Выступая в декабре прошлого года на десятом совещании руководителей зарубежных дипломатических учреждений, президент Украины Виктор Янукович сделал заявление о том, что Румыния — это страна, которая должна начать по-другому воспринимать Украину.
Траян Бэсеску
«Эти страны… (Румыния была упомянута вместе с Молдовой) должны почувствовать — время мягкой Украины прошло». Думается, украинский лидер несколько поторопился с выводами и выдал желаемое за действительное: «мягкое» время еще не закончилось.
Год тому назад депутат Европейского парламента от Румынии, председатель партии «Великая Румыния» Корнелий Тудор заявлял, что Украина – это искусственное государство, которое «держит румынские территории», в частности Северную Буковину (часть Черновицкой области), и «подписывая с Украиной договор о границах, Румыния держала в уме, что сама Украина — проект неокончательный, а значит, возможно все». Под «возможно все» подразумевается, конечно, пересмотр границ, но что это же за удивительное решение, которое открыло Румынии дорогу к столь широким территориальным притязаниям?
Напомним: 3 февраля 2009 г. Международный суд ООН постановил, что остров Змеиный не может считаться частью прибрежной линии Украины при определении границы континентального шельфа и исключительной экономической зоны. В результате под румынскую юрисдикцию отошло около 1500 кв. км континентального шельфа (79,34% спорных территорий) с запасами углеводородов, равными годовому потреблению Украины, и вкуснейшей глубоководной камбалы-калкана. По мнению многих украинских экспертов, решение ооновского суда стало первым в новейшей истории юридическим актом, положившим начало разделу Украинского государства. Предыдущая, оранжевая, власть называла проигранный с треском суд в Гааге «блестящей победой украинской дипломатии». Но сегодня под прицелом Румынии уже очередной дунайский остров — Майкан.
finzah.com.ua
Бывший премьер-министр Молдавии, ныне член Сената Румынии Мирча Друк считает, что Украине «достался самый жирный кусок из всех республик бывшего СССР», и «им бы поделиться по-честному…»
А министр иностранных дел Украины Константин Грищенко, отвечая на вопрос журналистов относительно претензий Бухареста, касающихся острова Майкан, заявил, что украинская сторона не намерена пересматривать линию границы с Румынией. Румыны, конечно, обходятся без дипломатических «реверансов». И, судя по всему, намерены так вести себя и впредь. Если не более жестко.
Как известно, в советские времена на Дунае базировалась флотилия военных кораблей. С обретением суверенитета украинское руководство почему-то решило, что для евроатлантически ориентированного государства Дунайская флотилия не нужна. Такой политической «мудрости» порадовались в Бухаресте, который, в отличие от Киева, укрепляет и модернизирует флотилию на Дунае, состоящую из двух бригад (Брэила и Тульча). Они имеют в своем составе три больших и шесть малых мониторов, восемнадцать бронекатеров, свыше двадцати тральщиков, а также десантные самоходные баржи и вспомогательные суда. С 2006 г. два батальона румынского спецназа дислоцируются непосредственно вблизи границ Украины напротив Измаила и Буковины.
Румынской военной группировке на Дунае Украине нечего противопоставить. Ее нынешняя Дунайская «флотилия» состоит из двух устаревших кораблей, а подразделений сухопутных войск здесь вообще нет. Для румын, таким образом, путь на Одессу открыт. Бывший городской голова Измаила Станислав Борисенко уверен, что угроза суверенитету Украины со стороны Румынии реальна. Он не первый год говорит, что Украина рискует потерять Придунавье, если на него не обратят внимание как на стратегически важный регион. И вот, по словам губернатора Одесской области Эдуарда Матвийчука, в г. Болграде, наконец, появятся военные. Предполагается, что там разместится усиленный механизированный батальон численностью до 600 человек с боевой техникой. Заметим, что в советский период здесь дислоцировалсь воздушно-десантная дивизия. И это в те времена, когда Румыния даже что-нибудь похожее на территориальные претензии к Украине произнести вслух не смела.
Сегодня, плюс ко всему, уже около 100 тыс. граждан Украины и 70 тыс. Молдовы имеют румынские паспорта. Пару месяцев тому назад румынские депутаты приняли постановление об упрощении процедуры предоставления гражданства.
Теперь таким правом обладают иностранцы, проживавшие на территории Румынии в ее границах до 1940 г., включая современную Молдову, часть Одесской, Черновицкой и Николаевской областей Украины, а также их потомки до третьего колена. При этом знание румынского языка необязательно, а срок рассмотрения заявления — не более пяти месяцев. Депутат Европарламента Павел Коваль недавно заявил, что сегодня самые большие шансы для вступления в ЕС и НАТО у Молдовы, где большая часть населения имеет двойное гражданство — Молдовы и Румынии. Фактически Румыния и Молдова уже представляют собой одно государство.
