Россия, словно сон, соткана из парадоксов. Один из них мы наблюдаем нынче.
Кризис. Рубль валится с ног, точно чахоточный. Оставленные без оборотных средств заводы задыхаются, будто выброшенные на берег киты. В пустых банках плодятся пауки. Минфин строчка за строчкой вымарывает из бюджета целевые программы — так удачливый киллер вычёркивает из своего списка имена приконченных жертв. Над замороченной страной спустя двадцать лет вновь проступает исполинская отметина Горбачёва.
Патриоты в унынии сокрушаются по тучным бездарным годам. Враги, насвистывая похоронный марш, спешат за лопатами — "закапывать Рашку". Отчаявшийся народ снова разгадывает кроссворд из трех слов: "голод", "нищета", "аборт".
И вдруг сладкий этот тлен прорывают одна за другой четыре внешнеполитические инициативы. Наущенная Москвой Киргизия, растягивая удовольствие на полгода, вышвыривает американцев с базы "Манас". Белоруссия объединяется с Россией небом, создаёт совместную ПРО. Семь сестер СНГ на обломках Варшавского договора строят в пику НАТО новый, "Московский договор" — коллективные силы оперативного реагирования ОДКБ, — пытаясь защитить наше общее "южное подбрюшье", подставленное под удар ровно двадцать лет назад. И, в подкрепление этих шагов, Россия привязывает к себе лояльные постсоветские республики, выделяя им "кредиты во спасение" на несколько миллиардов долларов.
Уже и раздираемая на куски Украина готова за пять миллиардов принять Россию своей радетельницей. Уже и молдавский президент Воронин изъявляет решимость выйти из антироссийского блока ГУАМ.
Так в пику горбачевизму на глазах воскресает в новом обличье Союз Республик. Обломки Великого Целого, пройдя узкую горловину истории, повинуясь притяжению пространств и симпатиям народов, срастаются вновь. Под музыку балтийских бунтов и украинского дефолта, сражений за Кавказским хребтом и сытого газового урчания Средней Азии, в преддверии общечеловеческого Кризиса рождается новая геополитическая сущность со старым размером "1/6". Это Россия возвращается в свое имперское русло.
Выдавливая Штаты из Средней Азии, беря Европу в клинья трубопроводов, грозя ей "Искандерами", освобождая от Саакашвили Поти, засылая корабли к Сомали, а бомбардировщики — в Венесуэлу, страна отстаивает свое право на выживание в катастрофической фантасмагории "конца истории". Сшибка России с другими супердержавами неминуема, как столкновение их спутников на орбите Земли.
Для советского стоика, зовущего Родину "Эрефией", еще вчера готового с цветами встречать белорусские танки, вторгнись они в Россию, нынешнее усиление Москвы на постсоветском пространстве вызывает лишь гнев. В его картине мира ненавистная Америка, устав маяться со строптивыми "ханами" и "баями", поставила "компрадорскую олигархию с Рублевки" "смотрящими" по "зоне СНГ", дабы эффективнее держать весь бывший советский народ в узде "нового мирового порядка".
Для русского ультранационалиста возвращение России на окраины есть преступная блажь власти в условиях кризиса, из-за которой драгоценные накопленные ресурсы "выбрасываются на содержание нацменов". Он и нынешнюю Федерацию готов обкорнать наполовину, скукожив жизненное пространство русских до ледяного Нечерноземья.
Оба этих взгляда на события ничтожны, поскольку в них не дышит Дух русской истории — имперской истории.
Лишь имперское мироустройство России, в котором под очами Бога цветут и плодоносят, не состязаясь друг с другом, десятки культур, языков и традиций, способно удержать великую территорию от распадов и "войн всех против всех", а русский народ — от никчемного прозябания в "геополитическом обрубке" без морей и пашен, без нефти и урана, без Общего дела и исторических перспектив. Россия, чтобы выжить, обязана быть Большой Россией.
Только будучи империей, Россия способна иметь собственные самолетостроение и кинематограф, города в Заполярье и музей Пушкина при сельской школе, праведную веру и "нулевой Московский меридиан". Вне имперского контекста Россия не суверенна, а русский народ — "не рентабелен". Без Империи нет ни в чем смысла: ни в скалах Курильской гряды, ни в парадах на Красной площади.
Вложение сгорающих денег Стабфонда не в "Челси", не в отели Куршавеля, а в дружественные режимы по периметру границ — лучшая инвестиция в русскую безопасность. Наши, а не чужие базы под Брестом, Ереваном и Бишкеком увеличат "подлетное время" натовских ракет втрое, позволив русским жить под мирным небом, сэкономив миллиарды человеко-часов в бесплодной гонке вооружений.
Имперская реконкиста не может не стать локомотивом внутренней модернизации — такова суть русской истории со времен Петра Великого. Никакая экспансия невозможна без новых предприятий, новых научных школ, новых дорог и коммуникаций, новой энергетики. Значит, всё это будет построено даже вопреки желанию Кудрина и Чубайса. Что значит совместная армия стран СНГ, общее ПВО с Белоруссией, "Искандеры" в Калининграде? Это рывок российского ВПК. Что такое строительство "Северного" и "Южного Потоков"? Это новые рынки в Европе, громадные вливания в бюджет, развитие десятка смежных отраслей, миллионы рабочих мест. Чем обернется наше возвращение в Среднюю Азию? Новыми плодородными землями, грошовыми ресурсами, обретением всей таблицы Менделеева. Империя — вот лучший рецепт от Кризиса.
Именно имперская логика существования русского народа в истории вдыхает в него силы, связывает с небесами, превращает в Народ-победитель, Народ-творец, Народ-вершитель собственной судьбы. Победа русского оружия в Южной Осетии сильнее сотен нравоучительных телепередач укрепила дух нации. Русский флаг, реющий над Севастополем, Цхинвалом или Нарвой, согревает сильнее природного газа. Чтобы хотелось жить, а не лезть в петлю, достаточно знать, что Россия — бездонная, пульсирующая, брюхатая, ненаглядная — любит тебя и будет любить вечно.
Пятая Империя русских победит.
Денис Тукмаков
