Командир отделения спецназа самопровозглашенной ДНР россиянин Дмитрий Сапожников рассказал Би-би-си ранее неизвестные подробности боев за Дебальцево. По его словам, операцией руководили кадровые российские офицеры, включая генералов.
Дмитрий Сапожников говорит, что участвовал в боях близ Донецка с октября 2014 года
Дмитрий Сапожников родился и вырос в Санкт-Петербурге. В 16 лет он вступил в российское монархическое движение, затем окончил юридический факультут СПбГУ, но всегда хотел заниматься политикой. По его словам, сейчас он является главой Петербургского отделения Монархической партии России. В 2007 году, по данным газеты "Деловой Петербург", основал компанию "Архангельский строительный лес", занимающуюся строительством деревянных домов, в которой уже через пару лет работали несколько десятков человек. Однако бизнес для него был занятием не желанным, а скорее вынужденным: "бизнес для меня, на самом деле, как купечество такое — купи, продай… – такое довольно низкое занятие… пришлось заняться".
В октябре 2014 года Дмитрий решил поехать на юго-восток Украины — по его собственным словам, чтобы "защитить русских людей". Дмитрий рассказал Би-би-си, что он командовал отделением спецназа самопровозглашенной "Донецкой Народной Республики" (сейчас находится в отпуске дома в Санкт-Петербурге) и принимал участие в боях за донецкий аэропорт и Дебальцево.
По сообщениям представителей ДНР, именно спецназ самопровозглашенной "республики" замкнул во второй половине февраля горловину "Дебальцевского котла". По словам Дмитрия, его подразделение находилось в готовности к возможному наступлению на Мариуполь на момент его нахождения на юго-востоке Украины. Интервью было взято по скайпу две недели назад. Последние два вопроса были заданы Дмитрию лично, когда он вернулся в Санкт-Петербург.
— Дмитрий, насколько эффективно, на ваш взгляд, добровольческие батальоны и регулярные части Вооруженных сил Украины могут дать отпор на мариупольском направлении? Или, как только будет приказ, штурм будет успешным и достаточно быстрым?
Д.С.: Открою вам небольшую тайну. Вот, например, Дебальцево. В начале февраля мы приехали туда, базировались в Углегорске, на тяжелой технике выдвигались на свои позиции. Мы прокладывали эту дорогу к Логвиново. Но нас взяли в кольцо. Там было очень много противостоящих нам украинских военных. Но в итоге мы прорвались, взяли это "горлышко" в Логвиново, потому что в течение 3-5 дней приехали на помощь наши танки. Это российская армия, буряты. Благодаря им, благодаря этой тяжелой технике и взяли Дебальцево.
Со стороны ЛНР заходили танки и российские подразделения… Но я думаю, это уже не секрет, это все уже признают, и россияне признают. Я смотрю, и в интернете очень много информации: признали то, что российские служат, их частей очень много. То есть, в принципе, я сейчас не говорю это как секретную информацию. Это уже знают все. (После возвращения в Санкт-Петербург Дмитрий был очень удивлен низкой информированностью жителей города об участии российских военных в боях на юго-востоке Украины — ред.).
И благодаря российским подразделениям позиции удается быстро брать. Около Дебальцева мы сами стояли и думали: ну вот, будем еще месяц здесь в "котле" их держать, мурыжить… А в итоге взяли в течение трех дней. (Россия последовательно отрицает участие в конфликте на востоке Украины и оказание помощи сепаратистам. Более подробно точка зрения России изложена в конце статьи — ред.).
— Правильно ли мы понимаем вашу мысль, что помощь российских военных во время таких операций была фактически решающей?
Д.С.: Конечно. Российские генералы, российские полковники. Они все решали.
"Я думаю, есть секретный договор"
По словам Дмитрия, помощь российских танковых подразделений во время боев за Дебальцево была решающей
— И часто вам приходится координировать действия с регулярными российскими частями и российским командованием? И если да, то как происходит это взаимодействие?
Д.С.: Естественно, всеми операциями, особенно такими крупномасштабными, как "котлы", руководят российские военные, российские генералы. Они создают планы совместно с нашими командирами. Мне часто приходилось находиться при штабе, приезжать, докладывать какую-то информацию. И координация происходит у них довольно просто. Они вместе все это придумывают, вместе создают, а мы выполняем.
— А вы могли бы в таком случае назвать имена тех, кто руководил дебальцевской операцией со стороны российской армии?
Д.С.: Думаю, это вызовет шум в России, это ни к чему.
— Но вы действительно получаете прямые указания от российских военных?
