Большинство людей представляет себе испытания новейших систем ПРО как реальную «физическую» проверку – запуск целей, поражаемых реальными противоракетами.
Ракета-перехватчик, Агентство США по ПРО
В отдельных батареях 11-й артиллерийской бригады ПВО США постоянно проходят «виртуальные» учения, рассказывает Грег Фрайхер в статье «Ракеты ликвидируют ракеты» для февральского номера американского журнала «Air and Space».
Основная причина этого очевидна и не нуждается в особом комментарии: запуски реальных противоракет очень затратны, а «виртуальные» ядерные войны можно проводить по нескольку раз в день, доводя необходимые навыки до совершенства, «оттачивая» их до полного автоматизма. Конечно, именно испытания «физических» противоракет являются самым весомым аргументом и наиболее красноречивым свидетельством американской военной мощи и способности отразить ядерную атаку, но проводятся они редко и требуют тщательной подготовки.
Человеческий фактор по-прежнему имеет большое значение: зачастую на принятие верного решения отводятся лишь секунды, но именно от него теоретически могут зависеть десятки тысяч, сотни тысяч, миллионы жизней – хотя, конечно, основную работу выполняет техника. Противоракетная оборона имеет несколько «поясов», и человеческая ошибка страхуется другими людьми и целым рядом систем. Учения бригады, расквартированной в штатах Нью-Мексико и Техас (база Форт-Блисс), проходят так часто, что, по признанию специалиста оператора системы контроля запуска Кристофера Стайла, люди начинают чувствовать себя роботами. Имеют значение и автоматизм работы, и внимание, и скорость реакции.
mda.mil
Во время описанных Фрайхерром учений батареи «Альфа-2», проводившихся на полигоне МакГрегор (2428 км2), который находится в 30 минутах езды от Эль-Пасо (Техас), на экранах радаров появилось друг за другом три вражеских ракеты, но всё это, от начала и до конца, было компьютерной симуляцией. Иногда число целей на экранах доходит до десяти, и солдатам 11-й артиллерийской бригады приходится в крайние сжатые сроки расставлять свои приоритеты: в каком порядке поражать виртуальные ракеты. Впрочем, из глубины американской пустыни во время учений они кажутся совершенно реальными – в том числе, благодаря новейшему пусковому оборудованию и радарам, стоящим миллионы долларов. Недалеко от слегка «устаревших» противоракет NIKE, HAWK и FALCON уже стоят «наготове» самые современные противоракетные комплексы THAAD (Terminal High Altitude Area Defense – «высотная зональная оборона на театре военных действий»), территория огорожена колючей проволокой, люди одеты в костюмы химзащиты – это отнюдь не какая-то компьютерная игра….
THAAD способен поражать ракеты средней дальности, направленные на США или на их союзников. Корпорация «Локхид Мартин» начала их разрабатывать ещё в начале 1990-х, но впервые они поступили в Форт-Блисс в 2008 году. Система использует твердотопливные противоракеты, которые выпускаются из мобильной пусковой установки и осуществляют заатмосферный перехват ракет в финальной фазе их траектории. Первые две батареи в Форт-Блиссе были оборудованы шестью пусковыми установками с восемью перехватчиками в каждой.
THAAD никогда не использовался в боевых действиях, но, по данным Агентства противоракетной обороны США, лётные испытания имели стопроцентный положительный результат: 13 перехватов из 13 попыток. Технические сведения, полученные во время реальных испытаний, были использованы для компьютерных симуляций.
Основным потенциальным противником, на которого рассчитаны системы THAAD, является Северная Корея, обладающая ракетами средней дальности.
Свидетельством эффективности комплекса является крайняя обеспокоенность руководства Китая по поводу возможного размещения THAAD на корейском полуострове. Во время встречи в октябре 2015 г. президент Южной Кореи Пак Кын Хе сделала соответствующее предложение президенту США Бараку Обаме, однако реализовано оно не было – вероятно, с оглядкой на Китай, боящийся коренного изменения баланса сил в регионе.
