Вот и пришло время очередного «пасхального перемирия» — самого надёжного прекращения огня, которое вот уже совсем скоро, приведёт к стойкому миру на востоке Украины.
Наверное. Наравне с новогодним, осенним для начала учебного года или перемирием на каникулы, двумя хлебными — под посевную и страду. И это не считая под ключевые переговоры или визиты ОБСЕ. И каждое из них традиционно редко «переживает» неделю, скатываясь в достаточно серьёзную канонаду и общевойсковые столкновения. Потому что ОБСЕ это ОБСЕ, а управляемой ракетой по автомобилю с водой и миномётом по батальонному складу — это всё ещё вопрос банального выживания. Будет противник в зоне прямой видимости занят тушением пожаров, выносом раненых и копанием новых блиндажей — случится меньше набегов на секреты, попыток утащить языка и попыток поймать на ротации подразделения.
И пока в Украине будет происходить передача власти после выборов, цепочка решений по руководству силовиками и возможные переговоры, неплохо, чтобы враг занимался зализыванием ран, а не подготовками к шатанию обороны. Так что всё идёт, как идёт. Минск мёртв, хоть и не имеет альтернативы — всех устраивает, что полторы тысячи орудий не работают так, как зимой 2015 года. Липучая позиционная война с дежурными батареями и набегами «запрещёнки» имеет свою чёткую внутреннюю логику. Люди хотят жить и на шестой год проявляют максимум изобретательности в этом вопросе.
Что в реальности происходит на фронте — легко можно понять, просто взглянув на потери сторон. У боевиков также есть по факту «волонтёры» и общественные организации, которые пытаются подсчитывать и сводить данные по погибшим, очищая их от «тумана войны», размазывания по месяцу и внутренней цензуры. Так вот, за апрель 2019 года на том же блоге «Мемориал Героев ЛДНР» в уютном Контакте насчитали 46 отправившихся в небесную новороссию. Обстоятельства в ассортименте. Боевые из них не все, но и аварии и госпитальный этап — это тоже пустое штатное расписание на передке. Кроме того, экипажу «КАМАЗ» было лень носить боеприпасы лишние 400 метров на спине из-за частного сектора. Командиру роты и санитарному инструктору не повезло с попаданием в укрытие. Стрелок в Зайцево допустил оплошность, и пулемётчику прилетело в амбразуру. Неизвестная диверсионная группа зашла удачно в гости на юге. Кроме того, мины, гибель от неосторожного обращения с оружием и боевые травмы. 46 человек — более взвода погибших. С ранеными, больными и травмированными пару рот вышло из строя. Это ощутимо, это стачивает боеспособность частей и лишает противника инициативы.
Месяцами сидеть с минимальной ротацией и слушать про Минск, ощущая на своей шкуре динамику происходящего, не очень приятно — уж поверьте. А динамика вполне ясная и не специалистам. Из походов на промку в Авдеевке и малых дач мы пришли к тому, что регулярно сносятся позиции на ЯБП. Из рассказов, что война будет переноситься в Славянск и Краматорск, в прифронтовом городе с комендантским часом взрывают Захарченко, невзирая на охрану, МГБ и агентуру. Только в сеть утекает десятки видео, где за МТЛБ и коробками в тактической полосе охотятся миномётные команды.
А ещё снайпера из НГУ приезжают поработать на ЛБС. Снайпера из ССО приезжают поработать на ЛБС. Едут на ЛБС ЦСО «А» и кандидаты на дубль из «Шайтанбата». Войсковые снайпера из рот и отдельных разведывательных батальонов могут как накапливаться в полосе ответственности «проблемных» батальонов, так и устраивать проблемы «республиканцам». Идёт очень серьёзное противостояние, в котором россияне применяют лазерное оружие для ослепления бойцов, а украинцы — антиснайперские комплексы для обнаружения огневых точек. В этом противостоянии бойцы «республик» — откровенно расходный материал. Просто потому, что несмотря на курсы, поставки винтовок из США, погодные станции и дальномеры, снайперская школа — это тысячи часов работы, штучные специалисты и миллионы долларов. На этом фоне рассказывать про донецкие школы снайпинга, противостоящие на равных 40-миллионной стране — реально дурной тон.
Кроме того, у ВСУ есть воздушная эвакуация вертолётами и санитарными бортами, а у боевиков нет. И даже россиян приходится стабилизировать и везти до границы. Наши мобильные госпитали с волонтёрскими амбулансами, «китайцами» и американскими «Хамви» в медицинской комплектации опираются как на систему районных больниц, так и на армейскую структуру 4 оперативных командований, а уже в течение 5-6 часов наши люди в Харькове и Днепре. А в «ЛДНР» всё ставят с нуля или завязывают на российской инфраструктуре в глубине. Как минимум в Ростовской области, а в полосе у границы недавно ещё было просто голое поле — серьёзные же лечебные учреждения в Москве и в Питере, за более чем 800 километров.
Так что у РФ в «республиках» серьёзные проблемы как с кадрами, так и с технологиями и медициной. Формат «туземной войны» без авиации, оперативно-тактических ракет и крупного калибра, в непонятном статусе ожидаемо не вызывает массового притока добровольцев из РФ, желающих бесконечно возиться в грязи за зарплату грузчика из местных тоже немного. Поэтому системно потери у гибридов выше — их переигрывают по цифровой связи, по управляемым ракетам с выносными пультами и 60-мм миномётам, по 308 и 50 калибру у снайперов, по тактическим БПЛА, по образованию у офицеров младшего звена и общему качеству кадров. По сотням системных вопросов в поле, которые не касаются батальонов танков или дивизионов реакторов из РФ ибо они не помогут в кропотливой и каждодневной работе на земле в условиях Минска. Они за скобками в уравнении, а тащить фронт нужно каждый день вот уже многие месяцы.
Оставайтесь на связи и оставайтесь с нами. Рано или поздно эта война завершится. Мы победим.
