Затея с медведевским дневником в Livejournal.com (blog_d_medvedev) – лишь одна из акций весеннего наступления главы государства в борьбе за свои президентские права. Один из эпизодов этого кажущегося пока кукольным блицкрига с полной неясностью целей, намерений, перспектив и смыслов…
Всю контрабанду, как и прежде, делают на Малой Арнаутской улице. Всю пропаганду – на Старой площади. И примерно того же качества. При пользовании и тем и другим надо внимательно читать то, что написано мелкими буквами в углу. Например: «Сушить усы над примусом». Или: «Сообщество «Блог Дмитрия Медведева» в «Живом журнале» является дискуссионной площадкой, на которой пользователи ЖЖ имеют возможность обсудить… обращения президента России…».
Что там Медведев говорил в Хельсинки? О каком решении «делать Livejournal, чтобы общаться, давать комментарии»? Что вообще происходит? В интернет-департаменте (есть такой!) Кремля проблемы со слухом? Или мы (и многие юзеры ЖЖ, в первый же день заглянувшие на медведевскую страничку, оказавшуюся сообществом «закрытого типа» исключительно для комментов на выступления президента) чего-то не поняли?
Не хочется подозревать Дмитрия Анатольевича в том, что он произносит слова, не совсем понимая, что они означают. Хочется списать все на злые шутки вольного воздуха Хельсинки.
Ну почувствовал себя на секунду президент человеком. С кем не бывает? Решил, что может, как все нормальные люди, прийти с работы домой. Скинуть пиджак. Открыть ноут. Перечитать комменты на свой предыдущий пост о весне, жене, фильме «Тарас Бульба», учениях НАТО в Грузии. Ответить парочке любопытных ему самому юзеров.
Узнать, между прочим, что реально думает народ про антикризисные меры президента. Запостить что-нибудь о пробках на московских дорогах, в которых люди томятся, пока проезжает президентский кортеж.
Смешно, правда?
Ну не может президент вести себя, как обыкновенный человек. То есть может, но так, чтобы никто не видел. А на публике, если как человек – комментариев не оберешься. Вот один президент поцеловал малыша в пузико от естественного чувства. И что потом началось?
Проблема не в словах и ни в том, что из них выходит. Несовпадений не оберешься оттого, что слов слишком много. Они рассыпаются, как пазлы. Потом собираются в самую неожиданную, но единственно возможную конструкцию.
Слов за последнее время Дмитрием Анатольевичем было сказано немало. Например – «задавать моду в интернете». Или – «у нас должен быть свой Гайд-парк». И еще что-то насчет своего блога. Сказалось, рассыпалось. Собралось в Гайд-парк в интернете.
Прямо за монитором, на котором вывешено очередное обращение Медведева к интернет-сообществу («Государство и гражданское общество», «О развитии интернета в России»).
Запись Медведева на экране крутится. Под экраном ЖЖ-юзеры перебрасываются репликами в комментах. Иногда по теме президента. Иногда о своем. В скрытых ветках дискуссий (чего не было в комментах к видеоблогу президента на kremlin.ru, откуда перекочевали все эти «видеообращения») публика привычно обменивается зуботычинами на предмет умственных способностей друг друга. Кто-то благовестит о том, что западная демократия нам не нужна. Часто мелькают модные пропагандистские месседжи «Оставь власть в покое, встань с дивана и начни с себя». Офицеры и «нашисты» под девичьими юзерпиками умильно благодарят Дмитрия Анатольевича за то, что «вы теперь с нами»…
В первые же часы жизни «Блога Медведева» под его обращением «Развитие интернета в России» появилось несколько сотен комментариев. Понравится ли ЖЖ-юзерам обмениваться репликами и тычками в этом Гайд-парке имени Медведева или они плавно и привычно перетекут в комменты к топ-десятке блогеров, где посты сочиняются автором и ценятся за остроту, живость, злободневность и оригинальность, – не по этим признакам судить всю затею с симуляцией медведевского дневника в интернете.
Это ж ведь лишь одна из акций весеннего наступления Дмитрия Анатольевича в борьбе за свои президентские права с полной его (наступления) неясностью – целей, намерений, перспектив. И смыслов.
Больше всего (не смейтесь!) это похоже на запоздалую предвыборную кампанию. Как будто Дмитрий Анатольевич и спустя год не очень уверен, что стал президентом. Рычаги власти у него в руках, но, прежде чем начать ими двигать, он зачем-то обращается за поддержкой к маргинально-демократическому меньшинству.
Причем обращается за этой поддержкой как-то робко. На демонстрацию смелости хватает. На что-то реальное (ну хотя бы определенное высказывание хоть по какому-то вопросу) – нет. Встречается с редакцией оппозиционной газеты, всех читателей которой в 0,001 процента избирателей не разглядишь. Интернет-сообществу посылает видеоролики.
Иногда кажется, что Дмитрия Анатольевича на телевидение и в правительственные издания для общения с большинством не очень-то пускают. Иначе отчего, например, регулярные интервью первого лица в государстве телеканалам можно посмотреть только в его видеоблоге? Даже если допустить, что интернетом у нас пользуется 30% населения (ох, верится с трудом!), оставшимся 70% граждан России мнение президента о проблемах, например, с жильем и занятостью не интересно?
И вот что странно. Год прошел. И кое-что президент Медведев вроде бы сделал. Увеличил сроки, на какие мы теперь будем выбирать следующего президента и Думу. Выиграл войну с Грузией за Абхазию и Южную Осетию. Признал обе республики и почти что включил их в состав России.
Или это все не президент Медведев сделал? Даже если он сам – верят в это немногие. Меньше всего, конечно, читатели «Новой газеты» и агрессивно насмешливые жители ЖЖ.
Кажется, Владимир Владимирович из трех атрибутов власти передал приемнику только два. Кресло и ядерный чемоданчик отдал, а тайну использования силы крошки Цахес так и не открыл. И потому, какое бы благо в мире ни вершилось при Путине даже и помимо его воли – авторство приписывалось ему. И, напротив, что бы ни делалось при Медведеве – он к этому как бы никакого отношения не имеет. Вот и приходится Дмитрию Анатольевичу заниматься самопиаром. На втором-то году президентства.
Впрочем… Кто его знает. Был такой принц датский, описанный Саксоном Грамматиком и прибранный позже Шекспиром. Сидел в углу, вязал сеть из канатов с колышками. Смеялись над ним, думали, что сумасшедший. А он дождался вечеринки, сеть сбросил на дядю-убийцу и придворных. И передавил всех как котят.
Или вот Петр еще в пубертатном периоде. Потешный полк, ботик в пруду. Глупости детские. Потом все это шведам и аукнулось.
Правда, и тому и другому сроки правления никто не ограничивал.
Владимир Цыбульский
