Зафиксированы имена российских оккупантов, которых публично похоронили в РФ

Это на 550 туловищ больше, чем официально назначило убитыми Минобороны РФ.

(были вопросы, в чём разница, между одним официальным и другим официальным: Минобороны РФ называет взятую с потолка «официальную» цифру потерь, которой все оперируют. При этом убитых хоронят по месту жительства или службы, о похоронах сообщают локальные власти, школы, предприятия и т.д. В России эти цифры стараются не обобщать. Мы – наоборот. Их собираем и обобщаем. На карте отображена статистика похорон, которые признаны на локальном уровне, о которых публично сообщили. Причём в эту статистику не входят лица, где неясен регион, или те, о ком упомянули слишком неофициально – в каком-то паблике или какие-то знакомые. Мы ждём более-менее официальных сигналов с привязкой к месту захоронения. Эта статистика не показывает реальное число потерь – их на порядок больше – но фиксирует тенденции. В том числе, раскрывает то, как российская власть преподносит потери своим гражданам, как она их поясняет, что скрывает, что выпячивает, какие вещи скрыть не в состоянии).

Похоронки публично зафиксированы в 1223 населённых пунктах.

Даже в самой России уже немало реплик на тему, что потерь намного больше, чем признаёт федеральная власть.

В локальных медиа пишут, что представители военкоматов, полиция и гэбисты ведут разъяснительную работу с гражданами, чтоб они не болтали. Издание «Люди Байкала» сделало атмосферный материал о похоронах в Бурятии. Поищите для интереса.

Можно отметить следующее.

Российское инфополе уже насыщено информацией о потерях. Их столько, что нельзя отрицать. Их обсуждают простые люди. Российская власть пытается удерживать ситуацию за счёт интерпретаций («это малые жертвы – чтобы не было больших», «это герои – чтобы не погибло много людей», «это малое число – по сравнению в 1941-45» и т.д.). «Побеждаем фашизм малой кровью на территории противника» — это сейчас основной тезис российской пропаганды. Но интерпретации – это зыбкое поле. В какой-то момент любая интерпретация может перестать работать, более того – обернуться противоположностью.

Всё больше сообщений о конфликтах, прорывах недовольства на тему «за что умирают наши солдаты? Почему отправляют умирать наших, а не …». Пока это не система, а эпизоды. Но страх «попасть в Украину» уже формируется в полный рост.

История с призывниками, которых через 3 месяца превращают в контрактников (или даже не превращают) и отправляют на войну, многих впечатлила. Из-за этого в РФ проблемы с призывом. А число инвалидов (даже не столько убитых – смерть воспринимают как невезение; тяжелое ранение – как реалистичный сценарий) резко уменьшает поток «добровольцев».

Также становится устойчивым сигнал о том, что на войну идут и гибнут бедные ради денег. Как только из-за санкций бедным станет ещё сложнее, часть их них пойдёт в армию, но другая часть начнёт выплёскивать недовольство против богатеньких буратин, дети которых не воюют. Наверняка в России понимают этот момент. Даже интересно, как они будут реагировать.

Структура похорон не изменилась, в лидерах Дагестан и Бурятия. Но резко подтянулась Волгоградская область. Также хочу обратить внимание на «потемнение» по периметру границы с Казахстаном.

Начал наливаться кровью Приморский край: это потянулись гробы оккупантов из 155-й отдельной гвардейской бригады морской пехоты. Далеко не все ещё доехали, подавляющее число не признают, но тенденция обозначилась.

Москва по-прежнему в стороне – 5 признанных трупов. В Питере признали 13 убитых.