Сказать, что первый тур выборов президента Украины стал сенсационным – означает не замечать той реальности, которая сложилась в стране за несколько последних месяцев.
Точнее, после того, как принадлежащий олигарху Игорю Коломойскому телеканал «1+1» в новогоднюю ночь передал вместо обращения президента Украины Петра Порошенко выступление одного из своих самых популярных резидентов, шоумена Владимира Зеленского. А Зеленский заявил о своей готовности баллотироваться на пост президента страны. Уже через несколько недель, если не дней, Зеленский поднялся на первую строку в рейтингах претендентов на пост главы государства, да так и оставался на этом первом месте до самого дня голосования.
Украинцы, изумляющиеся этому феномену (как впрочем, и наблюдатели из других стран, которые считают, что политика в этой стране совершает крутой поворот), просто не хотят вспомнить, как избиратели голосовали раньше. Я бы сказал, главный феномен – это не Зеленский, а то, что украинский избиратель не меняется вот уже два с половиной десятилетия. Он традиционно голосует не за менеджера, не за политического лидера, а за волшебника – и уже через год-полтора, убедившись, что никакой волшебной палочки у его кумира нет, разочаровывается в этом выборе и начинает винить за него, разумеется, не себя, а своего избранника .
За 28 лет новейшей политической истории Украины только одному ее президенту, Леониду Кучме, удалось переизбраться на второй срок, прошедший, правда, в обстановке бесконечных скандалов и завершившийся Майданом 2004 года. Но сейчас мало кто помнит, что именно Кучма, также неожиданно для многих выигравший выборы 1998 года у Леонида Кравчука, был первым украинским «президентом больших надежд». И у этого первого «президента надежд» тоже не было ни политической партии, ни поддержки истеблишмента, а были разве что российские телеканалы и «молодые хлопцы», с помощью которых Кучма собирался управлять страной. Хотя когда он стал президентом, оказалось, что элита успешно интегрировалась в новую вертикаль и «молодые хлопцы» были ей не помехой, напротив, стали ее частью. В том, что главным публичным советником Владимира Зеленского оказался политтехнолог Дмитрий Разумков, сын безвременно скончавшегося первого помощника Кучмы Александра Разумкова, есть некая очевидная преемственность.
Следующим украинским президентом надежд был кумир «оранжевого Майдана» Виктор Ющенко. Несмотря на то, что его правление было отмечено, пожалуй, пиком украинского благосостояния, а до избрания главой государства Ющенко был успешным главой Национгального банка и премьер-министром, баллотируясь на второй срок, он не попал даже во второй тур выборов. Зато триумф ожидал его вечного оппонента Виктора Януковича, президента надежд украинского востока, правление которого завершилось Майданом 2013-2014 годов.
Владимир Зеленский – Кучма, Ющенко и Порошенко-2019, кандидат надежд в чистом виде
Пётр Порошенко, которого до Майдана даже не включали в президентские рейтинги, а после Майдана считали наиболее вероятным претендентом на должность мэра Киева, тоже оказался президентом надежд. Надежд на то, что будет восстановлена легитимность президентской должности, что окончится война, что удастся вернуть захваченные территории. Украинцы именно поэтому голосовали за умеренного политика, дипломата и бизнесмена, ведь тот Порошенко, которого мы знаем сегодня, появился только после того, как стала очевидная невозможность договоренностей с Москвой. И, кстати, у нового главы государства, вечного одиночки, тоже не было ни влиятельной политической партии, ни даже команды, всё это появилось после, а не до его победы.
В этом смысле Владимир Зеленский – Кучма, Ющенко и Порошенко-2019, кандидат надежд в чистом виде. Если у претендентов в прошлые годы была политическая биография (впрочем, честно говоря, избиратель мало о ней задумывался, сторонников Кучмы не пугало, что он был премьером у Кравчука, сторонников Ющенко то, что он был премьером у Кучмы, сторонников Януковича не отталкивали его отсидки, а сторонников Порошенко, что он был министром у Януковича), то относительно Зеленского можно ничего не помнить, потому что помнить нечего. Можно придумать всё, что душе угодно. Можно надеяться и верить. Именно поэтому Зеленский все эти месяцы был на первом месте, а опытные Петр Порошенко и Юлия Тимошенко боролись между собой за второе.
Что будет дальше, предсказать не так уж сложно. Порошенко (или Юлии Тимошенко, если во втором туре окажется все же не президент, а лидер «Батькивщины») удастся вырвать у Зеленского победу во втором туре выборов только в случае максимальной консолидации национал-демократического электората – и, разумеется, при условии, что этот электорат поверит в непатриотичность Зеленского и будет считать его избрание угрозой для будущего Украины. И что этого электората хватит для победы. И потом, после второго тура, проигравший постарается взять реванш уже на парламентских выборах, так что борьба только начинается, её главные события ещё впереди.
Уже в ночь после первого тура выборов Зеленский, еще недавно обещавший опуститься перед Владимиром Путиным на колени ради прекращения конфликта, сообщил, что встретится с российским президентом только после возвращения оккупированных территорий – и только для того, чтобы потребовать компенсацию за оккупацию Крыма и Донбасса. Такого заявления от Зеленского нельзя было ожидать еще 30 марта. Но 31 марта он, вероятно, почувствовал, что может вскоре стать президентом Украины, Украины, а не какой-то другой страны.
И если в результате своего неожиданного успеха Зеленский в один прекрасный день окажется в кабинете, который сейчас занимает Порошенко, то может случиться так, что уже через пару недель он примется с выражением зачитывать стране речи о войне, оккупантах и своей церкви. И в этом тоже не будет ничего нового. Потому что Кравчук быстро овладел риторикой своего конкурента из «Руха» Вячеслава Черновола, Кучма написал книгу с «кравчуковским» названием «Украина – не Россия», Ющенко пытался ладить с олигархами, как Кучма, а Порошенко стал таким же символом национал-демократии в политике, как Ющенко.
И только Янукович, надо отдать ему должное, никому не подражал и ни с кем не ладил. И очутился в Ростове.
