Сейчас уже очевидно, что Путин провел свою страну долгим и трудным путем от положения, когда ее принимали в элитных мировых клубах, пусть и не как равную, но как идущую по этому пути, до страны, смело идущей в клуб изгоев.
В общем, в какой-то момент уже переименовали G7 в G8 – именно под РФ, и этот аванс надо было отрабатывать своим цивилизованным поведением и демонстрацией того, что страна усвоила основные принципы взаимодействия великих держав. Но именно в этот момент Путин воспринял гостеприимство и доброжелательность за слабость, и из него, как и из всей его страны, полезла шпана из питерской подворотни, а фраки и бабочки превратились в босяцкие: «Сыш ты, смотри сюда!».
Судьба дала Московии то, что должно было принести пользу и дать возможность качественной переплавки страны и превращение ее пусть не в европейскую страну (не тот менталитет), но ходя бы во вменяемую, цивилизованную и уважаемую страну, и что было направлено на прямо противоположные цели.
О совке – нечего и говорить, поскольку тот перешел на людоедскую стратегию экономики именно из-за нищенского положения. И вот с 2004 года, Фортуна дала шанс. Он состоял не только в том, что деньги полились рекой, но и в том, что в мире не было силы, которая противостояла бы Московии как в политическом плане, так и в военном. Не ожидая неприятностей от соседей и партнеров, можно было начинать реформы, ломая старый уклад и выстраивая новое государство просто с нуля. Это – опасный период, когда страна наиболее уязвима, но угроз просто не было. Десяти лет должно было хватить для полного реформирования страны хотя бы потому, что денег было даже больше, чем того требовали реформы.
Да, это был шанс, который выпадает очень редко и не всем. И вот во время полемики с россиянами, уже было заметно, что они ведут себя как алкоголик, который решил выпить все, что есть и при этом – дуреет просто на глазах. Уже тогда чувствовался этот пренебрежительный тон и назидательные нотки, но после простых вопросов о том, чего они смогли бы добиться если бы у них не было ядерного оружия, газа и нефти, приходилось выслушивать и читать ровно то, что мы видим прямо сейчас.
Но просто на минуточку представим, что нету там ядерного оружия, а газ с нефтью кончились. Куда бы делось величие, исконность, духовность и главное – этот апломб? Но россияне ведут себя как настоящий алкоголик, которого пытаются вывести из кабака. Он кидается в драку, материт всех, кого видит и на ходу – гадит на пол. Это невзирая на то, что вошел он сюда в дорогом костюме, гладко выбритым и пахнущим дорогим парфюмом, а главное – с толстым лопатником в кармане.
Его учтиво и внимательно обслуживали, старались угодить так, чтобы ему все понравилось и он безусловно остался довольным качеством блюд, напитков и обслуживания. Но оно нажралось и начало бузить, а когда ему стали делать замечания – стало в обиженную позу на стол и начало мочиться на всех присутствующих, приговаривая, что это – божья роса и все должны быть от этого в восторге.
Понятно, что такое тело выкинут из кабака и вряд ли когда его сюда пустят, но пока его аккуратно тянут, он продолжает орать: «Хамы!» Именно этот путь и был проделан Московией, во главе с постоянным и теперь уже наверняка – бессменным предводителем – Путиным. Сейчас, безусловно, Московия имеет совсем не тот статус, который имела 10-12 лет назад и он продолжает меняться на глазах. Но прямо сейчас можно формализовать его, исходя из того, что делает сама Москва и что делают ее партнеры.
Как известно, статус или положение, определяется относительно чего-то, а потому – статус государства определяется относительно тех групп государств, откуда произошло перемещение и в группу тех государств, где оказалась страна или хотела бы оказаться. Сегодня политический вес РФ находится на уровне младшего партнера Китая. Хотя Москва пытается бросать вызов США, но уже всем понятно, что это – глупая затея и равняться с супердержавой бесполезно. Тем не менее, синдром величия вынуждает Путина оппонировать именно Вашингтону, чтобы создать иллюзию более серьезного статуса.
