Позволю себе написать мысли о трагедии МН-17. Понимаю, написано много. И мною в том числе. Просто не отпускает. Официальные данные о расследовании уже есть в интернете, военная аналитика. Поэтому не судите строго, это просто мысли женщины увидевшей войну.
«Ихтамнеты»- граждане РФ, участники российско-украинской войны, оккупанты. «Этонемы»- те же граждане РФ, участники российско-украинской войны, участники российско-сирийской войны, оккупанты, международные террористы, сбившие 17 июля 2014 года в районе Тореза (ОРДО) рейс МН-17, самолет «Боинг-777» Малазийских авиалиний, следующий из Амстердама в Куала-Лумпур, в результате чего погибли 298 человек, — пишет Олена Степова для Спротив.
Да, Россия все же богатая страна. Вот сколько у нее названий и классификаций. К каждому конфликту, к каждому преступлению, у нее свое отношение и свое название. Правда, вся суть русских «ихтамнетов» и «этонемы» в одном: они убивают, захватывают, сбивают, нарушают моральные и человеческие законы, а потом, кривляясь, гримасничая и паясничая, пытаются избежать ответственности за содеянное, нечленораздельно мыча — «этонемы».
Это не мы! – эту фразу начали в эфире повторять сразу после того, как с места падения рейса МН- 17 коллаборционисты, террористы и русские военные, которых «нет на Донбассе», начали постить фото детских игрушек, вещей, выдававших в сбитом «военном» самолете гражданский рейс.
Это не мы! — написал полоумный маньяк Гиркин-Стрелков и еще ряд террористов, причастных к трагедии. Нет, к преступлению! Нужно все называть своими именами.
Сегодня я хочу поговорить именно об этом преступлении. Наверное потому, что информационный эфир опять забит этими русскими «это не мы», «оно само», «Украинатожевиновата».
Даже это преступление, даже эту трагедию русские превратили в фарс, информационную войну, предприняв очередную попытку хоть как-то обвинить или притянуть к преступлению Украину. Поэтому, конечно же, хочется поговорить об этом. Хотя и написано уже много.
Это страшно, то, что произошло. Я с ужасом вспоминаю эти прямые эфиры террористов «мы сбили самолет», «там детские вещи», «это гражданский рейс», «это не мы». Фотографии террористов на обломках. Посты местных жителей «эта тушь оттуда, с самолета». Это был сюр и треш. Пляски на крови. Жажда крови. Тогда в начале войны мы еще удивлялись такому нечеловеческому поведению своих земляков. Сейчас это уже обыденность. Увидено много. Пережито много. От своего разграбленного дома до видео с пытками наших пленных. А еще — сводки от патологоанатомов ОРДЛО. Свои убивают своих. Тогда эти пляски на крови вызывали удивление, непонимание, страх. Сейчас…Тишину в теле. Да, война разделила это т мир на людей и нелюдей. Но это уже привычно и осязаемо. Обыденно.
Мародерничали на месте падения местные «путинвведисты-русскомировцы» (вот вам моральный облик «народа Донбасса» и русского мира), граждане Украины, заявившие о своей любви к Путину. Это факт! Это их преступление, скажем так, индивидуальное, морально-уголовно-гражданское.
Могли ли мы, как государство, отвечать за неконтролируемую, захваченную русскими боевиками территорию, а тем более за переметнувшихся к Путину предателей, вооруженных до зубов российским военторгом? Нет!
А вот первые комментарии «мы сбили военный самолет» были на странице Гиркина-Стрелкова, который, если кто забыл, гражданин РФ (ихтамнет), взявший на себя открытое руководство русскими военными и местными коллаборционистами-террористами. «Мы сбили»… «Военный»… Фото детских игрушек… «Гражданский»… «Это не мы»…
Об участии русских в российско-украинской войне написано много. Тысячи доказательств. Видео. Пленных. Документов. Свидетельств самих участников террористических формирований. Данные спутников. Фото из соцсетей. Странно, что часто говоря о присутствии на Донбассе русских, их защитники, забывают показать скрины Гиркина и Бородая, которые писали о «мы там есть» и «мы его сбили».
Русские совершили столько международных, внутренних и внешних преступлений, не понеся наказаний, что можно сбиться со счета. Они действительно привыкли к мировой «озабоченности» и толерантности, которая проглотила и Голодомор, и гитлериаду СССР, и Афган, и Чехию, и Чечню, и Абхазию, и… Понесли ли хоть раз русские наказание, заплатили ли по счетам? Нет! Ни репараций, ни санкций, ни хотя бы международного психологическо-морального «ай-яй-яй».
Напав на Украину, русские были на 100% уверены в мировой и европейской толерантности, выражающейся в обыденное «абы не нас».
