Давно известно, что человек – глубоко социальное существо. С детства он учится вживаться и играть какую-то роль или роли, сообразно окружающей обстановке. Это не хорошо и не плохо, поскольку это – неотъемлемая часть человека. Так ему легче выжить в социуме.
Лишь немногие могут себе позволить стать в стороне и наблюдать за этим глазами стороннего наблюдателя. Еще меньше тех, кто не просто стоит в стороне, но даже не наблюдает за тем, что там происходит с этим социумом. Они смотрят в другую сторону, в бездну, а она – смотри на них. Из этого получаются какие-то великие вещи, если такие люди позволяют себе рассказать о том, что они там видят.
Но во всех остальных случаях большинство людей таки играют свои роли. Почему роли? Почему это не так очевидно? А все дело в том, что каждый старается четко вписаться в свою роль так, чтобы она полностью к нему прилегала и не беспокоила в повседневной жизни. В итоге, человек настолько сживается со своей ролью, что считает это своей сущностью. Но все это остается в таком виде, пока он находится в зоне комфорта.
Как только судьба его оттуда вышибает – все сразу меняется. А если привычная зона комфорта утрачена навсегда, то возникает период, когда человек обнаруживает себя уже без грима, без масок и всего прочего. И очень часто бывает так, что ему совсем не нравится то, что он обнаруживает и поэтому лихорадочно пытается перемерить кучу новых масок, чтобы войти уже в новую роль. Но именно этот момент, когда слетает грим, показывает самому этому человеку его «я». Поэтому кто-то избегает этого момента, а кто-то наоборот – ищет, а найдя, не факт, что принимает.
Иногда такие вещи происходят с публичными людьми и тогда это становится эпичным зрелищем. Ведь вряд ли кто-то станет спорить с тем, что сейчас Трамп, Зеленский и многие другие первые лица государств играют роли. В их исполнении они выглядят не очень презентабельно, потому что у них постоянно отваливается грим, сползает маска и так далее.
Но вот у Лукашенко сейчас произошел тот самый момент, когда его зона комфорта кончилась навсегда. Причем, сам он это прекрасно понимает, ведь то, что происходит в стране, которую он считал свои колхозом, никак уже не вписывается ни в один сценарий, который он себе предполагал. Возможно, многие забыли, но я помню, как во время Майдана он с сарказмом заявлял о том, что если бы ему дали несколько дней, то он бы навел у нас порядок легко и непринужденно.
И вот сейчас он получил очень лайтовую версию того, что было на Майдане. Ни по количеству, ни по накалу борьбы, ни по целям, эти события никак не дотягивают до Майдана, но он вряд ли предполагал, что такое может быть в принципе. Уже вроде и Тихановская слилась, и перед Путиным постоял на коленях, а протесты не прекращаются.
А ведь массовость протестов имеет свою самостоятельную динамику. В конкретной стране и в определенной ситуации количество протестующих может привести к переформатированию качества самого протеста. Ведь Чаушеску или Каддафи были сметены буквально мгновенно. Причем, в Румынии все рухнуло в тот момент, когда на сторону протестующих перешла армия. Она же, армия, ликвидировала и социалиста-популиста Сальвадоре Альенде в Чили. Между прочим, в последние минуты своей жизни он, как и Лукашенко, бодро рассекал с автоматом Калашникова.
Так вот, сегодня Лукашенко показал свое нутро. Он не просто испуган, он в ужасе. Он утратил даже видимость рационального мышления и его марш-броски с автоматом, это ничто иное, как попытка вжиться в новую роль, поскольку старое амплуа хитрого и мудрого политика уже помножено на ноль.
Теперь ужас перед возможной расправой толкает его на демонстрацию шизофренических этюдов и это говорит лишь о том, что в отличие от легенды, которую он сам себе создавал, он остался туповатым, быковатым и безмерно трусливым председателем колхоза, которого совершенно случайно занесло на вершину власти.
Вот этот набор идиота, который он сейчас последовательно исполняет, является попыткой замаскировать уже натурально животный ужас, поскольку ему докладывают о том, сколько сотрудников МВД уже покинули «органы» и по мере того, как протесты становятся все более массовыми, отток усиливается.
В общем, в таких случаях принято говорить: «Не раскачивайте лодку, нашу крысу тошнит». Но сейчас в Беларуси тот случай, когда ее уже стошнило, только другим способом. И силовики, наблюдая мечущегося в припадке старика, считывают эти сигналы. Другое дело, что они с этим сделают.
