Уход украинских войск – это лишь промежуточный этап. Дальше должна быть узаконена «народная милиция» на Донбассе. Отдельное судопроизводство. Начаться прямой диалог Киева с Донецком и Луганском. И, в конечном счете, после всего этого Украина будет иметь символический, а не реальный суверенитет над Донбассом. Большего от минских соглашений Украина не получит.
Вы прочли краткий пересказ интервью Алексея Чеснакова, соратника Владислава Суркова. Того самого Суркова, который занимается в Кремле украинским направлением.
Контроль над границей Москва намерена передавать лишь своим марионеткам, но никак не Украине
Предельно лаконичное. Довольно скупое. Без эмоций. Всего лишь перечисление российского райдера. Список требований к Украине. После выполнения которых Киев все равно получит «символический, а не реальный суверенитет». Потому что контроль над границей Москва намерена передавать лишь своим марионеткам, но никак не Украине.
Интервью российских спикеров – это то, что нужно читать, чтобы не впадать в иллюзии. Они куда реалистичнее, чем любые заявления украинских спикеров. Включая недавнее заявление Владимира Зеленского про три этапа прекращения войны: прекращение огня, примирение людей, реальная реинтеграция. Одна проблема: в его описании реальности нет России.
Президент Украины рассуждает так, будто речь идет о гражданском противостоянии. В котором Россия выполняет всего лишь роль модератора и переговорщика. Но все эти слова теряют всякий смысл именно потому, что Украина – жертва вторжения, а не регионального сепаратизма.
Почему Банковая убеждена, что в случае неудачи ей удастся вернуться к прежнему статус-кво?
Давайте допустим, что украинское руководство на самом деле все понимает. И что все эти шаги – всего лишь попытка выставить Россию агрессором. Доказать Западу, что Москва не идет на компромиссы и не заинтересована в урегулировании. И в рамках этой переговорной попытки – вернуть домой максимально возможное число пленных и политзаключенных.
Но почему в Киеве уверены, что в Кремле не просчитали такую возможность? И почему Банковая убеждена, что в случае неудачи ей удастся вернуться к прежнему статус-кво? Тому самому, когда вялотекущая война вдоль линии фронта была платой за право Украины на будущее.
И что будут делать в Киеве, когда окажется, что политика кота Леопольда не работает? Что Москва не идет на уступки? Что она воспринимает переговоры лишь как обсуждение условий сдачи?
Что будет делать Киев с Донбассом в случае провала переговоров? Окружит стеной?
Как Киев будет выходить из переговоров? При этом сохраняя себя в Минском процессе? Том самом, к которому привязаны санкции Запада против российской экономики? Те самые санкции, которые западные страны давно бы хотели обнулить?
Почему Банковая убеждена, что ей удастся проскочить в игольное ушко? Чьи гарантии у нее есть? Кто обещал ей в Европе, что «попытка – не пытка», и что опция «хуже не будет» за ней сохраняется?
И что будет делать Киев с Донбассом в случае провала переговоров? Окружит стеной? Но это никак не усилит украинскую устойчивость. Просто потому, что Донбасс – это инструмент дестабилизации Украины. Москва просто будет экспортировать Донбасс в другие области страны.
В этом и состоит главная проблема. Заявления российских спикеров максимально прагматичны. Они не оставляют никакого пространства для иллюзий. А заявления украинских спикеров не имеют ничего общего с реальностью. И со стороны напоминают лишь попытки карточного блефа с целью ввести противника в заблуждение.
Но почему кто-то думает, что это должно сработать? И почему кто-то уверен, что Киеву удастся встать из-за карточного стола без потерь?
