В одном из предыдущих выпусков в комментариях сокрушались, что во «Вьетнаме» стало больше политики и меньше о войне в Украине. Вообще это неплохо, нет? Когда можно обсудить виды на санкции и поставки техники от партнёров, а не 30 погибших в сутки, как в 2014-2015 году.
К этому, по-моему, мы и шли, когда подписывали в Минске перемирие, несли политические и финансовые издержки от риторики про то, что нашим не дают приказ на ответный огонь и голые босые мальчики терпят обстрелы. И теперь, когда постоянный представитель при ОБСЕ от РФ катает истерики, что Украина накапливает на Донбассе «Ураганы», тяжёлую артиллерию, «Буки» и «С-300», а новых ПТРК у нас уже больше, чем РФ поставила в «республики» БТТ, люди сокрушаются, что в новостном выпуске про войну мало боевых действий. Ну что, возможно в свете происходящих событий у нас всех будет повод исправиться. Правда, не знаю, понравится ли вам это…
Хотя столкновения, конечно, продолжаются — они будут продолжаться, пока стороны будут в прямой видимости, так было на любой войне, и наша — не исключение. Просто каждый выпуск нашего обзора начала месяца касается политики, экономики и дипломатии — пора бы уже привыкнуть за многие месяцы. Пляски вокруг трубы, через которую будет продаваться газ в Европу, договоры о диверсификации импорта энергоносителей и топливных сборок, заявления о расширении британской миссии и канадское летальное оружие говорят о нашем конфликте не менее точно, чем сводки с фронта. А бои идут, да, они никуда не делись — легла «зелёнка», стало труднее работать в серой зоне, труднее снабжать передок «с колёс» на последнем километре из-за беспилотников, но это не мешает сторонам время от времени достаточно жестко наваливать из крупного калибра, не говоря уже о стрелковке. Демилитаризованная зона, прекращение огня и развод передовых частей за линию, из-за которой физически невозможно применять личное оружие — единственная рабочая методика (исключая бомбардировки с целью усадить за стол переговоров и поражение до капитуляции), отработанная человечеством, чтобы прекратить войну.
Потери у 10 ОГШБр — часть заступила по ротации в районе Бахмутской трассы, в секторе идёт возня с начала лета за посты и секреты вдоль дороги, там складки местности, высоты, достаточно тяжёлая обстановка для создания единой «полосы обеспечения». Близ Новотошковского 17 ноября приход мины в блиндаж с убитым на месте солдатом, чуть дальше у Крымского ещё 9 ноября тяжёлый встречный бой с двумя павшими из маневренной группы во время выдвижения на помощь. Кроме того, есть у «десятки» небоевая утрата — скончался от сердечного приступа начальник разведки 8-го батальона бригады майор Кузнецов. На Светлодарской дуге также время от времени становится громко, у ВСУ там 72-я ОМБр — в результате контрснайперских мероприятий на нейтралке (выдвижение снайперской пары и группы прикрытия) на фугасе подорвались два человека, включая прикомандированного сержанта снайпера, были раненые. Это уже второй эпизод гибели прикомандированного за месяц (у 28-й бригады) — всё чаще мотивированные бойцы с ротаций по командировке прибывают в красную зону, чтобы закрыть некомплект у сменщиков, выполнить узкие задачи по ВУС или банально получить доплаты за боевые. Ничего необычного — россияне в обеих чеченских кампаниях и американцы в Ираке тоже прошли по этому пути. Тот же погибший у 72-й, с опытом службы в 81 аэромобильной, после канадские и литовские курсы снайперов, инструктор в 169 НВЦ — штучный профи, неоднократно работающий «по специальности» в командировках. У противника были подтверждённые «двухсотые» и тяжелораненые в полосе Спартак — Жабуньки — «Промка», подрыв на севере, погибший близ Коминтерново и боец, ликвидированный снайпером у Горловки. Позиционная кампания в плане потерь не щадит ни одну из сторон, невзирая на опыт и срок службы.
В целом сохраняется та же позиционная активность на тактическом поле боя — взвод-рота. Выдвижение на инженерно подготовленные позиции, беспокоящий огонь, чаще с наступлением темноты. Дальше по вскрытым огневым точкам включаются снайпера, как на той неделе под Станицей Луганской и в Приморье, или начинается массированное применение АГС и станковых гранатомётов в надежде поразить выдвигающееся подкрепление. То, что происходит в ООС в преддверии которой уже зимы, можно назвать одним словом — столкновение за нейтральную полосу. Где получится комфортно сблизиться с противником, заставив секреты и разведку укрыться за линией ОП, там начнутся полёты ПТУР по автомобилям сменщиков и снабжения, корректировка миномётов, нападения с кинжальной дистанции и забрасывания гранатами блиндажей штурмовыми группами в маскхалатах, снайперский террор.