Мирный формат суицида
В Беларуси продолжаются массовые акции протеста. Действительно массовые — даже участники украинского Майдана говорят об активности беларусов с уважением. Особенно с поправкой на общую численность населения страны. Да, народ выходит на улицы. Уже не каждый день, но когда надо – выходит. Вот только даже от таких массовых акций, мне кажется, уже веет какой-то безнадежностью и обреченностью. Потому что количество, как и размер, имеет значение, конечно. Но не определяет исход противостояния само по себе. Мне кажется, что протестующие сами уверенно идут к поражению. Режиму не нужно совершать что-то невероятное. Нужно просто подождать, добавить немного «яда в бутерброд», а потом добить оставшихся. Просто, как мычание Лукашенко о происках Запада…
Итак, что делают протестующие? Они просто выходят на митинг. Ходят, стоят, кричат. Власть сперва эти несанкционированные выражения народной позиции здорово напугали. Но это с непривычки. После подключения к процессу российских консультантов и когда прошел первый шок – власти Беларуси успокоились. Ну, ходят. Ну, стоят. Бастуют. Никто никого не свергает, не выбрасывает из окон, не тащит на виселицу. Пусть ходят. Пусть стоят. Пока не надоест. Пусть бастуют, пока не проголодаются. Какие проблемы? Лукашенко и силовики голодать не будут еще долго.
Что делают, простите, «лидеры» оппозиции? Член координационного совета по трансферу власти, уволенный за поддержку протестов директор минского театра Павел Латушко заявил, что «никто не собирается свергать действующую власть насильственным методом». Представительница координационного штаба оппозиции Беларуси Мария Колесникова на митинге у Дома правительства в Минске призвала белорусов к продолжению мирных протестов. Мария Колесникова, глава штаба незарегистрированного кандидата в президенты Беларуси Виктора Бабарико и соратница Светланы Тихановской, выступила на митинге и подчеркнула необходимость диалога. Светлана Тихановская поддержала «Марш новой Беларуси», запланированный на 23 августа. Сама Тихановская призвала белорусов «выйти на марш, чтобы приблизить победу народа».
Ребята, ну совсем не страшно. Какой смысл Лукашенко идти на компромисс и договариваться, если он не боится мирных протестов от слова совсем? Добровольно делиться властью с совсем не угрожающими ему людьми? Показать слабость без всякой необходимости? Сдать кого-то из силовиков в ситуации, когда такой необходимости нет? Это смешно. Ничего он не сдаст и не уступит просто по доброте душевной. На санкции ЕС и глубокую озабоченность Лукашенко плевал — Запад уже забыл, когда последний раз признавал выборы в Беларуси. Привыкли. Но противостояние на улице — как футбол. Если не забиваешь ты — забивают тебе.
Кстати, сам Лукашенко времени не теряет. И переходит в наступление. Он уже поручил силовикам выявить зачинщиков беспорядков в стране. Он также дал два дня на стабилизацию ситуации в Беларуси. «Я только что сказал: суббота, воскресенье — на раздумье. С понедельника пусть не обижаются. Власть должна быть властью… Надо выявить аккуратно всех подстрекателей и провокаторов. У нас есть все их списки», — заявил он. А пропавшего демонстранта Никиту Кривцова обнаружили мертвым в лесопарке. На нем были следы избиения. То есть пока оппозиция призывает людей к ненасильственным мирным методам, режим наглеет. И начинает убивать. Это вообще для диктаторских режимов естественная модель поведения. Они еще и мстить за свой первый страх будут. Очень долго и жестоко.
По своему опыту украинцы могут констатировать — остановившийся протест обречен на поражение. Лукашенко не уйдет просто потому что на площади собрались люди — не важно, сколько их. Его можно напугать. Выгнать пинками. Заставить бежать. Заставить, а не уговорить, тут разница принципиальная и разные пути требуют разных действий. Так что сдержанная позиция официальных властей Украины, то есть МИДа и президента, сейчас вполне логично. Мы не знаем, с кем дальше придется иметь дело в качестве руководства соседней страны. Помочь протестующим? Очень хочется. Но как помочь тем, кто не готов к решительным действиям, если мы знаем, что нерешительность приведет к поражению? Только предложить убежище проигравшим и вид на жительство. МИД это сделал уже неделю назад. Моральной поддержки от Украины, Польши и других европейских стран протестующие беларусы получают ежедневно достаточно. Но если они хотят выгнать Лукашенко — им придется от мирных протестов перейти к решительным действиям. Никто за них этого не сделает, увы. В противном случае они скоро станут жертвами репрессий. Компромисса тут быть не может, точка невозврата пройдена…
