Известный американский политолог Збигнев Бжезинский, советник Барака Обамы по внешней политике, во время президентской избирательной кампании выступил за создание «Большой двойки», состоящей из США и Китая.
В Поднебесной свой взгляд на партнерство и союз с США.
Фото Reuters
Как считает Бжезинский, лидеры Соединенных Штатов и КНР должны встречаться в неформальной обстановке для обсуждения не только двусторонних отношений, но и вопросов глобальной политики.
Збигнев Бжезинский
Подобного заявления следовало ожидать, поскольку новая американская администрация получила от команды Джорджа Буша-младшего в высшей степени непростое внешнеполитическое «наследство».
НЕ ВСЕСИЛЬНАЯ СВЕРХДЕРЖАВА
США истолковали победу Запада в холодной войне как доказательство своей абсолютной правоты и непогрешимости, как право на вечную и единоличную всемирную гегемонию. Голосом Фрэнсиса Фукуямы Вашингтон провозгласил конец истории. Американская политико-экономическая модель была объявлена единственно правильной и допустимой, а для ее навязывания другим странам могли применяться любые методы. Именно это стало самой фундаментальной ошибкой Соединенных Штатов. Нельзя навязать силой свободу и демократию, ибо цель прямо противоречит средству и потому не достигается. Начав вести себя в международном масштабе как тоталитарный диктатор и выступая при этом под лозунгом свободы, США добились утраты доверия к себе значительной части человечества.
Понеся свободу силой в совершенно не готовые к этому общества, Америка обнаружила, что и в военном плане она отнюдь не всесильна. В 1950-е годы вооруженные силы США ориентировались на ведение одновременно «двух с половиной войн» – с СССР, Китаем и с какой-нибудь развивающейся страной. К 1970-м годам из-за улучшения отношений с Пекином концепция изменилась на возможность ведения «полутора войн».
Теперь нет Советского Союза, США достигли всемирной гегемонии, после чего выяснилось, что Америка не может вести даже «полвойны», поскольку не способна эффективно контролировать сравнительно небольшую по территории и населению страну (Ирак). Либо все ее наземные компоненты (сухопутные войска и морская пехота) будут задействованы в такой кампании, и следовательно, осуществлять какие-либо другие масштабные военные операции Пентагон не способен.
Кроме того, выявилось прямое противоречие между двумя важнейшими характеристиками компонентов вооруженных сил. «Легкие» части, обладающие высокой стратегической мобильностью, не могут вести боевые действия против по-настоящему сильной армии, а традиционные «тяжелые» соединения, как и 50 и даже 100 лет назад, перебрасываются на другой конец Земли (а сейчас США воюют почти исключительно в Азии) за недели и месяцы, что часто бывает неприемлемо долго. Наконец, современная военная техника стала слишком дорогой. В условиях экономического кризиса сохранение прежних оборонных расходов, превышающих аналогичные финансовые траты всех остальных стран мира вместе взятых, становятся для США непосильными.
Ко всему этому добавляется фактическое отсутствие союзников. Помимо Великобритании и, пожалуй, Австралии, по-настоящему воевать за интересы Вашингтона не готов никто.
События в Южной Осетии стали, пожалуй, самым ярким подтверждением того, что реальные возможности США сегодня крайне ограничены. Америка не смогла оказать Грузии – одному из своих важнейших «подопечных» – никакой помощи, кроме дипломатической риторики. И это очень сильный message для всех потенциальных друзей и врагов Америки. На него немедленно отреагировал Пхеньян, возобновив ядерную программу и заявив, что не откажется от нее даже в случае нормализации отношений с США.
Таким образом, через 17 лет после своей победы в холодной войне США потерпели серьезное поражение. По сути – от самих себя. И теперь надо вести совершенно новую политику, исходя из новых реалий. Которые состоят в том, что Америка больше не может действовать на международной арене в одиночку. Соответственно, перед Вашингтоном встает очень серьезный вопрос – кого брать в союзники.
