— вы там не умирали. Вы молча согласились, что Крым не ваш. Что изменится, если я заявлю, что Крым ваш? Не могу я быть марионеткой…
Меня всегда удивляла позиция «что изменится»? Это из той же области, что «ну он ворует — а мне, что, нельзя?» Или «вам все равно это не надо — так я заберу». Общий смысл: «а я что? Я как все, я ни при чем».
Если мы где-то «не умирали» — то чего мелочиться,грабьте нас, что ли. Воевать за полуостров двумя тысячами бойцов и старой техникой? Наверное, не мне об этом судить. Но например в 2013 году некоторые российские военные эксперты сказали такую вещь:
«Вооруженные силы Беларуси могут захватить страны Балтии за два дня даже без помощи России.На протяжении почти всего постсоветского периода именно армия Беларуси была лучшей на территории бывшего СССР: относительно небольшая, но очень мощная, с отличным уровнем боевой и морально-психологической подготовки, очень популярная в обществе…»
«… ВС Беларуси сильнее войска Польского, которое сегодня, как это не удивительно кому-то покажется, становится самой сильной армией в НАТО (естественно, после ВС США и Турции и без учета ядерных арсеналов Великобритании и Франции) … Вполне по плечу белорусам Бундесвер, а про все остальные европейские армии и говорить нечего». (некто А. Храмчихин)
Это на 2013 год. Я не сильна в милитари-темах, но даже мне понятно, в каком состоянии хотя бы по сравнению с Беларусью была наша собственная армия к моменту аннексии Крыма. То, что у нас боеспособных единиц — и людей, и техники — оказался мизер — это преступление. За все годы разворовывания и расформирования ВСУ. Да, тема мусолится уже 5 лет — стоило нам там воевать или нет. При том, что в составе наших крымских войск были и предатели, и местные, и срочники — которым воевать меньше всего хотелось, потому что мотивации не было. А Донбасс случился бы в любом случае, потому что война за Крым не стала бы преградой как минимум потому, что их больше. А у нас тогда ни дипломатии (еще), ни резерва, ни обеспечения.
Хотя, если уже придираться к словам Лукашенко, то сама Беларусь настолько пронизана российским присутствием и контролем, что на мой взгляд армия просто могла бы за раз переподчиниться самой России. Там тоже высшие чины учились в одних и тех же советских ВУЗах, там по сей день встречи одноклассников — в Москве, где за одним столом русские и беларусы клянутся в дружбе и верности. Я видео смотрела таких посиделок.
Да, наш «бок» — мы допустили расформирование и распродажу армии. Но и наше достижение — в условиях войны создать свою, уже без России.
У Лукашенко есть своя, без России? И какие выводы он сделал после 2014-го, где результат и насколько его военпром независим?
И что изменится, если я заявлю, что Беларусь — это давно Россия и есть? А вы молча согласились…