Для меня лично до сих пор вопрос, был ли русскими сбит МН-17 специально или по рассеянности. Меняет ли это суть преступления? Нет, конечно же, нет! Просто это важно, скорее всего, для самих русских. Не сейчас. Когда-нибудь, после поражения и репараций, когда их заставят в школах проговаривать каждое свое преступление.
Специально? Тогда русские просчитывали все риски, и делали это преднамеренно и скорее для того, чтобы обвинить Украину в совершении этого преступления. Ввозили «Бук», вывозили «Бук». Прицеливались! Готовились к информационной атаке. И тут Гиркинское «мы сбили». Преднамеренное убийство! Для каких бы целей русские не сбили мирный пассажирский «Боинг», это все равно преднамеренное убийство.
А если, как говорят, было два рейса, два похожих самолета, и расчет был на то, чтобы сбить российский рейс, и, обвинив Украину в убийстве россиян, начать полномасштабное вторжение, то цинизм россиян… На тот момент в приграничье стояло столько военной техники, которая круглосуточно шла через КПП «Должанский» Свердловска и КПП «Изварино» Краснодонского района. Мы, живя в оккупации и видя всю эту армаду техники, даже не сомневались в том, что Россия будет реализовывать военное вторжение в рамках «новороссии» — 8 областей. А русские просто ошиблись самолетом.
Цинично и преднамеренно убить! Русских ли, малазийцев, русским без разницы. Опять мы выходим на преднамеренное убийство. То есть все же МН-17 сбили специально, но могли спутать рейсы или самолеты. Хотя здесь присутствует и чисто русская рассеянность, более известная нам, как «русский авось», мы имеем дело с преднамеренным убийством, цинично спланированным заранее в Кремле. Поэтому и были первая радость (получилось задуманное), растерянность (не тот самолет), попытки переложить ответственность (это не мы), так как запахло жаренным. Скорее всего, так оно и было.
Знаете, ведь тогда, я еще раз подчеркну, техники из России заходило столько, что все говорило о масштабном вторжении. После того, как в эфире началось «это не мы», «это не тот самолет», а мир затих, содрогнувшись от ужаса, у нас тоже все затихло. Танки, САУ, зенитки, БТРы, Грады, все это просто мертво стояло на дороге, в городах, на улицах. Настолько плотно, что машинам местных жителей негде было ездить. Была какая-то тишина. Паническая тишина. Военные без шевронов сидели на танках и не знали, что им делать. Потом, видимо, поступила команда. Но прошло больше 18 часов тишины. Первыми русские начали выводить «Буки», даже те, которые были в Луганской области, далеко от трагедии. Потом все эти колонны начали выходить из Украины. То есть из Донбасса. Я жила на границе с РФ, в городе Свердловск, Луганской области, это все происходило на моих глазах. Я уверена, что когда русские осознали, что рейс они сбили не свой, не тот, что планировалось, обвинить Украину в агрессии против граждан России не получается, и вся ситуация попахивает международным скандалом, они вывели войска и изменили стратегию, отказавшись от полномасштабного вторжения.
Я не стратег и не политик, я могу ошибаться. Этот текст — эмоции, слезы женщины, пережившей войну. Но, я видела вход и истерический, панический, частичный выход русских из Донбасса, поэтому я до сих пор уверена, что ангелы МН-17 спасли нас от полномасштабного вторжения. И я их должник! Поэтому я хочу справедливости. За каждого из них. Для каждого из их родных.
То, что на России лежит полная вина, докажут. Я не сомневаюсь. Выкуплены стороной обвинения, потерпевшей стороной (это еще раз показывает моральный облик «народа Донбасса» и коллаборционистов) все улики, вещи с трагичного рейса, осколки, данные расчета «Бука», собраны данные спутников, скрины террористических сайтов, переговоры террористов. Казалось бы, просто остановиться бы России, признать и покаяться, выплатить и поставить памятник погибшим. Но, нет. Трагедия, превращенная в фарс, преступление из которого пытаются, отчаянно пытаются сделать комедию. Нам еще предстоит этот хардкор по-русски. Готовы ли мы к этому морально? Готово ли к этому международное сообщество? Война будет идти даже в зале суда, и не факт, что Россия будет держать оборону, все идет к тому, что Россия будет нападать, оголтело, нагло, цинично, как только умеет.
Да-да, вы не поверите, но и из этого преступления и суда Россия уже пытается выжать максимальную выгоду. И опять же, выгоду в российско-украинском вопросе. Настолько высока цена. Им не важно, что их накажут за МН-17. Им плевать. Думаю, что они уже готовы не исполнять решения международных судебных инстанций.
