В 2012 году наступила двадцатая годовщина установления дипломатических отношений между Китаем и Украиной. Несмотря на то, что между двумя этими странами установлены отношения стратегического партнерства и сотрудничества, знаменательная дата почти никак не отмечалась. Обе стороны будто бы стараются замалчивать успехи в рамках военно-промышленного сотрудничества, ни единым словом не вспоминая о своих торговых отношениях в военном секторе. В действительности же Китай — наиболее крупный потребитель продукции украинского ВПК. Более того, Украина надеется, что после 2013 года Китай станет ее наиболее крупным партнером в сфере военных технологий.
Аналитики отмечают, что Украина уже продала Китаю около 30 военных технологий, в том числе касающихся ключевых элементов оборудования и техники. Это разработки, связанные с конструированием крупных транспортников, а также технологии, используемые в двигательных установках авианосцев и крупных кораблей, в танковых двигателях, ракетах класса «воздух-воздух». Некоторые иностранные СМИ даже доходят до того, что заявляют: «Своими военными успехами Китай обязан Украине».
За 20 лет Китай получил от Украины почти все необходимые ему технологии. Однако даже несмотря на то, что в общем и целом в ВПК Украины осталось мало интересного для Китая, в отдельных областях КНР будет продолжать укреплять сотрудничество двух стран.
Сотрудничество Китая и Украины в военной сфере активизировалось после развала Советского Союза. В то время ситуация в бывших советских республиках была неспокойной, люди пребывали в тревоге, заводы и структуры советского периода закрывались, многие специалисты военного профиля и профессора потеряли работу, стали испытывать нехватку средств. Особенно сильно это проявилось в передовых отраслях. Множество первоклассных специалистов оказалось на грани нищеты. В этой ситуации такие страны, как Америка, Германия, Израиль, Южная Корея и Сингапур, стали вновь и вновь отправлять своих людей в Россию и на Украину, чтобы завлечь к себе советских специалистов щедрыми контрактами.
Чрезвычайно эффективной оказалась южнокорейская программа поиска кадров. Украинскому специалисту было достаточно обратиться в корейское посольство, и ему уже предоставляли визу, билеты на самолет и зарплату за один месяц. Уровень зарплаты разнился в зависимости от квалификации и полезности работника: у среднего специалиста 1500-2000 долларов в месяц, у известного — 3000-4000 долларов.
Китай также вступил в борьбу за талантливые кадры, используя примерно ту же тактику, что и Южная Корея. Благодаря опыту дружественных контактов Китая и СССР, нам удалось через научное взаимодействие и личные дружественные связи пригласить к себе немало выдающихся специалистов и ученых.
В этот благоприятный период Китай действовал очень решительно, взяв прицел на ключевые технологии военно-промышленного сектора. Посредством личных связей нам удалось осуществить передачу важных технологических достижений в Китай. Эксперт по военно-морскому флоту Ли Цзе так описывает работу китайских представителей в то время: нужно было неделю добираться на поезде, ехали из Манчжурии через Сибирь и Москву, потом уже попадали в такие страны СНГ, как Украина. Там выясняли обстановку, сходились с людьми, очень быстро разбирались в том, в каких технологических направлениях можно развернуть сотрудничество. После этого мгновенно набирали большую группу украинских экспертов, везли их в КНР и уже там вводили в конкретные проекты.
На тот момент в Китае было некоторое отставание в плане базовых технологий, технологическое взаимодействие только-только начали разворачивать, и масштаб подобного взаимодействия был невелик. Впоследствии Пекин в обмен на продукты легкой промышленности получил в свое распоряжение передовое оборудование, в страну начали стекаться украинские специалисты. Это были в основном старые большевики эпохи Мао и Сталина, глубоко уважавшие советско-китайскую дружбу, с невысокими требованиями, крайне аккуратные и внимательные в работе. У них был такой подход: на все вопросы нужно найти ответ. Это были очень знающие с точки зрения науки и технологий люди, зачастую беззаветно преданные своему делу.
Примерно с 1993 года положение стало более трудным. «Когда тебе ни при каких условиях не дают некоторые технологии, приходится искать другие способы». Ли Цзе говорит, что некоторые люди тайком выменивали какие-то детали на ящик «Эрготоу» (популярный сорт китайской водки — прим. пер.) или специфические китайские товары, однако цена на реальные лабораторные эксперименты, подобные тем, что мы видели раньше, стала неуклонно расти. «Потом сразу стали говорить о деньгах. Нет денег, нет и разговора».