Под общеевропейский шум Румыния старается воссоздать «Великую Румынию». Еще в 1991 г. попыталась было забрать Северную Буковину и часть Одесской области, но неудачно. Раньше на этих идеях Россия моментально поставила бы крест, но одно дело конфликтовать просто с Румынией и совсем другое — с Румынией как государством-членом альянса: натовская Румыния со своими претензиями стала гораздо влиятельнее. И, судя по всему, «островной» румыно-украинский конфликт не более чем отвлекающий маневр. Яснее ясного, что единолично контролировать такую поистине золотоносную жилу, как Дунай, Бухаресту вряд ли позволят. Как и единовластно распоряжаться запасами углеводородов отыгранного у Украины континентального шельфа. И хотя Россия и Румыния в 2003 г. подписали договор о дружеских отношениях и сотрудничестве, по которому Румыния отказалась от территориальных претензий к России как к правопреемнику СССР в связи с присоединением последним Бессарабии и Северной Буковины, объективно румынские территориальные претензии к Украине направлены против России.
В конце ноября прошлого года президент Румынии Траян Бэсеску заявил, что Бухарест не доверяет России из-за присутствия российских войск рядом с румынской границей, в Приднестровье. По мнению Бэсеску, не больше доверия к Бухаресту и у Москвы. «Если Россия так дружелюбно относится к государствам Черного моря, почему тогда ей нужен такой большой флот в таком маленьком море?», — задается вопросом Бэсеску. И в интервью румынской газете Romania Libera говорит: «Нас совсем не устраивает и факт продления Россией договора о базировании ее флота в Севастополе». Комментируя высказывания румынского президента, украинский политолог Максим Ветров отметил, что «агрессивная политика президента Румынии Траяна Бэсеску становится уже привычной для Европы. Но если раньше это были фантазии отдельного, не самого влиятельного политического лидера, то после вступления Румынии в НАТО и ЕС с этими заявлениями придется считаться».
Военный потенциал Румынии ничуть не мощнее украинского
Военно-морские силы Украины являются де-факто флотилией. Большинство из переданных «нэзалэжной» в 1997 г. 70 кораблей и судов бывшего ЧМ ВМФ СССР за минувшие 13 лет были либо списаны, либо «порезаны». В настоящее время только четыре корабля ударные. Согласно «Белой книге» министерства обороны Украины, за 2009 г. наплаванность кораблей ВМС сократилась почти втрое и составила в среднем всего 9,4 суток. По неофициальным данным, на осень 2009 г. нормальным функциональное состояние оставалось лишь у одного боевого корабля ВМС Украины — корвета «Тернопиль», в прошлом малого противолодочного корабля проекта 1124М. Вполне закономерно, что ВМС способны решать весьма ограниченный круг задач, связанных, прежде всего, с погранично-патрульной службой, эскортированием конвоев, десантными операциями небольшой сложности и масштаба, минными постановками и противоминной борьбой, участием в миротворческих операциях. Но даже эти задачи требуют напряжения сил всего флота и теснейшего взаимодействия с другими родами войск, которые, заметим, тоже не в блестящем состоянии. Кстати, объемы финансирования флота за годы независимости составляли около половины от необходимой суммы. А финансирование ВС Украины в 2011 г. практически приравнивается к финансированию министерства внутренних дел, так что особых изменений к лучшему ожидать не приходится.
Сравнивать силы и средства сухопутных войск Украины и Румынии просто не имеет смысла. Однако для тех, кто мечтает о Великой Румынии, достаточно «забрать» Южную Бессарабию и Северную Буковину в результате эдакого «блицкрига», который вполне возможен, поскольку вдоль румыно-украинской границы украинских воинских частей нет.
Что касается румынского флота, то он вполне «адекватен» украинскому. ВМС Румынии состоят из подводной лодки, эскадренного миноносца, шести сторожевых кораблей, трех ракетных катеров, трех торпедных катеров, минного заградителя, четырех тральщиков, 27 мониторов и вспомогательных кораблей. Но за счет большего количества реальных плавсредств румынский флот превосходит украинский, что позволяет прогнозировать поражение украинских ВМС в случае вооруженного конфликта.
Впрочем, особого героизма от румын, наверняка, не потребуется. Ставка в Черноморском бассейне делается на натовскую Турцию. Она, скажем так, с удовольствием «проглотит» Крым, бывшую вассальную территорию Оттоманской империи. Однако необходимость в сильном флоте обусловлена для Турции, прежде всего, рядом угроз: это и Россия, стремящаяся восстановить сферу влияния в северном регионе турецких интересов; и конфликты на юге; историческое соперничество с Грецией на западе; наконец, непредсказуемый Иран на востоке. Кроме того, 90% объема внешней торговли реализуются на морских путях, и флот должен гарантировать безопасность коммерческого судоходства и обеспечивать охрану 8300 километров береговой линии и островов в Эгейском море. И на удивление всех соседей, ВМС Турции относительно быстро превращаются в эффективную силу, способную громко заявить о себе в региональных водах.
Самостоятельно противостоять вызовам Бухареста Киев не в состоянии. В сложившейся ситуации российский Черноморский флот становится основой безопасности не только южных рубежей государства, но и гарантом национальной безопасности Украины. Намерена ли строить свою внешнюю и оборонную политику именно в такой связке посторанжевая Украина? А насколько готова к созданию совместной с Украиной системы безопасности в Черноморском бассейне Россия? Сегодня очевидно одно: «мягкое» украинское время закончится при условии, что такая система будет создана. Продление сроков пребывания ЧФ России в Крыму до 2042 г. – лишь первый шаг к решению этой проблемы.
Валерий Панов
