Владимир Путин – темное восхождение к власти. Часть 3
Начало статьи — Часть 1 и Часть 2
Изначальная мысль Трепашкина была найти Романовича и постараться убедить его раскрыть своё участвие в бомбёжке корпусов. Не так быстро. Насколько Трепашкин мог определить, Романович уехал из России на Кипр и летом 2000-го года, после того как его сбила машина, которая скрылась, он там скончался.
Трепашкин затем нашёл изначальчый источник эскиза ⎯ управляющего дома на Улице Гурьянова.
«Я показал ему эскиз Романовича,» сказал Трепашкин, сидя в своей гостинной, «и он мне сказал что образ был правильчо начерчен, точно как он описал его милиции. Но затем они отвезли его на Лубянку где они показали емy эскиз Гочияева и настаивали что это и был мужчина которого он видел.
С этим потрясением, Трепашкин собирался удивить властей. ФСБ к этому времени уже давно опубликвало имена девяти человек, которые якобы были ответственны за бомбёжки в Москве и во Волгодонске. Эти бомбёжки же и были предлогом для новой войны с Чечнёй, хотя ни один из подозреваемых не был Чеченцем. Согласно сообщениям, к лету 2003-го года, пятеро из них были мертвы, двое были на свободе, и судебный процесс ещё двоих был наначен на Октябрь. Как адвокат Татьяны Морозовой, Трепашкин собирался присудствовать в суде и прeдставить эскиз Романовича как улику для оправдания.
Он принял дополнительную приосторожность. Перед началом суда, он встретился с Игорем Корольковым, жyрналистом независимого журнала Московские Новости и в деталях описал отношение Романовича к делy.
«Он сказал, ‘если они до меня добирутся, хотя бы все будут знать почему,’» Корольков разъяснил. «Он был напуган и напряжён, потому что я думал он уже знал что за ним идут.»
Конечно же, через короткое время после встречи с Корольковым, власти забрали Трепашкина. Пока он был в задержке, ФСБ ещё раз провелa рейд по его квартире, на этот раз включая целый автобус агентов. Я понимаю что для соседей это было очень увлекательно,» сказал Трепашкин смеясь, «самое большое происшеств,ие здесь за долгое время.»
Они его задержали по старой запасной причине ФСБ ⎯ владение оружием без лицензии ⎯ но судья, очевидно знакомый с этим клише, сразy же спустил обвинения. Прокуроры тогда вернулись к обвинениям Трепашкина которые ешё рассматривались со времени предыдущего рейда за два года до этого и за секретные документы, которые, он утверждает, ему подложили. Этого было не много, но достаточно. После закрытого суда, Трепашкина приговорили к четырём годам тюрьмы за неправильное обращение с классифицированным материалом и отослали в тюремный лагерь на Урал.
В его отсутствии, двоих мужчин которых судили за бомбёжки жилых домов обвинили и приговорили к пожизненному заключению. Объявляя дело оффициально закрытым, правительство приказало ФСБ запечатать все следовательные документы по делу на следуюшие семдесят пять лет.
Мой последний вопрос к Михаилу Трепашкину был, в какой-то степени, выброшенным.
Мы стояли на тротуаре около его корпуса, и я его спросил если, смотря на траэкторию его жизни за последние пятнадцать лет, он что-нибудь бы изменил.
Вопрос был выброшенным потому что люди в ситуации Трепашкина, которые боролись с властями и проиграли, почти без исключения скажут нет: в поисках правосудия, свободы, или в стремлении изменить общества к лучшему, они объясняют, они бы сделали всё так же заново. Люди в таких ситуациях говорят это себе чтобы дать значение своим мучениям.
Вместо этого, Трепашкин подсмеялся и сморщил лицо в свою отличительчую улыбку.
«Да,» он сказал, «я бы много чего изменил. Сейчас я вижу что доверчивость один из моих недостатков. Я всегда думал что не сама система, а только несколько нехороших людей создают проблемы. Даже когда я был в тюрьме, я никодга не верил, что Путин мог на самом деле стоять за этим. Я всегда думал что, как только он узнает, меня немедленно выпустят.» Трепашкин спустил улыбку и пожал своими широкими плечами. «Так, я догадываюсь, определённая наивность привела меня к ошибкам.»
Я не был полностью в этом уверен. Я подозревал что его «недостаток», более чем наивнотсь, заключался на самом деле-то в старинном ⎯ если даже не в средневековом ⎯ чувстве преданности. Во время нашей первой встречи, Трепашкин дал ме копию своего резуме, которое состояло из шестнадцати страниц, и первое что ударило мне в глаза было как он выделил свои многочисленные награды и похвалы за все годы службы государству: как специалист морского флота, как офицер КГБ, как следователь ФСБ. Как бы не обычно или не причудливо, он верил по-настоящему. Как ещё можчо объяснить годы проведённые должным следователем, тщательно строя дела против организованных синдикатов или продажных чиновников, и в то же время упорно отрицая признание того, что в новой России, сами воры всем и заведовали?
