Долгое время я гордился своей страной и радовался, что живу именно в Белоруссии, а не в России или на Украине. Мне нравилось, что здесь чистые улицы, что здесь можно засадить за решетку проровавшегося чиновника или зажравшегося ГАИшника. Я радовался, что без всякого блата когда-то поступил в вуз и отучился в нем, не давая взяток. Но это все было несколько лет назад. Наверно, до 2006 года, когда в Белоруссии установился стабильно отрицательный внешнеторговый баланс. Теперь активные молодые люди в Белоруссии только и говорят о том, куда бы уехать.
В ту пропасть, где страна оказалась сейчас, она скатывалась пять лет кряду. Но вместо того, чтобы решать экономические проблемы экономическими же методами местный диктатор Лукашенко решил, как обычно, пойти по особому пути. Вместо рыночных реформ и сокращения доли госсобственности — поливающая грязью всех инакомыслящих пропагандистская машина. Вместо сокращения госрасходов и приватизации — рост зарплат за счет привлечения иностранных кредитов. Долги страны растут, а тем, кто об этом говорит в открытую, грозят тюрьмой. Вместо демократии — полное уничтожение оппозиции, шестьсот арестованных и обвинение всех несогласных в попытке государственного переворота.
После теракта в Белоруссии стало особенно, просто невероятно «душно». Любому человеку, способному к аналитическому мышлению, здесь практически нечем дышать. Поэтому главная тема среди белорусских бизнесменов и интеллигенции сегодня — куда бы «свалить». На то есть три весомых причины.
Первая — здесь страшно.
Уже сегодня ясно, что за терактом в минском метро стоят какие-то витебские токари и слесари. Которых, кстати говоря, доблестные гэбисты и милиция ловили пять лет. Кого в данном случае логично винить в последнем теракте? Конечно, тех самых людей в погонах, доблесть и профессионализм которых воспевает государственное ТВ. Но Батька назвал теракт и валютный кризис — «целой цепью», которую «мрази», «подонки» и «идиоты» в лице оппозиции привнесли в страну из-за рубежа. Услужливые комитетчики и чиновники уже принялись «шерстить» офисы недобитых политиков и еще пока не закрытых двух оппозиционных газет.
Нет, я не считаю, как многие здесь, что за этим терактом стоит сама власть. Но то, что людскую беду используют для нагнетания атмосферы страха и кухонного шепота — факт.
В сегодняшних белорусских офисах попросту страшно говорить о теракте. Все боятся «жучков» и «подсадных» — по слухам, в каждом трудовом коллективе и каждой университетской группе есть люди, рассказывающие КГБ о настроениях в обществе. Говорят даже, что таким «благонадежным» доплачивают за сотрудничество.
На встрече с митрополитом Филаретом в Минске Батька говорил, что боится «посеять зерно розни в обществе», «недоверие», но белорусское общество еще до выборов было разделено на «своих» и «чужих». «Никогда ни с кем не говори о политике. Даже отцу не доверяй», — говорила мне как-то бабушка, пережившая годы сталинских репрессий. Они вернулись? «Представить, в каком обществе, если гайки будут закручивать и дальше, пройдет остаток твоей жизни — и сойти с ума уже сегодня…», — говорит мне приятель, фотохудожник.
Вторая — здесь невыносимо.
Лукашенко очистил от «грязи» не только минские улицы, но и информационное пространство. Включаешь телевизор — а там круглосуточная демонстрация успехов всех отраслей экономики. Возвращаешься ни с чем из обменника, когда хотел купить доллары, — а телевизор рассказывает: золото-валютные резервы страны увеличились на несколько процентов. Открываешь газету: за первых три месяца нынешнего года ВВП вырос на 11%, зарплаты — на 10%. Убыточных предприятий почти нет, экспорт растет…
А жить все хуже и хуже. Официальное количество безработных в Минске, по последним данным, — 0,3%. Откуда же здесь гигантские очереди в обменники посреди рабочего дня? Правда, конечно, на поверхности: государственная статистика учитывает только тех , кто состоит на учете на бирже труда. А туда, по понятным причинам, записываются только отчаявшиеся уборщики.
Возникли подозрения в официальных цифрах? См.пункт 1: думай, что хочешь, но лучше не озвучивай.
Даже местный МИД живет в какой-то параллельной реальности. Недавно, он, например, назвал информагентство Associated Press “наемным пропагандистом”, который на спонсорские деньги ведет “информационную войну” против Белоруссии. Кстати, термин “информационная война” в Белоруссии повторяют как мантру доярки, телевизор в домах которых показывает только три государственных телеканала.
Третья — у этой страны нет будущего.
Все большее количество людей в стране живет по принципу: «Мы не сеем, не пашем, не строим, мы гордимся общественным строем!». Средний белорус не хочет быть предпринимателем. Он метит в менты или чиновники. Там и работать не надо, и зарплату вовремя платят, и с кредитом на льготное жилье помогут. И ответственности никакой.
В Белоруссии около 10 тысяч чиновников работают еще со времен Советского Союза. А новых все прибывает и прибывает. Милиционеров здесь 1,44 тыс. на каждый 100 тыс человек.
Включаешь телевизор — там Батька вещает: в стране слишком много пенсионеров, надо поднимать пенсионный возраст. А может, лучше сократить число тех, кто выходит на пенсию в 40 лет, а потом идет на другую работу, потому что «дома сидеть скучно»?
Но беда еще и в том, что предпринимателям очень сложно найти инициативных людей: большинство молодежи делает все «для галочки» — неважно как. Знакомый бизнесмен решил ввести мораторий на прием людей с опытом работы в госсекторе. Потом не выдержал: через институт распределения проходят все выпускники ВУЗов, а работать на государство ради сохранения диплома нужно как минимум 2 года. Этого срока достаточно, чтобы разлениться. Вечно жалующемуся на жизнь водителю крупного чиновника как-то предложили пойти в частную фирму с увеличением зарплаты в два раза. Тот отказался: «На частника ж работать надо, а тут я не напрягаюсь».
Таких вот не напрягающихся советская экономическая модель в Белоруссии сделала из большинства работающих людей. Тем, кто хочет напрягаться, кто хочет ездить в отпуска за границу и на Audi, здесь места нет. А потому и о том, «куда валить», они говорят все чаще.
Максим Швейц
