На данный момент, мне кажется, проблема и для России и для Украины заключается в следующем – мы уже, обе стороны, себя блестяще показали, создали абсолютно патовую, — такой вечный пат, — психопатическую ситуацию, похожую на Достоевского.
Но вот у Достоевского, когда герои встречаются вроде бы по конкретному поводу, решить какой-то вопрос, из них начинает лезть со страшной силой поток взаимных обид, обвинений.
Это называется «дурная бесконечность» — дурная бесконечность взаимных обид, когда сцепились в такой пато-психологической ситуации и уже расцепиться не могут – на каждый аргумент одной стороны тут же аргумент другой стороны, и так до бесконечности — дурная бесконечность. Расцепить этот клинч, этот вечный пат, может только Европа. Но не просто расцепить, я думаю, что сейчас и для России и для Украины вопрос стоит следующим образом: с кем будет Европа. В этом треугольнике, на чью сторону перейдет Европа. И теперь уже этот бесконечный потом взаимных обвинений, который равно марает обе стороны, который понижает уровень каждой стороны ровно настолько, насколько она обругала другую, — вот это интересный, кстати, отдельный момент.
Потому что игры с нулевой суммой: если мы понизили доверие к Украине, то этим мы повысили доверие к себе, абсолютно не получается. И со стороны Украины тоже не получается: если мы понизили доверие к России, этим повысили доверие к себе. Ничего подобного. Насколько мы понизили доверие к Украине, настолько же мы понижаем доверие к себе, и обратно. То есть, общий уровень доверия — он по нижнему фиксируется.
При этом обе стороны с невероятным азартом продолжают выливать помои друг на друга, все новые и новые запасы помоев выливаются — вот такая дурная бесконечность излияния взаимных помоев. Но на самом деле осталось главное – на чьей стороне будет Европа.
Отдельный интересный вопрос. В самом лучшем случае для России, если Европа, тем не менее, займет российскую сторону, она, так или иначе, надавит на Украину и транзит этот на условиях, близких к российским, может возобновиться, что будет дальше? Пока что, за эти три недели, Россия в чистом виде потеряла больше миллиарда долларов на том, что газ был недопоставлен. Напоминаю уважаемым слушателям, что согласно версии Путина, скандал начался с того, что в ходе переговоров в декабре прошлого года Россия ставила цену 250 долларов, Украина сначала говорила 200, потом, по словам Путина, Украина дошла до цифры 235. Разница была в 15 долларов, что даже если бы эта цена была зафиксирована на весь год, составляло бы сумму в 900 миллионов. Или Россия могла эти 900 млн. из Украины выжать, или не выжать. Чистые убытки на сегодняшний день России уже превысили миллиард – это чистые убытки. А будут еще.
А будут еще иски судебные против России со стороны Европы – это уже заявлено, как и против Украины. И «Газпром» подает, и украинцы поддадут иски. То есть, адвокаты на этом заработают, может быть, не миллиард, но много десятков миллионов. Но это фигня — эти чистые убытки на сегодняшний день вообще ерунда. Реальная проблема заключается в том, что теперь — и это уже очевидно для всех, — европейцы от болтовни про диверсификацию источников энергии, перейдут к действиям. Весь вопрос только в одном – какого размера будут эти действия. То, что действия будут – это уже ни у кого сомнения не вызывает. Весь вопрос в их размере. «Газпром» сейчас поставляет в Европу 170 млрд. кубометров газа – это 40% общего экспорта газа в Европу и 20-25% потребности Европы в газе. Заменить это в один день просто нечем, какая бы болтовня ни велась на эту тему, — альтернативные источники энергии, альтернативные поставщики, — такую огромную массу заменить ни в один деньг, ни в один год нечем.
Вся штука заключается в том, что если из этого делается вывод, что «никуда они от нас не денутся», то это крайне глупый вывод, — глупый, самонадеянный, и очень в стиле того жлобского хвастовства, которое стало у нас практически официальной идеологией, официальным стилем. Денутся, еще и как. Если они проявят реальную политическую волю, то они могут принять программу, рассчитанную на 3-5 лет, и за эти 3-5 лет понизить зависимость от российского газа, то есть, объемы российского экспорта в Европу, раза в полтора-два как минимум. Вот этот проект «Набукко», который, очевидно, теперь будет актуализирован – это около 30 млрд. кубометров газа. Правда, считается, что у них и потребность в газе может вырасти – правда, это считалось до кризиса.
Значит, уменьшат они зависимость: с помощью атомной энергетики, с помощью Катара, Алжира. Кстати, надо иметь в виду, что наши реальные конкуренты в газовой сфере — это бывшие республики СССР, то есть, Туркмения, Узбекистан, Азербайджан, которые через это самое «Набукко» будут свой газ гнать в Европу. А наш реальный союзник — это Украина. Потому что для Украины один из главных источников дохода – это транзит русского газа. А нам без Украины деваться все равно некуда.
