Как и почему практика уголовников в тюрьме стала нормой в российской политике и каков адекватный ответ на блатной вызов
Россия – тюремная страна. Каждый четвертый мужчина побывал за решеткой. В Москве и Питере этот факт вызывает сомнение, кажется преувеличением, поскольку столицы регулярно «чистили», высылая «элемент» за 101-й километр. В некоторых небольших уральских и сибирских городках, где «тюремное образование» имеет каждый второй, а то и каждый первый, оказаться за решеткой не стыдно и не плохо, а нормально и даже почетно.
Блатной язык, уголовная субкультура, нормы тюремной «морали» не просто влияют на современное российское общество – они стали его фундаментом. Именно они и есть те самые духовные скрепы, о которых постоянно твердит телевизор.
Российский президент «ботает» исключительно по «фене», то грозя «замочить в сортире», то обещая, что «скощухи» не будет, то предлагая кого-то «отбуцкать» за углом и обвиняя оппонентов, что они где-то «шакалят». По всем федеральным телеканалам идет одна нескончаемая «Мурка». Иногда это сериалы про «ментов», которые совершенно не отличаются от уголовников, иногда про зону, порядки в которой, оказывается, мало чем разнятся от порядков в большой российской политике.
Не случайно, именно «Мурку» предложили урезать прокурору и депутату Наталье Поклонской четверо профессиональных хохмачей, когда им была поставлена задача загримировать ее под человека. Полагаю, что если сейчас устроить всероссийский опрос, в котором люди свободно выбирали бы гимн России, то именно этот шедевр «русского шансона» победил бы с большим отрывом.
Тюремный подвал России питает своими гнилыми соками все в стране, практически во всех ее сферах. Взять, к примеру, патологическую гомофобию, совершенно необъяснимую для европейцев и американцев, где эта болезнь, гомофобия, конечно, присутствует, но в качестве экзотической аномалии. Триумфальное шествие гееборчества по российским просторам иногда ошибочно пытаются объяснить христианской традицией осуждения содомитства. Любой анализ гомофобных проявлений, гееборческих воплей милоновых, мамонтовых и мизулиных и их действий показывает, что библейские тексты тут совершенно ни при чем. Тут чисто блатные понятия, по которым «пидор» – не человек, а сексуальное насилие, превращает человека в «опущенного», а его жизнь – в ад. Не случайно, закон о запрете пропаганды гомосексуализма стал поистине «народным» законом – его по данным ВЦИОМ поддерживают 88% россиян, что даже несколько больше, чем поддержка Путина и почти столько же, сколько поддерживают аннексию Крыма.
Живущая по «понятиям» страна не могла не породить насквозь уголовную политику. Отсюда и коррупция, ставшая не болезнью, а основой экономики. Отсюда и все приемы и методы внутренней и внешней политики.
Классика тюремного блатного поведения – правило «трех П»: «прикопаться» – «предьявить» – «прессануть».
То есть, сначала спровоцировать на нарушение «понятий», например, сбросить на пол вещи новичка, чтобы он их поднял и, тем самым, поставил себя вне тюремного общества. Потом «предъявить», то есть, обвинить в нарушении тюремных норм, после чего «прессовать», оказывать моральное и физическое давление, подавить личность, сделать ее полностью управляемой.
Несложно увидеть все эти уголовные приемы в российской политике. Вот два свежих примера, оба из событий минувшей недели. На «Евровидение» посылают певицу Юлию Самойлову, инвалида первой группы, с детства прикованную к коляске. Полагаю, что сложно найти человека, который бы всерьез стал отстаивать мнение о несравненности вокальных и артистических данных этой девушки. Мотивов, предопределивших этот выбор, два. Первый – инвалидная коляска. Второй – Крымнаш. Самойлова выступала на концерте в аннексированном Крыму, чем нарушила украинский закон. Тем добросердечным людям, которые уже заранее готовы сурово осудить Украину за возможные обиды, чинимые в будущем ангелоподобной девочке-инвалиду, у которой в голове одна музыка, а грязные дяди вовлекают это чистое дитя в свои грязные политические игры, будет полезно узнать некоторые вещи. Например, то, что Ольга Олеговна довольно взрослая 28-летняя женщина, которая 7 лет назад получила диплом психолога. И еще у нее вполне сформировавшиеся взгляды.
