжа и служащего МИДа. В итоге историки перерывали досье на десятки совершенно других людей, разыскивая среди них рыжеволосого советского шпиона. Однако ни одна из этих характеристик не соответствовала Артуру Уинну.
Идентифицировать Скотта удалось лишь благодаря г-ну Васильеву, который в 1994-96 года работал в пресс-службе ФСБ и имел полный доступ к секретным архивам КГБ. В 1996 он бежал в Лондон, после того, как получил угрозы убийства в России. Среди документов, копии которых он увез в своем ноутбуке, была и шифровка с упоминанием Скотта.
Качество разведывательной деятельности и количество шпионов, завербованных «Оксфордским кольцом», их имена, все еще остается загадкой. Однако спустя 70 лет после того, как в Оксфорде заработала советская шпионская сеть, одна из ее самых главных загадок была разрешена. Теперь мы знаем наверняка, кем на самом деле был этот загадочный суперагент Скотт», – пишет в среду The Times.
Денис Фрунзе