Что характерно, прямо бросить вызов Китаю, который сам не решается его бросить Штатам, не просто страшно, а самоубийственно. Пока Китая модернизирует свою армию, он еще не совершил ни единого конкретного шага, ведущего к пересмотру границ, но уже имеет силы и средства для осуществления подобных операций. Штаты для Москвы – выгодная мишень для вызова потому, что те – далеко и не имеют общей границы с РФ. И напротив, граница с Китаем протянулась на тысячи километров и по местам, где РФ уже не имеет оборонного потенциала.
Проще говоря, любое обострение отношений с Китаем, может вылиться в аннексию Сибири и Дальнего Востока. В Москве это понимают и стараются никак не конфликтовать с Пекином еще и потому, что после обострения отношений с Западом, Китай стал более или менее – надежным местом хранения всего, нажитого непосильным путем и кроме того – запасным аэродромом, если в РФ все начнет рушиться. Уже несколько лет подряд российские богатеи аккуратно перемещают свои активы в Китай, больше всего – в Гонконг. Там же россияне массово скупают недвижимость, поскольку наличие больших денег обязывает принимать решения не на тех данных, которые льются из телевизора, а на реальном состоянии дел. Хлипкость же ситуации в РФ понятна буквально всем, ибо считай они Московию островком стабильности, не вывозили бы все свое состояние за ее рубежи.
Отсюда следует, что в ближайшем будущем, отношения Китая с Западом будут куда более плотными, чем с Москвой и если возникают вопросы санкционного преследования, то Китай хоть и без энтузиазма, но будет к ним подключаться.
Но самая большая опасность для россиян – не в этом. Китай имеет несколько тысяч лет истории, которые дают ему основания делать выводы из собственного обширного опыта. В частности, демонстрируя жаркие обнимашки и целовашки с Путиным, руководство Китая внимательно следит за тем, что происходит в РФ. И это даже не потому, что надо выбрать момент, когда Московия только начнет рушиться, чтобы застолбить свои новые территории, а потому, что в Китае уже сосредоточено под триллион российских денег. Вернее, денег российских функционеров. Вот их и надо будет правильно пристроить.
Понятно, что могут быть разные варианты, но главное – правильно выбрать момент. Если начать слишком рано, поднимется вой до небес, а если позже – еще не известно, куда эти деньги будут выводить. Но китайцы вряд ли упустят выгодный момент для того, чтобы пополнить свой бюджет этими деньгами. Если россияне станут разевать рот, их быстренько пристроят по судам за коррупционную деятельность, а за это там дают расстрел.
Просто прихватят парочку ребят из журнала Форбс и шлепнут в той канаве, где расстреливают коррупционеров и никто, ничего не скажет. Вот так в Китае борются с коррупцией. Кому какое дело? Вот они методично уничтожают уйгуров, и никакие ООН и куча международных организаций даже звука не издают. Но как только парочка условных Миллеров познакомится с пулей, китайского производства, остальные решат, что бодаться с Китаем – себе дороже и все!
Но вернемся к статусу. Если бы Москва была в равном положении с Китаем, то именно вопрос сохранности денег и жизней российских коррупционеров в Китае, был бы поднят и решен официально, а этого нету до сих пор потому, что Москва не может так ставить подобные вопросы перед старшим партнером и тогда Кремль запустил ряд операций, под условным наименованием «разменная монета», которые как раз и указывают на статус Московии.
Российские специалисты из «Вагнера» в ЦАР. Они там помогают
Как уже понятно, Москва готова применять силу там, где не ожидает мощного отпора, который может превратиться в позорное поражение. Путин сам выстроил такую систему, где ему нельзя показывать слабость, ибо система его ликвидирует. Заметим, не население РФ, которое мы не называем народом, ибо там нет народа, а население. Оно даже не импотентно, оно – раболепно и не способно на избавление даже от ослабевшего диктатора. Оно просто будет ждать прихода более жесткого диктатора. Так что Путину нельзя показать поражение и одновременно – надо демонстрировать силу там, где его не поймают за руку или дадут отпор.