ВЫБОРА НЕТ
Казалось бы, ответ очевиден – нынешних союзников, в первую очередь ЕС. Но, видимо, в США понимают, что это союзник не очень подходящий. В военно-политическом плане он почти ничего не может дать Вашингтону (по крайней мере того, чего Вашингтон не может сам). Военный потенциал Европы неуклонно снижается. Причем даже имеющиеся ограниченные возможности Брюссель (под Брюсселем здесь понимается ЕС, а не НАТО) стремится все чаще использовать без согласования с Вашингтоном.
Например, медленно, но уверенно идет строительство европейской армии. Причем эта армия будет скорее не классической армией, а «всемирным МЧС с полицейскими функциями». К тому же главная цель ее создания для Евросоюза – возможность ведения внешней политики, независимой от США. Таким образом, Европа для Америки сегодня практически бесполезна.
То же самое можно сказать и о Японии. Она уже 60 лет находится в сфере влияния США и не обладает какими-то специальными эксклюзивными возможностями, коих не имеет сама Америка.
В последние годы происходит очевидное форсированное сближение Вашингтона и Дели. Однако пока Индия не может претендовать на роль глобальной державы, она остается лишь региональным игроком, хотя и очень мощным. И еще не скоро дорастет до глобальных масштабов.
Рассматривать в качестве союзника Россию Америка, разумеется, не намерена. Дело тут не в риторике в стиле холодной войны, коей сегодня обмениваются Москва и Вашингтон – ее можно сменить за неделю. Причины иные. Реальные возможности «встающей с колен» России в действительности стремительно сокращаются (если не сказать – обнуляются). Это относится и к военной мощи , и к внешнеполитическому влиянию. Таковое Москва сейчас сохраняет лишь на постсоветском пространстве, причем и здесь оно отнюдь не увеличивается.
Поскольку для сегодняшней России единственным стилем диалога с соседями является грубое давление (газом и остатками военной силы), страны СНГ стремятся отходить от нас все дальше. Собственно, Содружество уже давно стало фикцией, никакой замены ему нет и не будет. Совершенно не дает Москве реальных дивидендов и заигрывание с врагами Вашингтона в дальнем зарубежье (Ираном, Венесуэлой, движением ХАМАС и т.п.). Соответственно, делить с РФ мир Америка не будет. Не потому, что она ненавидит Россию, а потому, что мы до этого не доросли и дорасти явно не способны.
В итоге остается Пекин.
ОПТИМАЛЬНЫЙ ПАРТНЕР
Наиболее принципиальный вопрос внешней политики США – что делать с Китаем? Отнестись к нему как к новому воплощению СССР и начать с ним холодную войну или дружить и делить сферы влияния?
Не надо забывать, что экономические отношения между Америкой и Советским Союзом находились на нуле, поэтому имело место военно-политическое противостояние в чистом виде. Взаимная экономическая зависимость США и КНР, наоборот, огромна, стороны способны ввергнуть друг друга в катастрофу. Китай Соединенные Штаты – путем сброса американских долговых обязательств. Соединенные Штаты Китай – путем отказа от импорта ширпотреба из Поднебесной.
Уже поэтому возможность жесткой конфронтации снижается. И, напротив, возрастает возможность сотрудничества. Вплоть до дележа мира. Потому что сегодня только Пекин и хочет, и может делить его с Америкой в глобальном масштабе. Более того, внешняя экспансия является для Китая жизненной необходимостью. В свою очередь, в Вашингтоне могут решить, что «если процесс нельзя остановить, его нужно возглавить».
Основой для сближения США и КНР, по мысли Бжезинского, должна стать декларируемая официальным Пекином концепция «мирного возвышения» Китая. Данная концепция, по-видимому, представляет собой не более чем откровенную пропаганду. От рекламы «экономического чуда» Поднебесная переходит к пропаганде «гармоничного общества» и «устойчивого развития». Она создает образ сильной миролюбивой страны, готовой делиться своим процветанием с другими. Хотя на самом деле преследует свои интересы, а не интересы всего мира. Однако иногда в такую пропаганду удобнее поверить, точнее – сделать вид, что в нее веришь.
