В конце концов, когда шок проходит, наступает смирение. Ну вот такое сейчас в России начальство среднего звена. Такие менты, такие депутаты. Так у них устроены головы. Да и ничего нового, грубо противоречащего отечественным традициям, они не говорят. Хоть прошлый век бери, хоть позапрошлый.
Разоблачение иностранных шпионов – это старинная национальная игра, которой увлекались и вожди, и начальство среднего звена, и население. Но все-таки, пока шок не прошел, обалдеваешь. В самом деле, трудно без мата провести экспертный анализ, читая подготовленный в Думе доклад неких безымянных товарищей, которые усмотрели связь между автомобильными бунтами в Приморье и работой токийской разведки, а также западных агентов влияния. С целью отобрать Дальний Восток у России и передать Японии. Документ, как раскопали коллеги из "Независимой газеты", самозародился в кабинетах аналитического управления аппарата ГД. По заказу единороссов.
Общественность, еще не сошедшая с ума, гадает: зачем правительство устроило эту провокацию с пошлинами на иномарки в самый разгар кризиса? Зачем согнанный во Владивосток подмосковный ОМОН избивал в кровь демонстрантов и журналистов? Для чего Путину понадобилось увеличивать количество ненависти в социуме, которая и так зашкаливает за все мыслимые пределы? По гражданской войне соскучился? Или просто по-другому не умеет?
А тут, на голубом глазу, сказано прямо и горячо, со всем пылом бытовой конспирологии. Сказано: "…акции протеста реализуются по единому сценарию, напоминающему сценарий так называемых оранжевых революций, когда искусственно инициированное недовольство людей впоследствии направлялось в политическое русло и приводило к дестабилизации ситуации, смене власти в стране и получению псевдонезависимости". Доводя мысль до конца, следует предположить, что японская агентура внедрилась в российское правительство, но так далеко аналитики не заходят. Все-таки и безумию положен предел.
А вот совсем свежая новость — отрывки из выступления начальника ГУВД по Петербургу и Ленобласти Владислава Пиотровского на расширенном заседании управления. В связи с предстоящими муниципальными выборами генерал-лейтенант ожидает "активизации деятельности правозащитных и общественных организаций, через которые иностранными спецслужбами финансируется экстремистская деятельность". Развивая эту мысль, г-н Пиотровский сообщает, что шпионы-экстремисты ставят перед собой задачу получить как можно больше мест в муниципальных советах.
Опять-таки, пока не придешь в себя, все гадаешь: зачем он это сказал? Зачем ЦРУ или там спецслужбам Ее Величества вести депутатский прием в Питере и активизировать экстремистскую деятельность, вникая в проблемы вывоза мусора и коммунальных (не)платежей? Не проще ли сразу купить генерала Пиотровского, чтобы он ежедневно выступал с такими речами, дискредитируя власть и правоохранительные органы? Денег-то хватит, невзирая на кризис.
Смиряясь, приходишь к успокоительному выводу: власть свято верит в то, что говорит, наследуя традиции невменяемого начальства минувших столетий. Однако есть и другие версии. Намеренно провоцируя граждан, власть демонстрирует превентивную крутость. Избивает людей в Приморье, полагая, что таким образом запугает всю страну. Заранее выставляя оппозиционеров агентами иностранных спецслужб, готовит народ к муниципальным выборам в Питере и объявляет о том, кого не допустит заседать даже в местных советах.
Возможен и еще более печальный сценарий. Кремль и туповатое, но всегда ухватывающее суть начальство среднего звена назначает правила, по которым страна будет играть в кризисные годы. Смеешь выйти на площадь? Японский агент. Собираешься реализовать свое право избирать и быть избранным? Экстремист, шакалящий у иностранных посольств. Занимаешься правозащитной деятельностью? Враг народа.
Ну да, пародия на сталинизм, чем и является российская власть в последние восемь с небольшим лет. Эффективный менеджмент в эпоху газовых войн и придушенной нефтяной ренты. Душное время, когда палачи выглядят идиотами, оставаясь палачами. С ним тоже смиряешься, но неохотно, потому что весь этот маразм надолго, а жизнь одна, и если даже своей не жалко, то о судьбе поколения Насти Бабуровой думать просто невыносимо.
Илья Мильштейн