Д.С.: При масштабных операциях да, а в обычное время нет. Допустим, во время боев за донецкий аэропорт и столкновений на "Спартаке" (село в Донецкой области Украины — ред.) мы получали приказы от Захарченко.
— Но ведь Россия до сих пор отказывается признавать, что в боях в Донбассе участвуют ее кадровые военные…
Д.С.: Да. Но я думаю, тут будет, как в истории с Крымом. Изначально все отрицали, что российские военные участвовали в присоединении Крыма. А сейчас, я смотрю, уже нет. Вот вышел документальный фильм: признание Путина, про Крым, как он сам спасал Януковича (речь идет о документальном фильме Андрея Кондрашова "Крым. Путь на Родину"). То же самое будет и здесь, я думаю. Мне вообще кажется, есть какой-нибудь секретный договор между Россией, Евросоюзом и США о том, что они друг друга не пытаются вычислить. Ведь если бы ЕС или США хотели уличить Россию в том, что ее подразделения находятся здесь, я думаю, это было бы легко сделать. Они просто взяли бы, сфотографировали технику и все. Но они этого не делают, закрывают глаза. А россияне, в свою очередь, закрывают глаза на присутствие американских и европейских военных с украинской стороны.
— А вы видели сами этих американцев и европейцев здесь? Много их?
Д.С.: Конечно. Когда брали Дебальцево, было взято в плен порядка 300 иностранных военных (проверить эту информацию не удалось — ред.). Американцы, европейцы. Большинство из них снайперы. Инструкторов очень много. У нас инструктора в основном российские военные, а у них, естественно, западные.
— Эти военные, которых вы взяли в плен, они вам что говорили? Что они добровольцы, или их брали прямо с документами, удостоверяющими личность военнослужащего?
Д.С.: Я лично с ними не общался, но говорили, что они профессионалы. Я думаю, у них нужные правовые акты уже оформлены, и они находятся здесь как представители частных военных компаний.
"Знали, на что шли"
В ходе одного из боев Сапожников получил легкую контузию и был направлен на лечение
— Вы говорите, что много общаетесь с российскими солдатами. Как у них настроение? Как они относятся к тому, что они осуществляют боевые действия на востоке Украины?
Д.С.:Здесь я встречал только российских контрактников. Под Дебальцево стояла бурятская часть, там были одни буряты. Они говорили, что все прекрасно знали, куда они едут, но официально говорилось: "Мы едем на учения". Рассказывали, что их перевозили ночью в вагонах, чтобы никто ничего не видел. И были, говорят, те, кто отказался ехать. Можно было спокойно сказать "нет". Но те, кто приехали, они приехали сюда добровольно и знали, на что идут.
— А как вы думаете, как долго еще продлится этот конфликт?
Д.С.: Все это будет идти до тех пор, пока Украина не "сдуется". Но к этому уже все идет. Сейчас я общаюсь с одной девушкой из Одессы. Она говорит, что у них хлеб сейчас подорожал до 30 гривен (по данным украинской службы Би-би-си, стоимость хлеба в Одессе составляет примерно от 7 до 10 гривен за буханку — ред.). Это ужасно! Неудивительно, что народ встает против. Будем ждать смены власти. По моему наблюдению, украинский народ в целом против войны. Но вот руководство Украины настроено на конфликт. Если будет смена власти, и Порошенко уйдет, то война и закончится. А вообще мы будем воевать, пока не освободим территорию Донбасса. Надеюсь, это случится уже в скором времени. Но я готов пробыть здесь год-два.
— Расскажите немного о себе.
Д.С.: Я учился в Санкт-Петербургском государственном университете. У меня была цель – заниматься политикой, стать депутатом. Все у меня в семье испокон веков были военными. Лет в 16 я вступил в Российское монархическое общественное движение. Сейчас официально я являюсь председателем регионального отделения Петербургского отделения Монархической партии России. Но с депутатством что-то не складывалось. И постепенно я стал больше внимания уделять бизнесу. Сначала я занимался ремонтом домов. Потом стали брать в работу уже жилые комплексы, потом перешли на строительство. А потом я начал заниматься пиломатериалами, строительством, лесом. А в октябре вот бросил все и поехал в Донбасс русских защищать.
— Можно ли было избежать этой войны?
Сапожников уже потерял несколько друзей в боях в Донбассе, но говорит, что готов пробыть там еще год
Д.С.: Я думаю, что если бы мы не вступились за ДНР и ЛНР и не забрали бы Крым, то в России была бы революция. Народ не понял бы, почему мы не защищаем своих людей. Это было бы предательством чистой воды. То, что Путин вступился за русских, – молодец, я считаю!
