Итак, мы уже давно заждались реакции Кремля на результаты последнего саммита НАТО. Как мы помним, там были подтверждены перспективы интеграции с Альянсом Грузии, Украины и Молдовы.
Поскольку Грузия начала процесс унификации своей армии и внутренней конструкции государства со стандартами НАТО, она и должна первой войти в ее состав.
В десятую годовщину агрессии РФ против Грузии, делающий вид премьер-министра РФ Медведев, пригрозил Грузии «ужасными последствиями» вступления в НАТО. В общем, Димону не надо было вылазить из-под стола Путина, или где он там живет, а тихонечко отбывать номер, прикидываясь то спящим, то коматозником, оно потом помогло бы. Говорят, что он, как и Путин, закончил юрфак и должен бы знать, что военные преступления, в которые он с шефом заделался по уши, не имеют срока давности. Если у Путина есть хорошие шансы быть отравленным, зарезанным, задушенным или застреленным, то у Медведева таких шансов просто нет. Об этот матрас никто пачкаться не станет, а это значит, что при массовом падеже Путина, Шойгу и еще десятка-двух старших товарищей, отдуваться за всех будет именно он.
Достаточно вспомнить Нюрнбергский трибунал, где по уважительным причинам отсутствовали Гитлер и Гиммлер, на вешалку пошел некто Вильгельм Кейтель, подписавший акт о безоговорочной капитуляции, вместо Гитлера. Он пошел под раздачу просто потому, что не было в живых первых лиц государства. Так что Медведеву надо привыкать к наручникам и прочим прелестям военного трибунала. Кто-кто, а он точно там окажется.
Но пока он считает, что удачно прикидывается неподсудным дебилом и в случае чего, просто поедет в психушку. Но если взялся играть эту роль, не угрожай Грузии, не хорошо это. Психиатрическая экспертиза признает тебя вменяемым и подсудным. Но уже как есть.
Между прочим за пару последних недель, угрозу получила Грузия за НАТО, а Украина – за автокефалию. И каждая угроза выглядела примерно одинаково. Они нас пугают ужасными последствиями. Однако, любой инструмент политической игры, следует применять в свое время. Время этого инструмента умерло в 2014 году, когда всем стало понятно, что Кремль способен влезть в авантюру, выхода из которой нет. То есть, пугать «ужасными последствиями», имея в виду применение силы и применять ее – инструменты разной силы и достоинства. Если ты ведешь войну, не важно, в какой ее стадии, то пугать противника войной же – просто глупо. Это можно делать только до того, как началась война. До этого момента у противника еще будут сомнения на счет того, что именно ты понимаешь под этими самыми последствиями, а потом уже сомнений нет и есть профессиональная военная работа. То есть, фактор возможности избежать войны в принципе – уже не работает, как и не работает фактор внезапности.
Угрозы теперь не имеют смысла, поскольку они воспринимаются адекватно и по деловому, с раскладкой ответных действий, на которые и армия, и страна уже готовы и психологически и физически, поскольку сознание уже отработало фазу мобилизации и в случае очередного обострения уже не будет паники, ибо каждый – десятки раз просчитал свои действия на такой случай. Кто-то пойдет навстречу врагу, кто-то готовится достойно встретить его в своем населенном пункте. Если вам встречались в саду или на огороде места, где почему-то не растет трава и земля имеет какой-то жирноватый вид, вы прекрасно знаете, что землю тут поливают машинным маслом.
И вообще, подобный сценарий развития событий уже давно рассматривается как основной и армии готовятся работать именно в этом режиме. Если в режиме потенциальной угрозы планы имели в виду различные варианты и форматы вторжения, в зависимости от тех сил, которые противник решит бросить в бой, то сейчас вся подготовка идет к варианту, когда противник пустит в ход всю боеспособную армию. Еще несколько лет назад само решение на такой масштаб войны грозило неминуемой катастрофой, теперь это уже выглядит как сложная, но вполне решаемая боевая задача.
Сразу стало понятно, что в первую очередь надо нейтрализовать авиацию противника и на сегодня ПВО поднята из руин и с каждым днем насыщается все более новыми и эффективными средствами ведения боя. Заметим, авиация противника получила боевой опыт в Сирии, который вряд ли сослужит ей хорошую службу, если не наоборот. Там она работает при полном отсутствии ПВО и авиации противника. То есть, там авиация летает где хочет и как хочет, на высотах, свыше трех километров, где их не достают зенитки и ПЗРК. Мы же имеем уже не просто систему ПВО, а одну из самых насыщенных в Европе, и процесс насыщения продолжается. Кроме того, практически из пепла возродилась наша боевая авиация, пусть ее не много, но россияне не привыкли вообще к такому раскладу. Как только они столкнулись с турецкой авиацией – мгновенно пошли жмуры.
Но ситуация изменилась и теперь еще будет вопрос, кто за кем будет гоняться, танки за нашими бойцами, или наши противотанкисты, в поисках цели. Уже есть чем жечь российское железо, и кому это делать. Причем, не в виде отдельных, разрозненных групп, а именно в формате противотанковой обороны. А кроме того, прямые угрозы стирают камуфляж гибридности боевых действий и это значит, что уже не только россияне могут открывать огонь по нашей территории, но и мы сможем эффективно подавлять огневые точки, аэродромы и инфраструктуры противника. И главное, боевые действия в Украине показали, что россияне мгновенно отказываются от своих бойцов, попавших в плен. Мало того, обменянным россиянам некуда податься и они снова берутся за оружие. Такое положение дел обнаружил еще Наполеон Бонапарт.
Если кто не в курсе, «альпийский поход» Суворова, в конце концов, окончился поражением, но пока он тащил войска через горы, обмороженными, раненными и травмированными, там остались несколько тысяч суворовских бойцов. Если кто-то рассказывает о том, что Суворов заботился о простых солдатах, просто спросите о том, сколько этих бойцов он бросил на смерть в Альпах и все встанет на место. Но дело не в этом, а в том, что Наполеон приказал всех их подобрать, накормить, подлечить, обмундировать и отправить царю, что и было сделано. Каково же было удивление Наполеона, когда почти вся эта публика снова пришла воевать против него. В общем, по возможности надо как можно меньше иметь пленных московитов. Тут нет каких-то противоречий с конвенциями и правилами ведения боя. Американцы под Хишамом не стали пачкаться и брать россиян в плен. Они раздолбали их самолетами, дронами и артиллерией, а потом вертолеты утюжили всех, кто еще был способен шевелиться. И никто не возмутился тому, что делали американцы. Они просто понимали, какая дрянь перед ними и потому – работали максимально чисто.
В общем, все эти угрозы имеют прямо противоположный эффект. По реакции Москвы можно сверять правильность своих движений. Если это вызывает недовольство Москвы, то движение идет примерно в правильном направлении. Если же Москва бьется в припадке и брызжет желчью, то ход был единственно верным.
Тут есть и еще один очень интересный и мало кем затронутый вопрос. Прямые военные действия, которые Москва продемонстрировала против Грузии и Украины, говорят о том, что противник уже лишился рычагов экономического давления. Были бы они у него были, он бы попытался нас задушить, но те времена остались давно позади, и теперь есть РФ, как экономическое понятие, или ее нет вовсе – уже совершенно неважно.