Вот, что она писала в социальной сети сразу после аннексии Крыма: «Американские военные корабли плывут в сторону Украины… Даже если все уладится дипломатическим путем, претензии и провокационная деятельность запада врятле (так в источнике – И.Я.) прекратятся. То, что наш, по сути единый народ, пытаются разделить и властвовать над нами – очевидно для любого здравомыслящего человека». И далее – о киевских властях: «Они хотят сдать Украину ЕС. А Украина нужна ЕС для установления враждебной западной границы России, для базирования НАТО и систем ПВО и ПРО и переброски сухопутных войск. Если Россия не отстоит Украину, то следующий удар будет по России. И пойдет брат на брата». Конец цитаты. Это не генерал Ивашов и не писатель Прилепин. Это та самая «девочка», которую Россия, напавшая на Украину и укравшая у нее Крым, отправляет в Киев для участия в «Евровидении».
У нормального цивилизованного человека нет хорошего ответа на блатной вызов.
Если даже Украина переступит через свой закон и примет крымнашевскую певицу, наверняка найдутся люди, которые будут с этим не согласны и захотят публично выразить свой протест. И этого вполне будет достаточно, чтобы «прикопаться», «предъявить» и «прессовать». То есть устроить очередную вселенскую антиукраинскую истерику. Ну, а если будет так, как предлагает советник министра МВД Украины Антон Геращенко, то есть, Самойлову в Украину пустить, а там ее судить за нарушение закона, то это уже будет песня такой громкости, на фоне которой никакого «Евровидения» никому уже не будет слышно.
Второй пример: предложение депутатов Поклонской и Затулина предоставлять российское гражданство по «праву почвы». Жили предки в СССР или в Российской империи – все, ты гражданин России. Причем от своего гражданства – украинского, белорусского, казахстанского, латвийского или киргизского – отказываться не нужно. Последствий у этой провокации будет несколько. Первое последствие 9 лет назад на себе испытала Грузия, у которой после массовой раздачи российских паспортов в Абхазии и Южной Осетии эти земли были отобраны.
Классическая уголовная разводка по технологии «трех П». Сначала провокация – раздача паспортов гражданам чужих государств. Затем «предъява» – обвинение в том, что нарушаются права уже не просто русских, а граждан России. После этого «прессование» с использованием тех методов, на которые к тому времени хватит сил и наглости. Прямое силовое воздействие и аннексия новых территорий маловероятны, но это уж как фишка ляжет. В любом случае оформление российских «пятых колонн» в сопредельных государствах может стать важным фактором давления на них.
Другое вполне очевидное последствие «почвенной» провокации – существенное пополнение лояльного электората в самой России. В случае принятия закона «о почве» будет сформирован новый оплот режима, намного более преданный и оголтелый, чем пресловутый Уралвагонзавод и даже, чем кадыровская Чечня. Отряды «российских граждан» из «ЛДНР» вполне можно использовать в Москве и Питере для подавления протестного движения, которое неизбежно появится в условиях надвигающегося кризиса. Это не говоря уже о фактически безграничных возможностях рисовать любые результаты на избирательных участках в этих двух «республиках».
Выше я сказал, что у нормального и цивилизованного человека нет хорошего ответа на блатной вызов. Я не закончил фразу. Там в конце должна быть запятая, после которой следует продолжение: «в рамках нормальных цивилизованных отношений». Адекватный ответ на блатной вызов – это прямой акцентированный удар в блатную рожу. Других вариантов не дают ни хроники российских тюрем, ни история человечества.
Игорь Яковенко, 7days.us
