После оглашения предварительных результатов комиссии по расследованию гибели малазийского авиалайнера, известного теперь как рейс «МН-17», стал очевиден основной расклад этой драмы.
Российская ракета, российская пусковая установка, российский экипаж и не просто «добровольцы», а штатный расчет Бука из 53-й бригады ПВО ВС РФ. С этого момента все влажные фантазии, которые поочередно излагали «эксперты» и «специалисты» из РФ о штурмовиках, украинских ракетах и прочем бреде, включая знаменитые отфотошопленные «спутниковые снимки», ушли в корзину как аргументы и остались – как элемент несмываемого позора. В любом случае, для Москвы началась новая реальность. Там прекрасно понимают, что отвертеться от клейма «террорист» уже не удастся, как не удастся перевести стрелки на ВСУ. Этот номер уже не пройдет просто технически. Комиссия навсегда закрыла подобные варианты. А как мы можем вспомнить, у Москвы других никогда и не было.
Складывается впечатление, что о варианте «Б» там просто никто не думал и была уверенность в том, что шикарный «занос» решит все вопросы в данной комиссии. Кстати, там были все основания полагать, что подобная схема сработает. Для этого достаточно вспомнить пару довольно свежих случаев. Первый из них касается сбитого над Черным морем самолета с гражданами Израиля. Математика говорит о том, что тем оружием и в том месте, где все произошло, самолет мог сбить только российский комплекс ПВО, но красивый «занос» решил этот вопрос и руководство Украины взяло этот инцидент на себя. Реципиенты этой операции стали богаче, а пятно на Украине их не волновало вообще.
Зато сейчас главный реципиент ходит по телеканалам и что-то такое рассказывает о судьбе и интересах Украины. Мало того, он ведет переговоры о войне на Донбассе именно с той стороной, с которой был разыгран этот самый преферанс со сбитым самолетом. Пусть у него и нет особого статуса и его подпись легко приравнивается к надписи из трех букв на заборе, но он уже обозначил свой подход к интересам Украины, в плане условий, которые помогут ем слить эти интересы, не моргнув ни единым местом своего организма.
Второй вариант сработал с погибшим правительственным самолетом Республики Польша. Тогда, в 2010 году, когда под Смоленском разбился самолет и погибло все высшее руководство Польши, все расследование было проведено российской стороной. Хотя, в случае катастрофы, работает следственная комиссия, в состав которой входят специалисты из страны изготовителя самолета, страны, где произошла катастрофа, страны, чьи граждане были на борту и страны, в чьей собственности был самолет. То есть, по 2 из 4 позиций Польша обязана была выставить свою бригаду следователей, а с учетом того, кто погиб вместе с этим самолетом, то должны были присутствовать специалисты из международных авиационных организаций. Но ничего этого не произошло и по неизвестной формально, но достаточно прозрачно просматриваемой причине, все сделали россияне. Как они все это сделали, начинает проясняться только сейчас. Выводы россиян скорее касались крушения межгаллактического крейсера мембарцев, чем этого конкретного самолета.
Что характерно, российские «эксперты и следователи» давно имеют репутацию профессиональных фальсификаторов, хоть и не высокого уровня. Будь это иначе, то все их долгое и нудное расследование обстоятельств гибели детей и их родителей в школе Беслана, не развалилось бы в ЕСПЧ, который не просто слил в унитаз выводы россиян, но и прямо указал на лиц, виновных в трагедии. Но в РФ эти лица получили награды, продвижение по службе и другие ништяки. Это значит, что заказ был с самого верху, ибо после решения ЕСПЧ должны были последовать массовые аресты как среди военных, так и среди следователей, экспертов и прочих деятелей, которые сфальсифицировали материалы следствия. И вот таким аферистам поляки доверили расследование обстоятельств гибели собственного президента и других членов правительства. В таком случае приходится вспоминать цитаты классиков о том, что «Если звезды зажигаются, то это кому-нибудь нужно». Видимо и в Польше у кого-то в кармане хорошо зажглось.