— В чем именно заключалось бы предательство?
Д.С.: До присоединения Крыма и выигрыша Олимпиады в Сочи у меня было такое… можно даже сказать – плохое отношение к Путину. Я больше склонялся к точке зрении оппозиции. И по политике, и по мировоззрениям. Сейчас я вижу, что Путин – это единственный человек, который держит вертикаль власти в порядке. И не было бы его, наверное, сейчас кто-нибудь вроде Немцова развалил бы страну. И это был бы, наверное, повтор 90-х.
— Что вы можете сказать людям, которые живут на Украине и хотят независимости и считают, что российский братский народ напал на них?
Д.С.: Такой вопрос надо было задавать, когда я был еще в Донецке. Находясь тут в Петербурге, даже необычно немножко (рассуждать об этом — ред.). Я уже отъехал. Они хотят независимости от кого? У них была эта независимость до Майдана. Мы разве вторгались на их территорию? Я и сейчас не считаю это вторжением. Аналогичная ситуация была в Первую мировую войну с Сербией и Черногорией. Тогда мы разве вторгались? Они нам благодарны были. И то же самое здесь. Мы заступились за свой братский народ, который был в опасности репрессий. Что, например, высказывалось тем же самым "Правым сектором" и правительством Турчинова? Что они хотели сделать с теми, кто будет против власти? Мы все прекрасно это помним.
Мне кажется, сейчас Украине нужно смотреть в другую сторону. Потому что они сейчас попали уже в вассальную зависимость от Европы и от США. Я думаю, что им стоит повернуться назад и понять, что у них и сейчас нет никакой независимости.
— Как вы думаете, почему Россия не говорит открыто о потерях российских граждан на юго-востоке Украины?
Д.С.: Когда я был там, я был уверен, что все знают о присутствии российских войск на территории Украины. Сейчас, зная, что ничего не знают, отвечать на этот вопрос сложно. Я думаю, что если высказываться напрямую о присутствии российских войск, о потерях, то это будет означать прямое вторжение в чужое государство. И, исходя из этого, может быть крупный резонанс на весь мир.
Почему Россия не говорит открыто о потерях? Почему не хоронит погибших российских солдат открыто и с почестями, вы спрашиваете? Я это сам не очень понимаю. Но я знаю, что все лечение и помощь осуществляется, оплачивается. Я сам лично знаком с такими ранеными. Они обслуживаются в госпитале. Они получают награды, поощрения. И в случае потери бойцов выплачиваются какие-то компенсации. То есть применяются те же самые действия, как если бы это была военная операция на территории Дагестана или Чечни, например.
Позиция Минобороны России
Министерство обороны России неоднократно комментировало заявления представителей США и Украины о возможном участии российских военных в конфликте на юго-востоке Украины.
"Мы уже перестали удивляться даже самым невероятным обвинениям, раздающимся в последние две недели от представителей Госдепартамента США и Пентагона, относительно вовлеченности подразделений российских войск в гражданскую войну на Украине. Начальник украинского генштаба генерал Виктор Муженко их там не видит. ОБСЕ не видит. Западные журналисты, работающие в ДНР и ЛНР, — не видят. А в Вашингтоне — все видят…" — заявил в марте официальный представитель Минобороны России генерал-майор Игорь Конашенков.
При этом, по его словам, "характерно, что по мере того, как начинает стабилизироваться обстановка на юго-востоке Украины, градус и периодичность подобных обвинений в адрес России резко возрастают".
"Объяснить, как или где якобы увидели подразделения российских вооруженных сил на Украине, ни генералы Филип Бридлав или Бен Ходжес, ни помощник госсекретаря Виктория Нуланд не могут. Но упрямо призывают всех ни в чем не сомневаться, как в песне "Ребята, надо просто верить в чудеса", — пошутил генерал.
Заместитель министра обороны России Николай Панков 11 марта сообщил, что учения и полевые занятия никоим образом не зависят от боевых действий на территории Украины, куда российские военнослужащие не направлялись и направляться не будут. По просьбе членов Совета при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека, Минобороны проверило данные о том, что 25 января 2015 года около 50 контрактников в/ч 10544 Мурманской области были направлены в командировку в Ростовскую область, во время которой, возможно, будут переходить границу с Украиной для выполнения боевых приказов.
Заместитель министра обороны России Николай Панков сообщил, что проверка не нашла подтверждений.
Би-би-си обратилась в Минобороны России с просьбой прокомментировать заявления Дмитрия Сапожникова.
Андрей Горянов, Ольга Ившина