А что ж мы этого не понимаем? Вот опять эта «дурная бесконечность»: кто первый сказал «э», кто виноват, — вот это выяснение вечное с огромным смаком вопроса «кто виноват». Перехожу к выводам, опуская еще тысячу всяких очень интересных деталей. Значит, мораль сей басни такова. Возможны, как мне кажется, два варианта. Первый – «Газпром» на этом деле медленно теряет позиции – теряет он точно, в любом случае, но теряет медленно и не критично, то есть, те объемы газа, которые он будет недопоставлять в Европу, он найдет им другое применение — например, в Китай, если Китай будет расти, еще куда-то.
«Южный поток» идет по акватории Украины, и Украина никогда не позволит его строить, равно как по акватории Турции, Турция тоже не позволит его строить, или, по крайней мере, сделает все от них зависящее, чтобы этот номер не прошел. «Северный поток» — тоже зря так оптимистичен Вадим — «Северный», равно как и «Южный поток» означает, что Европа согласна на увеличение российских поставок. А Европе это не нужно, потому что Европа не хочет иметь дело со столь ненадежным поставщиком, как Россия. Причем, ненадежность теперь уже не связывается только с Украиной. Ненадежность теперь уже «вообще». Они говорят: вы хотели газовой трубой оглоушить Ющенко, вы пытались его газово-шантажировать — неважно, правда это, или неправда, — вы используете газовый пистолет, — нам это не нужно. Диверсификация означает не то, что украинский транзит перекроют, а то, что вообще российский газ постараются уменьшить. Тем не менее, вариант номер один: поставки российского газа уменьшатся, но не критично, и «Газпром» в этой ситуации, так или иначе, устоит, а вариант номер два гораздо хуже, а именно: Европа заключает союз с Украиной и сбывается мечта многих уважаемых россиян, о которой даже говорили в этой студии, а именно, России говорят: господа, мы снимаем вас все хлопоты, всю головную боль, вы доводите свой газ до границы Украина-Россия, а дальше это не ваша печаль-забота: вам платят за этот газ, и все. Дальше решаем сами. Вот с моей точки зрения, десятилетние разговоры о том, что вступление Украины в НАТО это геополитическая катастрофа для России – это была бессмысленная демагогия.
А вот это – геополитическая катастрофа самая настоящая. Потому что газ у России, когда этот газ подойдет к границе Украины, будет покупать на европейские деньги та самая Украина, и не Россия, а Украина будет уже дальше торговаться со странами Европы, и станет великой газовой державой, что приносит не только деньги, не только политическое и экономическое влияние, но и многое другое. В этой ситуации, например, Украина, может изменить свой закон и отдать свою газотранспортную систему той же Европе – или полностью, или частично, или на условиях концессии – не важно. Важно, что Россию отбрасывают назад от Европы ровно на ту самую тысячу сто километров, которую составляет газотранспортная система Украины. И Россия превращается в Туркмению, которая может только довести свой газ до границы, а дальше — не ваша забота. Причем, в Туркмению 90-х годов, потому что теперь уже сама Туркмения так не торгует. Туркмения хочет хлопоты на свою голову, хочет войти в проект «Набукко», Туркмения хочет доставлять свой газ или иметь долю в доставке газа конечному потребителю, а Россия, — если Украина с Европой заключит договор, — будет отброшена в положение бывшей Туркмении. Кстати, по этой логике – зачем нам хлопоты и заботы с транспортировкой газа? Зачем нам мучиться, зачем нам вообще «Газпром»? Отдадим «Газпром» в концессию европейцам, будем получать деньги и ни о чем не думать – они будут добывать, и транспортировать, а мы только деньги считать и о своем величии рассуждать Исключительно удобное положение. Отдадим Ханты-Мансийский округ кому-нибудь в аренду, и будем кайфовать: рассуждать о том, какие мы великие, получать деньги и ни о чем не думать. Понимаете, вот это та логика: логика чистого паразитирования и чистого отбрасывания. Ну и в заключении еще одна страшилка. Вообще говоря, если в этой ситуации «Газпром» попадет в капкан, то есть, поставки в Европу за несколько лет, допустим, резко упадут, а перекредитование из Европы не придет, то это действительно, без дураков, без нагнетания истерического пафоса, потенциальная катастрофа для российской экономики. Потому что «Газпром» — это краеугольный «ея» камень, и катастрофа «Газпрома» означала бы настоящую катастрофу для России. Надо сказать, что «Газпром» создавался 40 лет, и мне казалось, что можно многое развалить, например, авиационную промышленность, электронную промышленность, естественную, текстильную промышленность, но развалить «Газпром» технически сложно, потому что не бывает газа первого и второго сорта – ну что там, — труба, и из нее газ идет. Вот если мы сумеем развалить «Газпром», то это действительно, надо сказать, вызывает уважение, потому что это исключительно трудная задача.
Вот ровно на этом месте, когда коммерческий спор вывели в публичное пространство и сказали «прогибаться нельзя», и если разница в 15 долларов, то из-за этого будет скандал вот такого масштаба, — ровно по этой логике мы и действовали: «не уступим». Вот эта самая логика — или мы стоим на коленях, или вы стоите на коленях, когда единственная обожаемая эротическая поза, когда кто-то на коленях, а если мы встали, то вас поставили, — вот это та самая логика, которая привела к сегодняшним результатам. Один из аспектов. Много было других причин, но это одна "из".
Леонид Радзиховский