Чтобы завлечь к себе советских специалистов, китайское правительство запустило проект «двойного привлечения», ориентированного на работу с экспертами и технологиями из СНГ. Говорят, что проект курировал лично Ли Пэн, занимавший тогда пост премьера Госсовета. По некоторым сообщениям, он также говорил, что это кадры, которые и за десять лет не воспитаешь, поэтому они представляют для Китая просто редчайший шанс, который ни в коем случае нельзя упускать.
В 1991 году государственное управление по делам иностранных специалистов при Госсовете КНР официально учредило специальную награду для иностранных экспертов — орден Дружбы, призванный увековечить вклад зарубежных специалистов в развитие Китая. Вслед за этим похожие награды стали создавать и региональные правительства. Этот орден получил целый ряд украинских специалистов, а один украинский ученый удостоился ордена Дружбы провинции Цзянсу.
В опубликованном в 2002 году внутреннем отчете Исследовательского центра по вопросам развития при Госсовете КНР было сказано, что, согласно имеющимся неполным данным, многоплановый проект «двойного привлечения», реализуемый общими усилиями чиновников и народа сразу на многих уровнях, за 10 лет привлек в страну более десяти тысяч специалистов из России и других стран СНГ, привез в Китай более 2000 технологических проектов. В плане «двойного привлечения» Украине отводится очень важная роль. Каждые год многие и многие украинские специалисты и ученые приезжают по нашим приглашениям в КНР, чтобы преподавать или заниматься научно-исследовательской деятельностью. Первый секретарь посольства КНР в Украине Ли Цяньжу в одной статье отметил, что в одном лишь 2006 году Китай посетило около 150 приглашенных групп украинских ученых и специалистов, по этой программе прошло более двух тысяч человек.
Китайско-украинское оборонное сотрудничество — это не только такие знаменательные проекты, как передача китайской стороне авианесущего крейсера «Варяг». Выдающиеся успехи были достигнуты и в направлении разработки корабельных и танковых двигательных установок, силовых установок самолетов, особенно в плане создания различных двигателей. Газовые турбины ДН/ДА-80, стоящие на авианосце «Ляонин» и на новейших экскадренных миноносцах типа 052C, дизельные двигатели 6ТД-2Е, стоящие на основных боевых танках «Аль Халид», которые Китай экспортирует в Пакистан, турбореактивные двигатели АИ-222-25Ф китайских учебно-боевых самолетов нового поколения L-15, даже двигатели, подходящие для вертолетов, работающих в условиях высокогорья — все это поставляется в Китай из Украины. При этом модифицированная китайская ДН/ДА-80 превосходит украинский оригинал как по надежности, так и по ремонтнопригодности, а также по длине межремонтного срока службы и долговечности.
Газовая турбина — это «сердце» современных крупных кораблей. Согласно данным издания «Kanwa Defence Review», в 90-х годах НПКГ «Зоря» — «Машпроект» передал Китаю газотурбинные двигатели UGT 25000, однако в тот момент они не предоставили китайской стороне соответствующих технологий. С наступлением XXI века в связи с тяжелым экономическим положением Украина наконец согласилась передать все технологии, связанные с этими турбинами.
Нет оснований отметать и слухи о том, что Украина помогала Китаю в разработке экскадренных миноносцев типа 052C. Согласно имеющимся данным, уже в апреле 2001 года Цао Ганчуань, занимавший в тот момент пост главы Главного управления вооружений НОАК, посетил во главе китайской делегации Украину. В ходе этой поездки он особо выделил время, чтобы съездить на несколько крупнейших предприятий оборонного сектора Украины, в том числе на завод основного разработчика и производителя украинской радиолокационной техники КП НПК «Искра».
По информации от директора НИИ «Квант» Леонида Лисицы, начиная с 2001 года половина комплексов оптико-электронного противодействия «Каштан-3» уходит в Китай и Южную Корею. Особенно заметно Пекин увеличил объем заказов после того, как Китай получил право на проведение летних Олимпийских игр 2008 года. Западные военные аналитики убеждены, что именно с этого момента Украина стала принимать участие в разработке кораблей типа 052C.
