После нескольких пространных речей Путина о том, насколько он мастерски провел страну через коронавирусный кризис, а главное, насколько это хорошо сделано, относительно других стран, стали выясняться подробности и параметры этого мастерского правления.
Так уже несколько месяцев подряд рынок нефти стабильно показывает цену $43+ за баррель. Это – важный показатель, поскольку еще до апрельского падения цены до рекордно низких значений, в Москве говорили о том, что бюджет сведен при цене нефти $42 доллара. А кроме того, в Европе цена газа поднялась на 170% от своих минимальных значений, показанных летом.
По идее, все это вместе взятое должно бы отразиться на темпах развития экономики самым положительным образом, если все обстоит именно так, как об этом рассказал Путин. Но как это обычно бывает, нацлидер вещает о чем-то таком, что он почерпнул в собственной, очень параллельной реальности. И это он еще не приводит прямой цитаты из речи Сталина из его речи на съезде большевиков: «Жить стало лучше, жить стало веселее», но уже близок именно к этому.
На самом деле, российская экономика выдает для прессы другую информацию, которая никак не связана ни с заявлениями Путина, ни даже с мультиками, которые он так полюбил показывать публике с тех пор, как от него ушла последняя Кабаева. Выглядит иначе и по разным направлениям.
«Аппетиты российского бюджета все больше расходятся с возможностями российской экономики. Вслед за крушением доходов от нефти и газа у федеральной казны начались проблемы со сборами НДС. Ключевой налог, который зашит в стоимость всех товаров и услуг в стране и обеспечивает каждый пятый рубль государственных доходов, неожиданно резко просел в сентябре. Его поступления обвалились на 23%, до 411 млрд рублей«.
Причина, по которой экономическая пресса так тревожно описывает этот момент – проста. Речь идет о соотношении «желаний и возможностей», которое демонстрирует государство. Ведь чем дальше они расходятся, тем ближе Венесуэла – другая крупная нефтедобывающая страна.
«НДС – это второй крупнейший источник выручки для правительства после налогов на нефтегазовый сектор. В бюджет на текущий год заложены его сборы в объеме 4,552 трлн рублей, и этот план выполнялся даже несмотря на падение экономики«.
Вот оно в чем дело. Ведь вся чиновничья братия харчуется из корыта, куда еда попадает из нескольких основных источников, и после того, как сначала упали цены на нефть и газ, а потом упали объемы экспорта, беда пришла оттуда, откуда не ждали. Ведь многие наблюдатели говорили о том, что в данной ситуации есть лишь один выход – более жестко стричь собственных овец, а это как раз и должно было проявиться на сборе НДС. Но как видно – не сложилось и пресса указывает на некоторые причины такого состояния дел.
«Возможно, это следствие связанного с кризисом усиления ухода от налогов в малом и среднем бизнесе. О том, что бизнес уходит в тень, красноречиво свидетельствует взрывной рост наличной денежной массы,. С начала года объем «кэша» в обращении взлетел на 2 триллиона рублей, или 20%, и продолжает увеличиваться. Это естественная реакция в кризис: бизнес и население спасаются в наличных и неформальной экономике, а деньги утекают в «черный и серый оборот«.
Вот оно что! Читая эти строки, хочется воскликнуть: «А как же мудрый Путин? Как же его курс, которым он провел страну по морю кризиса? Вы что же, считаете, что он нагло врет?» Впрочем, это – не важно. Важно то, что Путин все больше играет роль «вируса» для собственной страны и кто его знает, может он успеет стать для РФ тем, кем стал для совка Горбачев? По крайней мере, выглядит это примерно так.
P.S. Ситуация в российской экономике, которая пережила крупнейшее за 5 лет падение ВВП и рекордный с 1990х обвал доходов населения, является не кризисом, а новой реальностью.
Об этом, выступая в ГосДуме в четверг, заявил глава Минэкономразвития Максим Решетников.
По прогнозу МЭР, в этом году российская экономика упадет на 3,9%.
Официальная оценка МЭР, на основе которой верстается федеральный бюджет, — самая оптистичная из всех, что сделали российские и международные институты.
По оценке Счетной палаты, российская экономика потеряет в этом году 4,2-4,8%, а на возвращение к докризисным уровням уйдет два года.
В расчетах МЭР не утчены риски, которые уже начали реализовываться. «Вторая волна пандемии — это реальность, вторая волна не была заложена в прогноз», — заявил в четверг глава СП Алексей Кудрин.
Более существенным может быть и падение реальных доходов граждан, добавил он: МЭР ждет их сокращения на 3% по итогам года после 8-процентного крушения во втором квартале.
По масштабу шока для потребителей нынешний кризис превышает рекорды предыдущих, отмечает главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова.
Частное потребление во втором квартале рухнуло на беспрецедентные 22,2%. В 2015-м максимальный спад достигал 9,4%, а в 2009-м — лишь 5,3%.
finanz.ru