Учения «Альфы-2» длились девять дней, в некоторые из которых число «компьютерных» боёв доходило до трёх. Виртуальные ракеты могли идти по разным траекториям, с разными интервалами – готовым нужно было быть ко всему и выбирать те угрозы, которые наиболее близки к цели.
airspacemag.com
Во время учений солдаты «Альфы-2» ещё не знали о том, что их скоро отправят на Гуам – небольшой тихоокеанский остров (517 км2), находящийся в зоне потенциального поражения северокорейских ракет. Весной 2013 года Северная Корея угрожала США несколькими атаками: на американские военные базы в Японии и на базу ВВС Андерсен, расположенную на Гуаме (там базировались бомбардировщики B-52, участвовавшие в совместных южнокорейско-американских учениях, вызвавших ярость у северокорейского руководства). Чтобы обезопасить себя от потенциальной угрозы, США разместили на Гуаме ротирующиеся противоракетные батареи. В следующем году там появится батарея на постоянной основе. Скорее всего, КНДР не обладает техническими возможностями для нанесения удара по континентальной территории США.
Во время учений команда системы управления огнём заметила три точки на экране. Если бы они не были сгенерированы компьютером, информация о ракетах противника могла бы быть передана спутниками на орбите, гигантскими радарами, расположенными на платформах в открытом море или радарами ПРО передового базирования на кораблях ВМС США.
В ситуации реальной атаки, скорее всего, первой бы сработала противоракетная система «Aegis» («Иджис»), расположенная на американских судах. Она предназначена для поражения цели в середине её траектории – примерно от того момента, когда вражеская ракета покидает атмосферу, и до той точки, когда она заново в неё входит. THAAD перехватывает цель на подлёте к атмосфере или на самом её краю. Таким образом, зоны ответственности двух систем частично пересекаются. Расположенные на земле радары THAAD «видят» цель на расстоянии нескольких сотен километров. Третья часть триады противоракетной обороны – система ПАТРИОТ (PATRIOT Advanced Capability-3, PAC-3) – поражает угрозы уже на подлёте к земле (максимальная дальность – всего 35 км). В основном система предназначена для поражения крылатых ракет, но может быть использована и для целей, сумевших «проскочить» первые два «пояса» ПРО.
В верхней части четырёхметровой ракеты-носителя THAAD располагается полутораметровая боеголовка кинетического перехвата с движущейся носовой частью, способной корректировать траекторию в середине полёта на основании показаний наземного радара. В секунды, предшествующие удару, оболочка носовой части разрушается, обнажая инфракрасный радар для непосредственного наведения на цель. В перехватчиках (весящих 1043 кг) не используются взрывчатые вещества, чтобы избежать рассеивания энергии.
Перемещаясь на сверхзвуковой скорости, перехватчики THAAD поражают сверхзвуковые цели высоко над землёй. Существуют определённые классификации высоты, на которой та или иная боеголовка может быть перехвачена, однако, в общем и целом, можно сказать, что вражеская ракета, если она не будет сбита, может долететь от места предполагаемого перехвата до земли в пределах минуты – пугающая для обычного человека информация.
«Всё это вполне возможно и в реальности», – считает командир 11-й артиллерийской бригады ПВО (которая включает 2900 солдат), полковник Алан Верницкий. Он отвечает за 30 батарей ПВО по всему миру. 5 из них используют THAAD.
Самое главное в «компьютерных» учениях – поразить цели, пропущенные американским флотом, и не допустить их проникновения в зону ответственности третьего «пояса» ПРО.
Система управляется множеством людей, и, несмотря на крайне сжатые временные сроки, решения – особенно в случае реальной атаки – проходят через несколько уровней в отвечающих за противоракетную оборону структурах.
Перед тем как открыть огонь, необходимо также убедиться, что на пути перехватчика не находятся «свои», дружественные воздушные силы.
Помимо участия в полноценных виртуальных «сражениях», солдаты бригады регулярно отрабатывают отдельные элементы на своих компьютерах. Специальные проверяющие помогают им в «работе над ошибками». Прорабатываются все мыслимые сценарии – включая сбои связи между людьми, отвечающими за обнаружение и поражение целей.
Агентство противоракетной обороны в сотрудничестве с 30-м космическим крылом ВВС США, Объединённым командованием по функционированию компонентов ПРО и Северным командованием вооруженных сил США запустило ракету-перехватчик высокой дальности – элемент Национальной системы противоракетной обороны. Ракета была запущена с базы 30-го космического крыла, Ванденберг, в Калифорнии с целью оценки качества функционирования новых рулевых двигателей заатмосферного кинетического перехватчика.
mda.mil
mda.mil
