Энергетическая стратегия России в Центральной Азии находится в серьезной опасности, и в качестве первого шага на пути восстановления своей энергетической роли в регионе Россия пытается создать впечатление, что все идет совершенно нормально.
В последнюю неделю премьер Владимир Путин занимался проведением, так сказать, аварийно-спасательных мероприятий. 20 апреля он направил российскую делегацию в Ашгабат для экстренных консультаций с туркменским лидером Гурбангулы Бердымухаммедовым. Перед делегацией была поставлена задача восстановить брешь в двусторонних отношениях, образовавшуюся в результате взрыва на трубопроводе 9 апреля.
Как отметил 21 апреля полуофициальный туркменский сайт Turkmenistan.ru, встреча между Бердымухаммедовым и российской делегацией во главе с заместителем председателя правительства РФ Игорем Сечиным не смогла разрядить напряженности. Сечин выразил готовность "и впредь всемерно укреплять и развивать" отношения энергетического сотрудничества между двумя странами, сообщает сайт. Очень показательно то, что о реакции Бердымухаммедова на заявление Сечина вообще не упоминается. Вместо этого говорится, что "российской стороне была четко изложена позиция Туркменистана" по возникшей энергетической проблеме.
А прежде чем откомандировать делегацию в Ашгабат, а именно 16 апреля, Путин направил Сечина и главу "Газпрома" Алексея Миллера в центральноазиатское турне для проведения переговоров по вопросу газовых поставок с официальными лицами Казахстана, Туркменистана и Узбекистана.
Всего год назад Россия, казалось, сумела укрепить контроль над экспортом центральноазиатских энергоресурсов, предложив платить за закупаемый ею газ по европейским ценам. Но последовал мировой экономический спад, и теперь "Газпрому" самому приходится бороться за выживание, а Москва, похоже, ищет способа избавиться от ставших обременительными контрактов на закупку газа и одновременно сохранить господствующие позиции на рынке центральноазиатских энергоресурсов.
А вот лидеры Центральной Азии явно начинают терять веру в Россию, причем весьма быстрыми темпами. Туркменистан в срочном порядке предпринял шаги с целью переориентировать свою энергетическую политику. 15 апреля государственная компания "Туркменгаз" направила делегацию в Тегеран для переговоров с иранскими властями о новом экспортном соглашении. А 16 апреля Туркменистан подписал договор с немецкой RWE AG об освоении оффшорных газовых месторождений, включая и последующий экспорт газа.
Заключенное с RWE AG соглашение может стать предвестником принятия Туркменистаном на себя обязательств по экспорту энергоресурсов по давно продвигаемому транскаспийскому трубопроводу в обход российской территории.
Казахстан же в последние дни дал понять, что видит надежного энергетического партнера в Китае. Одновременно с этим и Узбекистан пошел против России, отказавшись направить своих представителей на состоявшееся 15 апреля заседание министров иностранных дел стран-членов Организации Договора о коллективной безопасности. Отсутствие Узбекистана на этой встрече спровоцировало волну предположений, что Ташкент намерен выйти из ОДКБ.
При всей, казалось бы, ненадежности энергетических позиций России в Центральной Азии, ряд должностных лиц толкают правительство на смелые шаги. Одним из таких должностных лиц является вице-спикер Государственной Думы Валерий Язев.
Так, на состоявшейся 21 апреля пресс-конференции в агентстве "РИА-Новости" Язев призвал российское правительство не только заключить договоры на закупку всего добываемого в Центральной Азии газа, но и взять под контроль экспорт газа из Ирана. По мнению Язева, только так можно гарантировать, что центральноазиатские страны не выйдут из сферы российского энергетического влияния.
Независимые эксперты полагают, что реализовать эту схему будет невозможно. По словам аналитика ИК "Файненшл Бридж" Дмитрия Александрова, хотя монополизация поставок центральноазиатского газа на десятилетний срок "теоретически возможна", на практике идею реализовать не удастся по причине набирающего обороты интереса Китая к энергоресурсам региона. Кроме того, с подобным планом никогда не согласится сам Иран, уверен Александров.
"[Контролирование всего центральноазиатского газа] потребует очень специфических действий и усилий, а в случае с Ираном это совершенно невозможно, – сказал Александров EurasiaNet. – Иранский режим занимает весьма своеобразную позицию по вопросу газового сотрудничества с Россией и может оказаться ненадежным партнером, если Европа покажет, что готова к компромиссу по политическим и экономическим вопросам".