В общем, сейчас Путин действует как классический рэкетир. Он сам создает проблемы, а потом продает возможность эти проблемы решить. Так было в 90-е, когда бандиты предлагали «крышу» и обещали безопасность, а чтобы всем было понятно, от чего эта крыша должна защитить, приходили «быки» и показывали, что защита нужна именно от этого.
Вся международная политика Москвы сейчас направлена именно на это. Теракты и беженцы, которые циклично раскачивают Европу – его работа. Сирия, в том виде, который там сейчас есть – та же самая проблема, которой Путин пытается торговать и вчера это делал в Турции, где Ангела Меркель назвала его человеком в сибирском пальто, а на простом языке – ватником. И это же Московия сейчас делает в Африке.
Другой вариант – что-то сделать для того, чтобы усложнить судоходство по Суэцкому каналу и тем самым, усложнить доставку углеводородов из Залива, но это тоже – очень чревато, потому что найдется масса желающих держать артерию открытой. Но выясняется, что Москва концентрирует свои интересы в отдаленных, от этих регионов, местах, а именно – в Судане и что более интересно – в Центрально-Африканской республике. Между прочим, это именно там, где пару месяцев назад была расстреляна группа российских журналистов, их же соотечественниками из ЧВК то ли Вагнера, то ли еще кого-то.
Наверняка многие задавали себе вопрос о том, что там делали журналисты и что там делают ЧВК. А на самом деле, туда перебрасываются как наемники, так и кадровые военные из спецназа, а кроме того, туда идет мощный поток вооружений.
Похоже на то, что там уже все настолько все далеко зашло, что вчера лидер вооруженной мусульманской группировки CNDS Аблулай Хиссен, обвинил президента-христианина Фостена-Арканжа Тудеру в заговоре и сдаче страны в аренду российским наемникам. Поэтому вчера Хиссен выдвинул ультиматум, по которому российские военные должны покинуть территорию, которую они контролируют и вообще – начался процесс вывода российских военных из страны.
Но уже очевидно, что простых вариантов решения межрелигиозного конфликта уже нет. Москва уже подтвердила, что там находится полторы сотни специалистов из РФ, которые «выполняют, в том числе и задачи военного характера». Мы прекрасно знаем, что это означает. 150 человек там находятся именно как военные «советники», а кроме того там уже наверняка имеется кратное количество различного рода «отпускников», которым врач прописал теплый и сухой климат.
Но не только это указывает на необратимость процесса, а еще и то, что Москва уже осуществляет поставки туда оружия на условиях помощи, то есть – без оплаты. А Москва никогда не дает оружие даром, оплата будет взыскана, только не деньгами, а суверенитетом, базами и плацдармами для войны. Сирийцы – в курсе. То есть, россияне создают базу в самом центре Африки, на которую уже сориентирован поток вооружений, которое теперь вынырнет в самых неожиданных местах и очень скоро следует ожидать резкое обострение ситуации в самых неожиданных местах.
Но эти места будут неожиданными лишь в том случае, если отойти от основного рэкетирского принципа – торговли созданием и решением проблем. Но как известно, Африка является регионом, который активно осваивает именно Китай. Туда он направляет громадные инвестиции, строит собственные производства и добирается до полезных ископаемых и других ресурсов, которые критичны для китайской экономики но в регионах, где ни европейские, ни американские бизнесмены не хотят пачкаться. То есть, Китай туда вошел без особых издержек и вот теперь Москва сделает присутствие Китая в Африке не таким комфортным, как было раньше.
В общем, Путин уже не может в лоб решать проблемы даже с Китаем и осознал свое подчиненное положение, а влиять на сговорчивость Китая и хоть как-то гарантировать свои активы в Китае можно только раздувая и приглушая огонь войны в уже фактической вотчине Китая.
Сам выбор инструмента влияния на Китай говорит о том, что из G7 Московия вылетела уже не на уровень Китая, а гораздо ниже. Но вот что интересно, совок и Китай – молочные братья, тем более, Поднебесная имеет куда большую историю государственности и что если в Пекине решат создать зеркальные проблемы Москве? А им это сделать куда проще и главное – ближе.