Исходя из этого, можно примерно вычислить ход мыслей Путина и его близкого окружения, с которым можно обсуждать, как приструнить Скрипалей, за сколько купить Януковича или кому заткнуть рот по поводу собственного косяка с терактом. Речь в принципе не шла о том, что денег не возьмут и не сольют расследование. Скорее всего, там обсуждался размер гонорара и через кого его запустить. Причем, размер вознаграждения в принципе мог быть любым и это Кремль не волновало. Понятно, что лишние отдавать не хочется, но то, что нельзя купить за большие деньги, можно купить за очень большие деньги. Путин – в курсе, у него с этим в Европе нет особых проблем. Другое дело, что все должно было пройти плавно и без лишней засветки, чтобы не подставиться как личный друг Путина Коля Саркози. Но и тут все выглядело надежно, ибо если агентура не сможет красиво подобраться к членам комиссии, чтобы договориться, то всегда есть личный друг Герхард, которого хорошо знают в Европе и который сам знает очень многих и уж он-то найдет через кого сделать «занос», хоть и с надбавкой за «элегантность». По этой причине никто и не вкладывался в разработку резервного варианта, если основной даст осечку.
Однако, что-то там не сложилось и занос не состоялся, а выводы комиссии стали крайне тревожными, ибо их последствия еще только начинают набирать силу, а когда маховик раскрутится, то уже будет поздно пить «Боржом».
Так вот, именно в тот день, когда был опубликован доклад комиссии, мы стали внимательно всматриваться в поплавок. Было бы удивительно, что в Кремле не кинутся разрабатывать этот самый запасной вариант, но уже в режиме форс-мажора. Поскольку долгое время демонстрировался упор на основной вариант (сбил украинский штурмовик, под крылом которого был привязан украинский же ЗРК «Бук» с украинскими ракетами), то переход на второй вариант должен быть плавным, но решительным, ибо военные преступления, коим является данный случай, не имеют срока давности и всегда заканчиваются печально.
В общем, второй вариант должен всплыть не в виде единоразовой акции, а постепенно, дозированно. Там что-то сказано, сям – что-то намекнули и вот уже публика готова к принятию того самого второго варианта, который Кремль оседлает, когда все будут готовы это принять.
И вот, поплавок дернулся. Началась начальная фаза отыгрыша второго варианта. Пока это совсем незаметные подачи, которые могут перерасти в полноценную версию, составленную в недрах Кремля, с целью ухода от наказания за терроризм.
Сразу несколько кремлевских рупоров, для виду – бьющих себя пяткой в грудь под видов российских оппозиционеров, синхронно, как это всегда у них бывает, пришли к одной и той же мысли, которая их не посещала ни в прошлом, ни в позапрошлом году, в этот самый день. Они вспомнили случай аж четырехлетней давности о, якобы, бомбардировке ВВС Украины здания Луганской областной администрации. В данном случае – не важно, что там происходило на самом деле. Важно то, что об этом вспомнили сейчас и преподают именно в таком виде.
Еще раз, налицо синхронность подачи и абсолютная индифферентность к этой теме в прошлые годы. Это значит, что «оппозиционеры» централизованно получили задачу на акцентировании внимания на тех событиях. По логике вещей, чуть позже будут воспоминания еще о каких-то налетах на «мирных граждан» и объекты гражданской инфраструктуры.
Это должно подготовить почву к тому, что кто-то из военных или политических деятелей примет огонь на себя и заявит о том, что он лично, без согласования с Владимвладимычем, отправил Бук в Донецкую область, чтобы защитить мирных и беззащитных шахтеров, от постоянных налетов злобных бандеровцев. К тому времени публика уже будет иметь на задворках памяти информацию об этих налетах и воспримет это с сочувствием. Наверное, к этому мероприятию постепенно подключатся и СМИ, где какой-нибудь Сладков будет рассказывать о том, как люто бомбила украинская авиация грустный и мирный Донецк и Луганск. Конечно, про Сирию он там ничего не расскажет и про Чечню – тоже, но это уже никому не интересно.