Конечно же, это чувство неизменной преданности и парализировало Трепашкина, оно же и предотвратило его от познания своих «ошибок», от перемен в жизни, чтобы отдалиться от неприятностей. По такому же счёту, даже перемена местоположения нашей встречи говорит о непреклонности Трепашкина; его жена вернулась раньше ожиданного и немедленно выгнала нас на улицу.
«Ну, что поделаешь?» прошептал Трепашкин когда мы убегали, будто он ничего че мог придпренять.
Но возможчо резкости его жены в тот день ⎯ 25-го Сентября ⎯ была другая причина. В тот день, Трепашкин собирался идти на Пушкинскую Площадь, чтобы встретиться с небольшой группой сторонников, где в 6 часов они бы провели демонстрацию с требованием нового следствия бомбёжек. «Приходи», он сказал со своей обычной улыбкой. «Может интересно будет».
За пять лет, с того времени когда Трепашкина посадили, в России произошло много перемен ⎯ и ни одна из них не была особо благоприятной для человека в его ситуации. В Марте 2004-го года, Владимипа Путина избрали на второй срок президентства с 71-им процентом голоса, и он распорядился более действитетльно ограничить политическую свободу и свободу слова. В Октябре 2006-го года, в лифте своего дома, насмерть застрелили Анну Политковскую, ведущую журналистку России которая в значительчой степени писала о тёмных связях между ФСБ и Чеченскими «террористами». На следующий месяц, пришла очередь удалить Александра Литвиненко.
И возможно самое большое расстройство ⎯ Русский народ в этом не видел больших причин для бесспокойства. Наоборот, с экономикой процветающей за счёт потока денег из нефти, большинство были довольны образом Путина как силача, и его всё более и более воинственным расположением духа по отношению к окружающему миру, передавая дуновение возвратившейся сверхдержавы.
Этот образ был подходяще заснят в Мае 2008-го года, когда Путин, которому конституция запрещает служить на третий срок в роли президента (хотя он остался в кабинете в роли премьер министра), оффициально передал вожжи своему лично отобранному наследнику, Дмитрию Медведеву. На этот случай, оба из них были в похожих черных куртках, Медведев в джинсах, важно проходя через Красную Площадь, выглядя менее как главы государста и более как пара гангстеров. Даже свирепое вмешательство России в Грузии в Августе 2008-го года, акт, который был единогласно осуждён на Западе, породило новую вспышку в Русской национальной гордости, новый взлёт популярности Путина.
Может тогда и не удивительно, что митинг на Пушкинской Площади в тот вечер был довольно жалостным зрением. Помимо Трепашкина и его самых близких помощников, может тридцать человек показалось. Многие из них старики, которые потеряли родственников при бомбёжках, они стояли молча на тротуаре, держа в руках плакаты или выцветшие фотографии своих погибших. Этот небольшой кружок стоял под надсмотром восьми милиционеров в форме ⎯ и скорее всего нескольких других в гражданском ⎯ но это казалось совсем не обязательно. Из огромных толп проходящих мимо в час пик, мало кто посмотрел дважды на протестующих.
Глядя на Трепашкина в тот вечер, казалось что может существовать другое объяснение вопросу почему кто-то как он ещё был жив, а люди как Литвиненко и Политковская были мертвы. От части, без сомнения, потому что Трепашкин старался не показывать указательным пальцем прямо на Путина, или на кого-либо ещё в связи с бомбёжками домов. Это подходит его расположению ума как криминальный следователь: ты только обвиняешь на основании фактов, то что можчо узнать и уточнить.
И конечно же другая часть причины состoит в его одностороннем средоточии на бомбёжках домов, в том, что он относиться к этому делу с тем же уровнем упорства с каким он отнёсся к делу грабежа банка Солди. В этом и состояла проблема Литвиненко и Политковской: они обвинили стольких членов правящего круга России, что они обеспечили безопасность своих врагов их количеством. Для Трепашкина, кроме бомбёжек корпусов, больше ничего не существовало, и если бы его убили, вся Россия бы знала почему.
Ирония судьбы, хотя, состoит в том, что чем дальше он продвигает это дело, и чем больше он требует открытое следование, Трепашкин может движет себя ближе и ближе к уничтожению. Пока люди стоящие за бомбёжками уверены что они выиграли, или хотя бы что они достаточно захоронили прошлое, он в относительной безопасности. Когда толпы начнут брать его листовки, тогда онасность возростёт.
И тот день возможно быстро придвигается. Среди международного экономичесого разрушения прошлого года, мало стран были опустошены больше чем Россия, и почти каждый день приносит новые народные протесты: против олигархов, против политики, и всё больше против самого Путина. Сейчас уже может осталось не долго, когда Рyсский народ спросит себя как это всё началось и вспомнит ужасные происшествия Сентября 1999-го года.
Но тот вечер на Пушкинской Площади не стал таким днём. В тот вечер толпы ещё по-настоящему верили в возрождение России, торопясь мимо Трепашкина к метро и домой, торопясь к светлому, блестящему будущему, которое пообещал им их правитель.
СКОТТ АНДЕРСОН журналист и автор