Помимо этого, две стороны также заключили ряд соглашений в сфере авиационных технологий. Эти соглашения затрагивают, например, аэродинамическую схему L-15, разработку и доработку средних военно-транспортных самолетов Y-8, а также помощь в создании нового тяжелого военно-транспортного самолета. По некоторым данным, Украина продала Китаю четыре аэрофинишера и теперь помогает КНР оборудовать свой учебный комплекс палубной авиации, схожий с украинским НИТКА, который используется для подготовки летчиков палубной авиации. Впрочем, китайская сторона эту информацию не подтверждает.
Украинские СМИ сообщают, что еще в октябре 2006 года крупная делегация китайских военных приезжала на Украину для того, чтобы обсудить возможность получения помощи в обучении китайских пилотов палубной авиации. После этого китайские инженеры, пилоты и флотские технические эксперты стали приезжать в НИТКА раз за разом.
Помимо сотрудничества в сфере разработок двигательных установок для авианосцев, истребителей, танков и бронемашин, Китай и Украина также проводят совместные разработки в сфере ракетных технологий. Начиная с 90-х годов прошлого века, Китай активно ввозил советские самолеты и новые головки самонаведения для ракет класса «воздух-воздух». У Китая на вооружении находится несколько сотен ракет «воздух-воздух» Р-27, которые он хотел бы модернизировать, однако Россия, опасавшаяся того, что Китай начнет изготавливать свои копии, постоянно создавала нам трудности.
Без украинской поддержки китайским ракетам «воздух-воздух» не удалось бы совершить переход от инфракрасных систем до активных радиолокационных систем наведения. Усовершенствованная полуактивная радиолокационная головка самонаведения, выпускаемая на киевском заводе «Радар», превосходит российские аналоги как по эффективности, так и по помехоустойчивости. Эти головки позволили Китаю провести глубокую модернизацию стоящих на вооружении ракет Р-27, а также вскоре выпустить и свои собственные управляемые ракеты PL-12 — всепогодные, подходящие для поражения группы воздушных целей за пределами видимости ракеты класса «воздух-воздух» средней дальности.
Если говорить об авиации, то еще в советское время опытно-конструкторское бюро Антонова консультировало китайских специалистов, помогая при создании транспортного самолета Y-5. Поскольку имелся такой исторический опыт, после объявления независимости Украины ОКБ Антонова постоянно изъявляло желание развернуть с Китаем сотрудничество по созданию тяжелого транспортного самолета. Украинский партнер принимал активное участие в разработке утвержденного в 2002 году проекта пассажирского самолета ARJ21. В 2004 году украинское ОКБ осуществляло технологическое сотрудничество с китайскими инженерами при проектировании транспортного самолета Y-8F-600. Совместными усилиями ОКБ Антонова и Второй корпорации авиационной промышленности Китая (AVIC II) в Пекине был создан совместный инженерный центр, основной задачей которого было осуществление конструкторских работ по проектированию серии новых транспортных самолетов.
В августе 2011 года глава Генерального штаба НОАК Чэнь Биндэ посетил Украину с визитом, где две стороны подписали меморандум о сотрудничестве в сфере военных технологий. Премьер-министр Украины Азаров отметил, что в распоряжении его стороны находятся передовые технологии по производству тяжелых транспортных самолетов, поэтому Корпорация авиационной промышленности Китая должна плотно сотрудничать с ГАК «Антонов».
За 20 лет Китай глубоко разобрался в технологическом капитале своего украинского партнера. Если оценивать ситуацию с военными украинскими технологиями в общем плане, то можно сказать, что в этой отрасли Украина осталась на том же месте, что и 20 лет назад. Иными словами, в этой области не происходило никаких прорывов. Эксперт по военно-морскому флоту Ли Цзе отмечает, что технологическое развитие украинского ВПК приостановилось. С одной стороны это объясняется тем, что в советский период украинская военная промышленность была лишь частью советского оборонного комплекса, лишь одним из элементов системы, поэтому, несмотря на отличные достижения в каких-то отдельных областях, у местной оборонки оказалась довольно слабая база. С другой стороны, произошел массовый отток специалистов за границу, инвестиций мало — в таких условиях создать какие-то инновации довольно затруднительно.
