Помилование Юрия Луценко взволновало не только украинский политикум. Освобождение экс-министра повлекло за собой цепную реакцию: на Западе приветствуют это решение и ждут, когда президентское милосердие коснется Юлии Тимошенко. Но в правящем лагере не спешат обнадеживать оптимистов и настаивают: ситуации кардинально разные.
Сказать "а", сказать "б"?
Указ президента о помиловании бывшего министра внутренних дел за пределами Украины был встречен с публичным воодушевлением, сравнимым с несколько острожным ликованием украинских оппозиционеров. "Я доволен, поскольку это — успех нашей миссии, которую мы терпеливо осуществляем с Пэтом Коксом с мая прошлого года. Мы совершили больше десятка визитов в Украину, вели переговоры с президентом, премьер-министром, оппозицией. Думаю, что это помилование было одной из важнейших тем наших переговоров и является свидетельством того, что Украина серьезно думает об ассоциации с ЕС и действительно осенью хочет подписать в Вильнюсе Соглашение об ассоциации", — так, например, на воскресный сюрприз отреагировал мониторивший ситуацию в Украине Александр Квасьневский. Но даже первая волна внешнеполитической радости не была безусловной, не говоря уже о последующих заявлениях.
В ситуации с освобождением Юрия Луценко Запад очень быстро переключился со свершившегося достижения на оптимистичные ожидания. "Теперь мы с нетерпением ждем от Украины без дальнейшего промедления решения оставшихся случаев избирательного правосудия и предотвращения повторных случаев избирательного правосудия с комплексной судебной реформы в соответствии с европейскими стандартами, с целью полной реализации выводов Совета министров иностранных дел от 10 декабря 2012 и совместного заявления Саммит Украина-ЕС 25 февраля 2013", — тут же разъяснили свою позицию верховный представитель ЕС по вопросам внешней политики Кэтрин Эштон и еврокомиссар по вопросам расширения Штефан Фюле.
По поводу того, что именно и Европа, и США понимают под "оставшимися случаями" сомнения даже не успели возникнуть. Заметная часть выступлений западных политиков и общественных деятелей по "свободному" поводу включает в себя пункт "Луценко на свободе – это очень хорошо, а Тимошенко – совсем замечательно". "Сейчас я призываю украинские власти в скором времени найти решение, в соответствии с принципами Совета Европы, по делу бывшего премьер-министра Юлии Тимошенко, и по реформированию правовой системы для того, чтобы такие случаи не повторялись", — советует не останавливаться на достигнутом глава ПАСЕ Жан-Клод Миньон. "Помилование была первым важным шагом президента Януковича. Я рад видеть, что господин Луценко, господин Филипчук и другие, наконец, выпущены. Но освобождение Тимошенко является не менее важным", — придерживается такого же мнения президент Freedom House Дэвид Крамер.
Убежденность Запада местами разделяют и в Украине. "Сегодня нет ни одного аргумента, почему такой шаг может быть применен к Луценко, но не может быть к Тимошенко… Я не собираюсь доказывать, что я такой же, как Юлия Владимировна. Она определенно большой политический лидер, руководитель, женщина, в конце концов. Но с точки зрения формальной, если есть указ о помиловании Луценко, то почему его нет в отношении Тимошенко? Поэтому этот шаг должен быть сделан. И лучше раньше, чем позже", — считает недавний узник Юрий Луценко. К тому же пристальное внимание Брюсселя и Вашингтона сторонники экс-премьера как раз и считают важным фактором возможного освобождения. "Настояния Европы на освобождении Тимошенко будут очень настойчивыми и твердыми", — уверена представительница защиты Юлии Тимошенко Валентина Теличенко. Точки зрения: Европа вряд ли захочет останавливаться на достигнутом – придерживается и часть экспертов. "Конечно, надо будет делать и другие шаги. Если Янукович пойдет на проведение референдума, создание двухпалатного парламента, выборы по мажоритарной основе — все это перечеркнет перспективы ассоциации. Потому что тогда Украина будет четко следовать "белорусскому" сценарию. Остается также и проблема Тимошенко", — подчеркивает некоторую зыбкость киевских перспектив профессор кафедры политологии НаУКМА Алексей Гарань. Но руководство страны не торопится радовать интеграционных оптимистов.
Мухи отдельно, котлеты – отдельно?
В правящем лагере параллели между делами Луценко и Тимошенко проводят не слишком охотно. "Тимошенко является осужденной, но также и подсудимой по делу ЕЭСУ и делу убийства Евгения Щербаня. За одно из этих преступлений предусмотрено наказание в виде пожизненного заключения. А у Луценко нет новых обвинений, он прошел все инстанции обжалования своего приговора, остался в статусе судимого", — уточнял "регионал" Владимир Олийнык. Схожей позиции придерживается и "виновница" недавнего торжества омбудсмен Валерия Лутковская. Кроме того, "особенность" ситуации с помилованием Юрия Луценко официальный Киев, похоже, готов доказывать на дипломатическом уровне. "Это решение было принято в рамках последовательной реализации политики президента Украины по декриминализации и гуманизации законодательства Украины, направленной на его приведение в соответствие с европейскими стандартами в сфере защиты прав и свобод человека", — заявил 9 апреля исполняющий обязанности директора департамента информационной политики МИД Евгений Перебийнис.
