Про це повідомляє МОЗ у facebook.
За даними Центру громадського здоров’я, станом на 22:00 4 квітня в Україні 1225 лабораторно підтверджених ПЛР-дослідженням випадків COVID-19 . Усього в Україні зафіксовано 32 летальні випадки від COVID-19 . Загалом 25 осіб вже одужало — повторне лабораторне дослідження не виявило вірусу в організмі.
Нагадаємо, за даними Центру громадського здоров’я, станом на 10:00 ранку суботи, 4 квітня 2020 року, в Україні виявлено 1096 лабораторно підтверджених випадків Covid-19, з них 28 летальних, 23 пацієнти одужало.
P.S. Никто не знает, когда закончится эпидемия коронавируса, но количество умерших может вас поразить — Аманда Пол
Рассказывает старший политический аналитик Центра европейской политики АМАНДА ПОЛ.
— По вашему мнению, что происходит в Европе? Это действительно эпидемия или все слишком преувеличено?
— Я четко вижу, что это пандемия коронавируса на большой части Европы. Многие страны поражены очень сильно — это Италия, Испания, Франция, Германия. Страна, где я живу — Бельгия — тоже сильно пострадала, и ситуация будет ухудшаться. Каждая страна — член ЕС занимается проблемой коронавируса, национальная компетенция каждой страны состоит в том, чтобы принять все необходимые меры. В Бельгии, например, сейчас полный локдаун (строгая изоляция, — «Апостроф»), и я сижу дома целыми днями (выйти можно только в аптеку в случае крайней необходимости). Здесь, безусловно, сложная ситуация. Каждый день увеличивается количество тех, кто контактировал с вирусом. Удерживая людей дома, введя локдаун, власть пытается спасти население от дальнейшего заражения. Но в Италии сейчас умерло больше людей, чем в Китае.
— Американский врач-инфекционист Кент Сепковиц считает, что количество смертей от коронавируса зависит от количества пожилых людей в стране. Чем их больше, тем смертность выше.
— Я думаю, что в большинстве европейских стран много стариков. Я родом из Великобритании — и там тоже их много. Многие из умерших — это пожилые или люди, у которых были другие болезни. Но, скажем, в Британии умирают люди в возрасте 45-49 лет, поэтому мы не можем сказать, что это исключительно болезнь стариков. Всем нужно быть очень бдительными.
— Но британский премьер Борис Джонсон сказал, что надо быть готовым к потерям.
— Борис Джонсон меняет свою стратегию практически каждый день. Борис Джонсон — maverick, он делает то, что захочет. То он говорит — школы будут работать, через два дня — школы закрыты. Его подход медленный и не совсем понятный. Поэтому политика Бориса Джонсона очень «ветряная», и я бы не советовала следовать его примеру любой другой стране.
— Президент немецкого Института Роберта Коха Лотар Вилер заявил, что эпидемия коронавируса может продолжаться еще два года. Во время нее до 70% населения переболеет на COVID-19 и получат иммунитет.
— Есть много экспертов и много разных мнений. Но что мы имеем на сегодняшний день — это новый вирус, и никто на самом деле не знает, что произойдет в ближайшее время и как долго продлится пандемия. И ученые работают над тем, чтобы изобрести вакцину. Конечно, можно сказать — поживем-увидим. Понятно, что еще очень много людей должны переболеть коронавирусом, чтобы получить иммунитет. Но также очень многие люди не смогут сидеть под замком 5, 6, 7 месяцев без работы.
Создается впечатление, что большинство правительств думают так: через несколько недель после социальной изоляции мы можем достичь пика количества контактировавших с вирусом и умерших в больницах, так же, как и в Китае. Там мы видим, что люди не контактировали друг с другом, и несколько дней не было сообщений о новых случаях заболевания. Поэтому надо оставаться дома, потому что этот вирус — действительно что-то новое, и мы не знаем, что может произойти. Но с другой стороны, если люди будут сидеть дома полгода, экономика и вся социальная система стран развалится.
— Видите ли вы простой выход из ситуации?
— Никто не знает, что делать. Нет простого выхода. Но изоляция точно не может быть долговременной политикой из-за того, что люди просто не усидят дома полгода — они будут выходить наружу. Поэтому нужно найти решение где-то посередине.
— Говорят, после эпидемии COVID-19 мир изменится.
— Он уже сейчас изменился.
— В худшую или лучшую сторону?
— Я думаю, что к лучшему. Я думаю, будут положительные изменения в обществе, в экономике. Люди лучше поймут, как использовать цифровые технологии.
— Как вы считаете, нужен ли карантин при небольшом официальном количестве больных?
— Я думаю, украинское руководство должно усвоить то, что произошло в странах ЕС, и действовать быстро. Поэтому, по моему мнению, карантин и изоляция — это однозначно то, к чему надо относиться серьезно. Этот вирус движется очень быстро, и количество умерших может удваиваться или утраиваться в течение ночи — и резкое ухудшение ситуации застынет людей врасплох.
