Еще в самом начале агрессии России против Украины полковник армии США в отставке с более чем тридцатилетним опытом работы в качестве боевого офицера, военного аналитика, стратега и регионального специалиста по России, Евразии и Ближнему Востоку Джилберто Вильяэрмоса описал структуру и особенности российских войск, вторгшихся на Донбасс.
Полковник Джилберто Вильяэрмоса
Сравнив действия Путина с гитлерским аншлюзом Австрии и Чехословакии, военный аналитик изначально указывал, что российское вторжение в Восточную Украину осуществляется под контролем Западной группировки войск – одной из четырех стратегических группировок, созданных в 2008 году в рамках реформы российских вооруженных сил.
Именно тогда Москва создала Западную группу войск, ответственную за все военные операции против НАТО; Восточную – для выполнения операций против Китая и Дальнего Востока; Южную – против Кавказа и Центральной Азии, и Центральную – в качестве стратегического резерва российских вооруженных сил.
Западная группировка располагала двумя уровнями штабов, и использовала в военных операциях в Украине как обычные, так и нетрадиционные виды вооружений.
К необычным относятся, к примеру, воздушно-десантные дивизии и в воздушно-десантный полк, а также бригады и полк сил специального назначения. Именно эти силы использовались в самом начале войны для того, чтобы посеять нестабильность в Восточной Украине, а также проводить разведку стратегических целей в регионе. Эти же силы, известные как «маленькие зеленые человечки», проводили операцию по вторжению и аннексии Крыма. Что касается регулярных сил, то, по словам американского полковника, на момент вторжения в Украину они состояли из танковой и мотострелковой дивизий при поддержке механизированных и броневых бригад, а также получали подкрепление от группировки Центрального командования.
Для сравнения: в 1956 году для усмирения «мятежной» Венгрии во вторжении СССР в Будапешт участвовало 17 советских дивизий и около трехсот тысяч военных. В 1968 году во вторжении в Чехословакию приняли участие столько же дивизий и еще двести тысяч солдат из стран Варшавского договора – и в обоих случаях США и НАТО закрывали глаза на происходящее.
Таким образом, изначально было очевидно, что сосредоточенная на границе с Украиной группировка российских войск численностью от 40 до 80 тысяч человек неспособна захватить всю Восточную Украину, не говоря уж о мифической «Новороссии».
Изначально американские военные предполагали, что следующим шагом за аннексией Крыма последуют операции по захвату Харькова, Донецка и Мариуполя, а следующей мишенью будет уже Одесса.
При этом аналитики изначально предсказывали, что лидирующая роль в подобных операциях будет у сил специального назначения, хотя отдельные операции возможны и при участии воздушно-десантных войск. По оценкам американских экспертов на момент начала «украинской кампании» Москвы, Путин, как и его советские предшественники, изначально рассчитывал на невмешательство со стороны США или НАТО и безынициативность украинского правительства.
По мнению Джилберто, в качестве целей своей военной авантюры Путин рассчитывал, во-первых, на реинкорпорацию большого количества россиян обратно на родину, что помогло бы ему справиться с демографической катастрофой. Кроме этого, в числе целей Путина американцы называли обширные пшеничные поля Украины, полный контроль над газо- и нефтепроводами, идущими в Европу, а главное –
создание стабильной и подконтрольной буферной зоны между НАТО и Россией, не говоря уж о славе «собирателя русских земель».
Показательно, что тогда, на конец марта 2014 года американский полковник отмечал, что в случае, если украинское правительство, армия и народ будут готовы сражаться за свою землю и свободу, Запад должен встать единым фронтом и сделать все, что в его силах, чтобы положить конец нео-империалистическим планам России в Украине.
Как показала практика, украинцы смогли дать решительный отпор агрессору, и не допустить осуществления большинства намерений Москвы. Но помощь Запада, а главное – его твердая позиция по поводу недопустимости территориальной экспансии одной страны против другой в наши дни, на фоне других вызовов мировой безопасности, остается не менее важной, чем полтора года назад.
Ксения Кириллова