На тех участках, где позиции сторон находятся на 400-700 метров, идёт тягучая «окопная война» с оглядкой на новые технологии — засветка матриц тепловизоров и ослепление лазерным оружием наблюдателей, вылетами БПЛА с самодельными взрывными устройствами, беспокоящий миномётный огонь, по которому уже можно сверять часы, и короткие (до десяти снарядов) налёты 122-мм артиллерии с корректировкой с воздуха после доразведки. В местах продвижения ВСУ у Золотого, на Бахмутке, у Горловки боевики продолжают шатать линию боевого соприкосновения, чтобы не давать укрепляться нашим подразделениям — опять же, не стесняясь эпизодически применять тяжёлое вооружение. За эти месяцы реально было выучить географию конфликта и происходящее там, как перед экзаменом в школе — если Крымское, то были приходы миномётов, если Станица, то стрелковое и гранатомёты, Зайцево, сжатое с трёх сторон, посыпают и тем, и другим, на ЯБП эпизодами грохочет артиллерия. По поводу продвижения у Рассадок — это село буквально с несколькими уцелевшими домами, остальное мёртвые коробки и фундаменты. Но его близость к Санжаровке, удобное расположение вдоль дороги за балкой и несколько стычек с обстрелами из руин стали причиной зачистки. Будут ли удерживать Рассадки и обустраивать там полноценный ВОП — это вопрос к задачам, нарезаемым 72-й ОМБр, – я бы не был уверен, что это необходимо в виду двух господствующих высот. Тем не менее, противник хоть и пытается проявлять активность, но не спешит занимать посёлки в серой зоне, растягивая свои коммуникации — по-прежнему упор у них на редкую цепочку укреплений, выдвижение резервов из глубины и работу артиллерии из жилых кварталов.
Где-то в РФ испытывают жёсткие боли от расширения мандата ОЗХО, а российские правки посланы за горбатую гору. Поэтому «говорящие головы» в ЛДНР, привычно уже на фоне пятилетнего приготовления ВСУ к внезапному наступлению, начали видеть английских и польских специалистов, готовящих химические провокации — негров на БТР и снайперов из Варшавы уже мало, чтобы разжечь истерию «в республиках».
По поводу инцидента с проходом через пролив, погоней, обстрелом, захватом трёх наших судов и 23 моряков. Скорее всего, выйдет специальная статья по этому поводу. Вне зависимости от того, приняла бы ли Рада военное положение или нет, атака ВМСУ невзирая на договор от 2003 года — это следующая ступень эскалации. Для страны, которая критично зависит от морской торговли, причём и экспорта металла и зерна, и импорта удобрений, лёгкой промышленности любое нападение на суда — красная черта. Самые жёсткие меры здесь не будут недостаточными. Касаемо самого задержания и ранения наших моряков, включая офицера — классическая специальная операция, когда ущерб от неё для репутации выше, чем непосредственный военный ущерб. Поверьте, с военной точки зрения падение Нового терминала — это зона ответственности роты (притом, что полная рота в терминале была не всегда), а история с Савченко — это история пленного бойца добровольческого батальона, но круги на воде от этих моментов были куда ярче, чем само событие. Тем более, уже пошла риторика о 12-мильной зоне вокруг Крыма и нейтральных водах, в которых были атакованы катера, хотя по всем международным законам на нас напали в украинских водах, в украинской исключительной экономической зоне. На «Бердянске» одиночное попадание 30-мм снаряда из АК-630, в рубку. Большая часть экипажа, скорее всего, была ранена обломками корпуса. Нет разбитого моторного отделения и кормы между рулём и винтовой группой, значит, после обстрела корабли взяли высадкой призовой команды.
На передаваемых союзниками «Айлендах» нет ни ПТУР, ни АГС, а только 25-мм орудие и «Браунинги» — они будут здесь не ранее, чем через год, и где гарантии, что когда дело дойдёт до контакта, всё не закончится историями, что россиян было больше. «Сагайдачный» готовится к ремонту и модернизации, ракетный катер «Прилуки» проходит ремонт и модернизацию. Продолжать я не буду — умному достаточно. Вне зависимости от того, будет ли принято военное положение или нет, нас ждёт длительная работа над ошибками в плане ВМС — всё ещё слишком мало средств, судов, подготовки персонала и инфраструктуры на побережье в сотни миль. Россияне атакуют нас — потому что могут, потому что эффект на потраченное топливо и повреждения у ПСКР «Изумруд» в рамках специальной операции в разы больший. До тех пор пока они не начнут получать отпор на море так же, как и на суше, — провокации продолжатся. Если вспомнить, что 6 МБАК и 2 «Кентавра» на ходовых испытаниях мы строили больше 5 лет, то у Украины нет возможности ждать ещё 5, чтобы принимать на них призовые команды.
Любая война — стычка на тактическом поле боя. В итоге всегда несколько солдат или моряков стреляет в несколько солдат или моряков с другой стороны. Готовность применять вооружение, несмотря на преимущество у противника в воздухе, живой силе или технике — азы, без которых ничего не будет. Были залёты у всех крупных стран, включая захват «Пуэбло» или сдачу катеров американцев Ирану. Не всегда следовали кадровые решения, но организационные всегда. 40- миллионная страна не может бесконечно уповать на санкции, патрулирование мифическими британскими или натовскими кораблями. Да, урон незначительный и больше пострадало самолюбие, да, агрессор подвергнется дополнительному давлению. Но это не решает проблему 1700 км побережья, шельфа и захвата судов наших ВМС. Это тот экзамен, который Украина должна сдать сама. Будут ли это облигации, рост военного налога и пересмотр бюджета на постройку кораблей и НИОКР, кадровые перестановки, закупка судов и интенсивная подготовка кадров за границей — но это то, что необходимо сделать в самые сжатые сроки. В стране, зависящей от вывоза сырья морем, не получится петь и маршировать с флагом в случае атаки наших судов. Решение СНБО прозвучало. Несмотря на дикий цирк в Верховной Раде и шоу популизма с блокадой трибун, принято военное положение сроком на 30 суток в 10 областях. Украина продолжает войну за независимость, отражая агрессию РФ.
Оставайтесь на связи и оставайтесь с нами. Мы победим.
