«Неважно, что произойдет. Если русские вступят в бой — каждый будет сражаться. Сопротивление военного времени начинается сегодня»
«Когда я вернулся, мне приснился этот сон. Была битва рядом с моим родным городом. Мы против россиян. И мы были плохо организованы, конечно. Между холмами были построены окопы. Все мои друзья были там. Русские шли с юга.
Большинство из нас погибли. И я чуял запах крови и пороха. Я забрал автомат Калашникова у убитого русского солдата и стрелял по ним. А потом мы побежали и спрятались в лесу, на нас охотились. Сначала у нас был отряд, потом осталось несколько парней, потом я остался один, и я бежал. И тогда я понял, куда я бежал — к морю. Когда я добрался туда, был вечер, и солнце уже садилось, и море было уже спокойным и гладким. Я стоял в воде по пояс с пустым автоматом Калашникова в руках. Позади я слышал собак в лесу и крики на русском языке. Они шли.
Я был готов отправиться на корабль. Я уже был в воде. Но я остановился и подумал:
«Дом здесь. Я должен остаться. Неважно, что произойдет. Здесь то место, которому я принадлежу».
Когда я проснулся, я был так под влиянием этого сна. Я все еще чувствую запах и вижу это как тогда во сне. Но я был так счастлив видеть своих мертвых друзей живыми. Это был переломный момент. Я увидел, что мне нужно было сделать. Мне нужно было отстаивать свободу моей Родины. Поэтому я нашел способ снова сражаться.
Мы не верили, что кто-нибудь придет нам на помощь в 1991 году. Даже после обретения независимости поначалу никто даже не продавал оружие Эстонии. Поэтому, я знал, у кого в моих частях было какое оружие, и сколько патронов было у каждого человека. Надо было надеяться на мир. Но ты можешь добиться мира только если есть готовность сражаться.
Территориальная оборона очень привязана к месту. Это должна быть ответственность бойцов теробороны. Эта деревня. Этот город. Этот мост. Эта река. Этот кусок земли. Именно они это защищают. Они должны знать свою землю и как ее использовать.
Современная война носит асимметричный характер. Трудно найти силы противника на земле, сложно идентифицировать, определить их положение и уничтожить. Но это то, к чему мы должны готовиться.
Вы знаете, почему русские не взяли Тбилиси в 2008 году?Они были всего в 50 километрах или около того, и ничто не мешало им. Но грузины сумасшедшие, и они бы дрались. Идея этой асимметричной битвы в Тбилиси была не слишком привлекательной для россиян.
Всегда есть такие обсуждения. Ну да. Россияне могут попасть в Таллинн за два дня. Может быть. Но они не могут получить всю Эстонию за два дня. Они могут добраться до Таллинна, а мы перережем их линии связи и линии снабжения и все остальное. Они могут попасть в Таллинн за два дня. Но они умрут в Таллине. И они это знают. Они будут получать огонь из каждого угла, на каждом шагу.
Паника — это плохо. Мы пытаемся донести до людей, что сопротивление военного времени начинается сегодня. Оно начинается с гибкости. Мы должны быть готовы ко всему и должны научить людей, как вести себя, если что-то случится. Я не знаю, что будет, если русские вступят в бой. Знаю только одно — что сражаться станет каждый эстонец».
Полковник Рихо Ухтеги, командующий добровольческих сил Лиги обороны Эстонии (Кайтселийт), бывший командующий Сил специальных операций Эстонии, фрагменты из статьи журнала Politico, июль 2018-го года.
Кайтселийт — добровольческая армия, которая является основой сил обороны Эстонии, численностью в 25 тысяч бойцов, которые тренируются добровольно и не получают от государства зарплату — только оружие и небольшое количество боеприпасов для боевой подготовки.
Профессиональная армия Эстонии насчитывает всего 6 тысяч человек и оснащена самыми современными видами оружия. По плану обороны Кайтселийт до конца обороняет населенные пункты на пути российских агрессоров, пока армия проводит мобилизацию призывников и получает время для подготовки обороны стратегических объектов.