Однако, несмотря на это, техническое превосходство Украины в сфере создания силовых установок, а также некоторых других ключевых технологиях, более глубокая теоретическая подготовка в проектировании тяжелых транспортных самолетов и другие одиночные успехи в отдельных областях и сейчас вызывают уважение со стороны КНР. Пространство для сотрудничества по-прежнему есть. «Тонкости проектирования, — без утайки говорит Ли Цзе, — за пару дней не ухватить. Возьмем, к примеру, проектирование орудийных площадок. Мы думали, что можно безболезненно снять с корабля орудийные станции, стоявшие там по умолчанию, однако после разборки начались проблемы, пришлось переделывать весь корпус».
Мышление конструктора, конструкторская теория заботятся не о том, чтобы было красиво, а о том, чтобы корабль был приспособлен для военных действий. «Что-то перестроить не удается, что-то перестроили плохо, что-то и вовсе испортили», — сказал Ли Цзе. Критикуя существующее положение дел, он отметил, что китайские военные инженеры в плане конструкторской мысли приблизились к странам Запада, но у нас по-прежнему нет возможности устранить некоторые мелкие просчеты.
У Китая все еще есть мелкие технологические трудности, от которых в краткосрочной перспективе избавиться будет непросто, поэтому в действительности мы сейчас не можем отказаться от сотрудничества с Украиной. Позиция украинской стороны тоже ясна. С деньгами у страны все хуже и хуже. Если сейчас не реализовать такой шанс, то пройдет несколько лет — и кто знает, будет ли он? Поэтому украинцы особенно ценят сотрудничество с Китаем и осознанно настаивают на ускорении процесса передачи технологий.
18-20 июня 2011 года глава КНР Ху Цзиньтао впервые за почти десять лет посетил Украину с визитом. Стороны подписали ряд соглашений на сумму в 3.5 миллиарда долларов, Пекин также решил предоставить Киеву 80 миллионов юаней в качестве безвозмездной помощи. Согласно данным агентства «Синьхуа», стороны запланировали в период с 2010 по 2012 год увеличить объем товарооборота с менее чем 8 миллиардов долларов до 10 миллиардов. Украинская пресса предполагает, что большая часть новых денег, по всей вероятности, обусловлена сотрудничеством в военно-промышленной сфере.
Эта поездка председателя Ху Цзиньтао была явлением незаурядным. Самолет лидера страны не полетел прямо в Киев, а сначала совершил посадку на Крымском полуострове, в Симферополе. Это не может не наводить на размышления. Аналитики напоминают, что две крупные статьи китайско-украинского сотрудничества, носящие деликатный характер, — десантные корабли проекта «Зубр» и учебные комплексы палубной авиации — в равной степени так или иначе связаны с Крымом. Именно здесь находятся как верфь, выпускающая «Зубры», так и НИТКА.
Согласно данным российского сайта «Новости ВПК», сотрудничество Китая и Украины по линии «Зубров» началось в 2003 году, а переговоры, связанные с соответствующими технологиями, растянулись на 6 лет. Только в августе 2008 года украинские СМИ рассекретили эту информацию и подтвердили, что было заказано 4 корабля.
Россия наблюдает за китайско-украинским сотрудничеством с большим беспокойством, даже со злостью. Москва уже критиковала это сотрудничество за то, что оно затрагивает ее права на интеллектуальную собственность. Российская компания «Рособоронэкспорт» убеждена, что права на разработку и производство этих кораблей, а также соответствующих запчастей принадлежат российскому ЦМКБ «Алмаз», поэтому Украина не может осуществлять поставки, не договорившись предварительно с Москвой.
Аналитики утверждают, что основная причина такого негодования со стороны России заключается в том, что Киев передал Китаю технические документы на этот тип кораблей. Русские никогда не забывали о том, что китайский ВПК способен быстро скопировать любую технологию. Когда в 2005 году Украина передала Китаю списанный Т-10, третий прототип палубного истребителя Су-33, Москва была вне себя от злости.
Однако Китай считает такой подход неправильным, а подобную критику — бессмысленной. «Возможности Китая по усвоению и переработке чужих технологий становятся лишь шире, результаты подобного реконструирования вполне удовлетворительные. Все страны делают это: именно так, например, Америка в свое время заполучила японские электронные технологии. Опять же, Китай потратил на это немало денег».