Тезис о гуманизации удобен для правящего лагеря тем, что позволяет, во-первых, избегать признаний по поводу выборочности трудов отечественного правосудия (хотя в отдельных случаях игнорировать неприятные формулировки крайне трудно), во-вторых, помогает показательно "отделить мух от котлет". Благодаря такому доводу не только освобождение Юрия Луценко одним махом становится достижением гуманной политики президента, но и разъясняется, почему та же судьба едва ли настигнет Юлию Тимошенко. Причем дело может быть не только в продолжающихся процессах, но и в неоднократно демонстрируемой сторонниками президента уверенности, что экс-премьеру сначала нужно хорошенько заплатить. "Если Тимошенко невиновна и суд это признает — пожалуйста. Если она виновна — пусть заплатит те средства, по которым принесла убытки государству. Если она их не признает их, скажите, пожалуйста, кто я такой, и кто такой парламент, что он должен прощать?", — высказался Виктор Янукович в ходе памятного телемоста "Диалог со страной". А ведь и без "налоговых дел" Печерский суд обязал Тимошенко возместить более 1,5 миллиарда гривен ущерба Нафтогазу…
Впрочем, совсем уж от обсуждения темы милосердия в окружении президента не отказываются. "Ровно год назад в Госдепе в Вашингтоне в офисе Хиллари Клинтон меня спросили, как я расцениваю перспективу освобождения Юрия Луценко и Юлии Тимошенко. Я сказала тогда, что я верю в милосердие президента. Я основывала свои убеждения лишь на том, что я хорошо знаю президента, и я верю в его милосердие. И вот когда на Благовещение пришла благая весть об освобождении Юрия Луценко, я сказала себе, что сегодня в этой студии я снова могу повторить то, что я сказала год назад в Вашингтоне. Я верю в милосердие президента", — эмоционально поддержала инициативы главы государства Анна Герман. Уверенность в том, что президентская милость может найти новые объекты для приложения усилий, очевидно, должна обнадежить критиков избирательного подхода. Но пока власть предержащие, похоже, надеются достичь максимального результата минимальными усилиями.
Нежелание сопоставлять положение дел Юрия Луценко и Юлии Тимошенко может объясняться не только их очевидными юридическими различиями, но и, вероятно, убеждением властей, что милосердие в отношении бывшего главного над милицией – вполне достаточный шаг для демонстрации искренности своих евроинтеграционных намерений. Косвенное подтверждение этому дали на Банковой. "Считаю, что последние события и меры, которые были осуществлены всеми ветвями украинской власти во всех сферах как внутренней жизни, так и во взаимоотношениях с ЕС, в том числе в решении некоторых вопросов так называемого избирательного правосудия, свидетельствует о серьезном прогрессе по созданию надлежащей политической атмосферы ради достижения нашей основной цели – подписания Соглашения об ассоциации во время вильнюсского саммита в ноябре этого года", — решил советник президента и руководитель Главного управления по вопросам международных отношений АП Андрей Гончарук.
Попытка прикрыть "избирательную" брешь "решением некоторых вопросов" реализовываться может по-разному. "Еврооптимисты", в том числе, из оппозиционного стана считают, что ЕС может "додавить" украинские власти. Однако далеко не все специалисты разделяют такое мнение. "Освобождением Луценко Янукович сделал важный шаг, который поставил его в выигрышное положение. Если ЕС станет настаивать на аналогичном решении в отношении Тимошенко, то откроется возможность для того, чтобы обвинить западноевропейские партии в отождествлении украинского дела с делом Тимошенко", — предупреждает директор политико-правовых программ Центра Разумкова Юрий Якименко. Не исключено, что подчеркнутая демонстрация непредвзятости Европы как раз и обернется некоторым снисхождением в отношении неспешности решения "проблемы Тимошенко". Тем более что судебные затруднения бывшей главы правительства (судя по темпам нерассмотрения некоторых дел, включая кассацию по "газовому") действительно рискуют затянуться надолго. Тем временем европейское сочувствие Юлии Владимировне может проявиться и позже. "Европейский Союз будет стоять на том, что так нельзя поступать с лидером оппозиции и женщиной, но станет ли это препятствием для подписания Соглашения об ассоциации, я не знаю. Это может стать препятствием для ратификации потому, что есть целый ряд парламентов, которые при сохранении того безобразия, которое творится вокруг этой женщины, ни в коем случае не пойдут на ратификацию", — допускает руководитель Центра украинских исследований Института Европы РАН Виктор Мироненко.
В сущности, с решением "проблемы Тимошенко" помилование Юрия Луценко помогает мало. Напротив, оно даже в чем-то усложняет ситуацию, поскольку, с одной стороны, позволяет рассчитывать на лучшее (пусть даже непосредственные защитники экс-премьера такие шансы оценивают невысоко), а с другой – служит своего рода ритуальной жертвой на алтарь евроинтеграции. Официальный Киев вполне может считать, что свой ход он сделал. И теперь уже Евросоюзу предстоит определяться с тем, считать знаковое освобождение необходимым минимумом, многообещающим авансом или полумерой, требующей непременного продолжения уже сейчас.
Ксения Сокульская