Тем более что Китай уже достаточно давно провозгласил свои отношения с США «приоритетом приоритетов». По сути, он первым предложил Вашингтону начать делить мир, признав для этого друг друга полностью равноправными партнерами и наиболее мощными и влиятельными странами планеты. Идеологическую конфронтацию Пекин предлагает отбросить.
Пока Штаты носились с иллюзией своей исключительности, они игнорировали подобные предложения. Теперь, однако, времена изменились. Пекин может оказаться для Вашингтона оптимальным соучастником в дележе земного шара.
ВПОЛНЕ ПРИЕМЛЕМАЯ ЖЕРТВА
Для России подобное развитие событий для начала станет шоком, хотя удивляться, вообще-то, нечему. Сегодняшние отношения между РФ и КНР принято характеризовать как «стратегическое партнерство», то есть как некие специальные, эксклюзивные отношения между двумя великими державами. Однако данная эксклюзивность не имеет реального наполнения.
Ведь даже на официальном уровне описание российско-китайского «партнерства» сводится к набору внешнеполитических проблем, сотрудничество по большинству из которых самоочевидно и никакой исключительности не несет (типа борьбы с международным терроризмом и распространением наркотиков). Обе страны фактически «разыгрывают карту друг друга» против США, и при этом и для Москвы, и для Пекина отношения с Вашингтоном важнее, чем между собой.
Между тем Пекин весьма активно и с выгодой для себя использует конфронтационную риторику Москвы в отношениях с Вашингтоном, сам оставаясь «в тени». Китай в большинстве случаев поддерживает позицию России в Совбезе ООН, если она накладывает вето на резолюции, выдвигаемые США, но никогда не противостоит Вашингтону в одиночку, если Москва отказывается от противостояния. Здесь можно вспомнить события весны 2003 года, когда Россия, Франция и Германия активно выступали против вторжения США в Ирак, Китай же дал понять Вашингтону, что, на словах также выступая против американской операции, при голосовании воздержится. В результате в известной формуле Райс «Россию простить, Германию игнорировать, Францию наказать» Китай вообще не был упомянут.
Весьма показательно отношение Пекина к Грузии, которую Москва в последние годы рассматривает как чуть ли не главного противника. Так, в апреле 2006 года успешно прошел визит Саакашвили в КНР. При этом Ху Цзиньтао заявил, что Китай «понимает и поддерживает Грузию в важных вопросах, затрагивающих государственную независимость, суверенитет, территориальную целостность». А в дни августовской войны Пекин, по сути, занял нейтральную позицию, заявив о необходимости решения всех вопросов мирным путем.
Впрочем, подобные внешнеполитические нюансы – просто мелкие неприятности, общая перспектива для Москвы гораздо хуже. Если Вашингтон и Пекин действительно начнут делить мир, то Россия (точнее, ее азиатская часть) будет отдана в сферу влияния Китая, который начнет ее активное «освоение» всеми возможными методами. Для США подобный вариант представляется абсолютно естественным.
Азиатская часть России является наиболее естественным направлением экспансии Китая. На гигантской почти пустой территории находится огромное количество природных ресурсов, столь необходимых КНР. Вашингтон с удовольствием отдаст Пекину то, что ему до зарезу нужно, при этом Америке все равно не принадлежит. «Переваривание» такого огромного куска, как российские зауральские территории, отнимет у Китая много времени и сил. Заведомо будет в этом случае во всех аспектах обезврежена Россия. Соответственно, в других частях планеты активность Поднебесной автоматически снизится, а активность России окончательно обнулится, позволив Вашингтону вздохнуть гораздо свободнее.
Возможно, Америка также даст понять Китаю, что не будет возражать, если он аннексирует Северную Корею, навсегда лишив Вашингтон головной боли по поводу ее непредсказуемого режима с ядерными амбициями. Также в сферу влияния Пекина почти наверняка попадет континентальная часть Юго-Восточной Азии. На нынешнем этапе для Китая этого будет вполне достаточно. А для Америки – вполне приемлемая жертва.
Александр Храмчихин — заведующий аналитическим отделом Института политического и военного анализа.
