Есть ли у меня сочувствие по поводу гибели восьмидесяти штатных сотрудников Министерства обороны поехавшей головой недоимперии,
устроившей в соседней братской когда-то стране Сталинград и Курскую дугу с тысячами погибших, и летевших теперь в Сирию петь и плясать перед летчиками для поднятия боевого духа, чтоб им более лучше бомбилось, а также девяти сотрудников агентств массовой пропаганды — причем самых передовых из них, "Первого канала" и "Звезды" — клепавших сюжеты про фашизм, хунту, распятие детей, тысячами вербовавших людей на войну как в Украину, так и в ту же самую Сирию, оправдывающих посадки моих друзей, врущих про то, что моего товарища не пытают в Сегежской колонии, призывавших к расправам со мной и моими друзьями, выливших тонны дерьма на близким мне людей и не раз поставивших их жизнь под угрозу, раскрутивших антимигрантские, антигрузинские, антиукраинские, антилиберальные, педофильские и прочие кампании, приведшие к убийствам инакомыслящих и инакородных уже в мирных российских городах — сотнями, если не тысячами — и в первых рядах строивших новую оруэловщину, диктатуру и ГУЛАГ….
Риторический вопрос.
Нет. У меня нет ни сочувствия, ни жалости. Я не выражаю соболезнования родным и близким. Как не выражал никто из них. Продолжая петь и плясать в поддержку власти или все так же поливать дерьмом с экранов телевизоров и после смерти. Чувство у меня только одно — плевать. Не я противопоставил себя этому государству и его обслуге. Это государство и его обслуга противопоставили меня себе. Оно назначило меня врагом и национал-предателем. Так что — совершенно плевать.
Хотя, впрочем, ни злорадства, ни радости нет тоже.
У меня в голове лишь одна исключительно рациональная мысль — в зомбоящике живой силы, раскручивавшей механизм посадок и убийств моих друзей и коллег, стало на девять единиц меньше.
No regrets. They don’t work.
Все.
ЗЫ: Ну и да, в двадцать пятый раз — самое интересно, что этот дискурс возможен только в России. Во всех остальных странах по периметру — а в особенности в Украине и теперь вот еще и частично в Сирии — все эти разговоры о том, что "ужасная катастрофа", "они всего лишь певцы и танцоры", "лично никто из них не виноват", "так нельзя" и прочую гипертрофированную толерантность — просто не поймут. Вот просто не поймут и все.
Нет, не будут ни спорить, ничего. Просто пожмут плечами и отойдут в сторону. Не понимая, зачем вы им говорите о том, что нужно выражать соболезнование военно-транспортному борту вооруженных сил страны, которая этими самыми вооруженными силами убивает граждан его Родины. Где кладбища растут теперь, как на дрожжах.
Ну вот не объясните вы человеку, что штатный служащий министерства обороны оккупационной армии, летевший давать концерт в только вчера разбомбленный Алеппо — ну просто вот работа у него такая, а что он мог сделать, он человек подневольный, приказали и полетел, а на самом деле он не виноват. Вот не объясните и все. С вами просто перестанут разговаривать.
Так что эта рефлексия возможна только в России. Для всех остальных эти люди — однозначные враги. Ну или как минимум — пособники преступников. И все. И лучше, на самом-то деле, уже определиться, кто они и для тебя. На какой именно стороне и ты сам.
