— Знаете ли вы, что в России могут запретить снимать кино с эпизодами пьянства? И этого не исключают в Комитете Госдумы по охране здоровья. Да и в парламенте в целом. Идет новая антиалкогольная кампания. Грядет, я бы сказала еще (пока не идет). Как вы к этому относитесь? Может быть, это и есть русский дух, который вообще лучше не трогать?
Александр Проханов, rosvesty.ru
А.ПРОХАНОВ: Я отношусь к этому с пониманием. Потому что русский народ сейчас пьет нещадно, безмерно, он спивается, он превращается в какой-то клубок тоски, вопля и свинства. И поэтому желание отрезвить народ – оно понятно.
Но эта кампания кончится ничем, потому что беда русских людей не в том, что в магазинах очень много водки, а в том, что русский народ, после 1991 года особенно, — народ-подранок. Русских страшно ранили. Их ранили многомерно, у них отняли их государство. Государство, ради которого они на протяжении тысячи лет тратили весь свой исторический ресурс, свое время. Им сказали, что империя кончилась, что империя расчленена навсегда на части, что 30 миллионов наших соотечественников навсегда останутся за пределами сегодняшней России. И поэтому русские интуитивно чувствуют себя разделенным народом. Русские вожди не формулируют это, но на генетическом бессознательном уровне русский человек чувствует себя растерзанным и разбросанным на части, четвертованным.
У русских отняли их великую тяжелую имперскую работу, включавшую работу на гигантских заводах, на гигантских предприятиях, на гигантских рудниках. Мы – остановленный народ, народ, у которого выбили из рук имперскую работу.
— Послушайте, Александр Андреевич. Если уж это соотносить с антиалкогольной темой, то сухой закон в той или иной мере возникал в русской империи и в самые звездные ее моменты. Пили всё равно. И стройки были, и империя была, и огромная была империя, и государь-батюшка был. С этим, как бы, давно живем.
А.ПРОХАНОВ: Ну, пьют индейцы Амазонки в том числе.
— Пока им огненную воду не завезли, не пили.
А.ПРОХАНОВ: Пьют индейцы Амазонки свои тростниковые яды и свои традиционные настои. Я говорю о той страшной беде, которую сегодняшний русский народ, которому внушили, что он – народ бессмысленный, тупиковый народ, народ, потративший себя на бессмысленную, жестокую, глупую историю. Вот эта тоска, гигантская тоска – она приводит к тому, что народ стремительно уменьшается.
Ведь, и в период Петра людей гнали бичами на стройки. А в период последнего царствования за всё это царствование 60 миллионов русских народилось при том, что жить страшно тяжело. Сейчас русские перестали рожать, они перестали верить в свое будущее. Они прячутся в пьянство, в наркоманию и в бунты.
Русский человек звереет, потому что у него отняли представления о себе самом. Это совершенно чудовищное преступление почище, чем Холокост, потому что народ убили, оставив ему только плоть, отняв у него дух.
И исправление всего вот этого, спасение всего этого, конечно, лежит не на запрете сюжетов пьянства или курения в фильмах. Это просто смехотворно. Это глубинные причины. Исправьте глубинные основы этой русской трагедии, этого русского фактора.
— Вам предлагают гигантские стройки, самая дорогая Олимпиада, факел в космосе, Красноярск открывает свои гостеприимные двери для международных соревнований. У нас всё, в принципе, есть для этого, то, чего вы хотели.
А.ПРОХАНОВ: Вы просто не знаете, что такое реальная стройка. Вы просто не знаете той страны, когда каждый крохотный поселок, каждый крохотный квартал сверкал сваркой, он создавал новые машины, он создавал новый интеллектуальный и цивилизационный продукт, он создавал новые самолеты. Сейчас всё это ушло. Мы строим супермаркеты…
— Это уже в 80-е годы ушло.
А.ПРОХАНОВ: Что в 80-е годы ушло?
— Какая сварка? Вы о чем? Точно так же пьяные мужики по деревням, всё то же самое.
А.ПРОХАНОВ: Оль, это хреновина. Вы были еще тогда… Хотел сказать «сперматозоидом и яйцеклеткой», но вы были еще очень тогда маленьким существом. Именно в эти годы был совершен гигантский полет Энергии и Бурана. Это был суперпроект, который сулил нам к концу 80-х годов полет на Марс и на Луну. Это были гигантские технократические проекты, которые влекли за собой создание лунных поселений и городов. Создавались дивизии, которые должны были обеспечить появление русских людей, советских людей на Луне и на Марсе.
— А потом эту могучую державу за 2 года растоптали как нечего делать, да?
А.ПРОХАНОВ: Вы хотите говорить о Горбачёве? Давайте.
— Нет, я не хочу говорить о Горбачёве.
А.ПРОХАНОВ: Вы хотите говорить о Венедиктове? Давайте. Вы не хотите говорить о проблемах, о русском факторе, который преодолим только через возвращение русскому народу его мессианской идеи, его мессианского понимания? Объяснение русскому народу, что он имперский народ, что этот имперский народ требует возвращения этой огромной имперской работы, возвращения и взращивания этих великих пространств. Когда русские будут включены в эту гигантскую работу по переведению России на новый цивилизационный уровень…
— Кто не дает русским включиться в работу? Работа-то какая-то идет, что-то происходит.
А.ПРОХАНОВ: Какая работа? Ну, что вы говорите? Какая работа? Работа… Мостят улицы московские плиткой, а потом их снимают и опять мостят. И строят эти гостиницы, эти чудовищные гигантские стадионы, на которых наваривают огромные деньги. Спортсменов скоро не останется в России. Не останется здоровых людей в России.
Отрезали Украину, сейчас начинается свара между Россией и Украиной, ссорятся 2 славянских народа, по существу 2 половины русского мира на глазах у нас ссорятся. Вы что думаете, рядовой человек не чувствует это? Рядовой человек чувствует, что с ним делают что-то чудовищное, что ему что-то ампутируют.
-То есть это всё проходит без участия рядовых людей как в России, так и на Украине? Это всё делают некие силы, которые к нам никакого отношения не имеют?
А.ПРОХАНОВ: Нет, а вы что считаете, это делает русский мужик в Вологодской губернии и какой-нибудь парубок где-нибудь под Харьковом?
— Ну, у нас Госдума – она что, из космоса заброшена?
А.ПРОХАНОВ: Причем здесь Госдума? Это и на Украине, и в России мерзкие, преступные контрнациональные элиты, которые обожрались богатствами, которые не знают, куда эти богатства спрятать, которые ненавидят свой народ, потому что эти народы спросят у них за то воровство, которое они учинили.
Вопросы задавала Ольга Журавлева
