21 августа в испанском издании Heraldo появилась небольшая заметка, в которой речь шла о том, как ужасно жительница небольшого города Борха, 80-летняя пенсионерка, отреставрировала фреску "Ecce Homo" ("Се человек"), написанную художником Элиасом Гарсиа Мартинесом.
Оригинальная и отреставрированная версии фрески "Ecce Homo" Фото AP
К публикации прилагались фотографии фрески с изображением Иисуса Христа до и после реставрации. На обновленном варианте произведения Христа было не узнать — фреска стала напоминать детский рисунок, изображающий то ли обезьянку, то ли пушистую картофелину с глазами.
После публикации в Heraldo вокруг поступка Сесилии Хименес, решившей отреставрировать фреску, которая, по разным данным, датируется концом XIX — началом XX века, разразился настоящий скандал. Одни обрушились на старушку с жесточайшей критикой, другие же встали на защиту пожилой испанки, провозгласив ее новым Мунком и Модильяни в одном лице. Как бы то ни было, созданное Хименес изображение Иисуса Христа, кажется, уже заняло свою нишу в современном искусстве.
Сесилия Хименес рассказала журналистам, что начала работать над реставрацией фрески "Ecce Homo", расположенной на церковной колонне, несколько лет назад. По словам прихожанки церкви, ее расстраивало состояние произведения, которое портилось из-за влажности в помещении религиозного сооружения.
Пенсионерка, как она сама утверждает, обратилась к священнику, и тот якобы дал согласие на то, чтобы она провела реставрационные работы. "Конечно, все знали о том, что я делала. Когда люди приходили в церковь, они видели, что я рисую. Настоятель знал. Как я могла делать такие вещи без разрешения?", — цитируют Хименес СМИ. При этом представители церкви заявляют о том, что ничего не знали о художественном труде своей пожилой прихожанки.
Фото Reuters
Так или иначе, начатая в 2010 году реставрация завершилась летом 2012-го. Результаты работы Сесилии Хименес обнаружились пару недель назад, когда в церковь приехали специалисты, которые должны были оценить состоянии фрески с изображением Христа для составления плана восстановительных работ. Реставрацию должны были проделать за счет средств внучки автора фрески Тересы Мартинес — именно она выделила деньги и направила их в церковь.
Прибыв в Борху, эксперты обнаружили вместо фрески нечто совсем иное — примитивное изображение некоего существа с покрытой мехом головой (как вариант — одетого в шерстяной капор), печально повернутой в сторону. С фрески на специалистов взирал, как написали сотрудники BBC News, "карандашный набросок с изображением очень волосатой обезьяны в мешковатой тунике". О первоначальном облике "Ecce Homo" напоминала лишь эта самая безразмерная туника — и до, и после реставрации она была свекольного цвета (кстати, как отметила Тереса Мартинес, туника вышла у Сесили Хименес не так ужасно, как все остальное). Церковь в Борхе пообещала, что пушистый Иисус исчезнет — фреску планируется отреставрировать вновь, уже силами профессионалов.
"Фотожаба" на результаты реставрации фрески с изображением Иисуса в испанской церкви.
После разошедшейся в англоязычной прессе новости о проведении самой неудачной реставрации в истории искусства в Сети развернулась кампания по сохранению пушистого Иисуса (блогеры уже успели дать работе Хименес новое название — "Ecce Mono", что они перевели как "Се обезьянка"). Разумеется, творение пожилой испанки всего за несколько часов стало одним из самых популярных интернет-мемов — "фотожабы" на пушистого Иисуса можно найти, не особенно напрягаясь.
На сайте change.org появилась петиция в защиту отреставрированного Иисуса. Автора обновленной версии старинной фрески сравнивают с Гойей, Мунком и Модильяни, а в самой работе видят критику "креационистских теорий" Церкви. На момент написания этого текста за сохранение "Ecce Mono" высказались более десяти тысяч человек. Возможно, все они правы в своем стремлении признать пушистого Иисуса самостоятельным произведением искусства.
Гойя — не Гойя, но фреску авторства Сесилии Хименес вполне себе можно назвать интересным образцом примитивистской живописи (если абстрагироваться от существования оригинальной версии). Примитивизм как живописный стиль зарождался примерно тогда, когда Гарсиа Мартинес, следуя академическим традициям, расписывал стены небольшой церкви в Борхе; сейчас же работы крупнейших примитивистов, например Нико Пиросмани и Анри Руссо, висят в музеях и стоят огромных денег. Нечего уж говорить про авангардистов, экспериментировавших с этим стилем и обращавшихся к нему, в отличие от испанской бабушки, абсолютно осознанно.
В этой истории Сесилия Хименес показала себя, конечно, не Пиросмани, но точно грандиозным популяризатором, подарившим миру знание. "Самая ужасная реставрация" обернулась настоящим триумфом для художника Элиаса Гарсиа Мартинеса, которого и знать-то до этого момента в мире никто не знал. Родился он в муниципалитете Рекена в 1858 году, начал там заниматься рисованием, потом учился живописи в Королевской академии изящных искусств Святого Карлоса, затем отправился в Барселону и после нее в Сарагосу. Там женился, преподавал, рисовал, умер — словом, ничего впечатляющего. Самой же интересной страницей в биографии художника стало создание фрески с изображением Иисуса, превратившимся в XXI веке в обезьянку.
Фото Reuters
То, что обновленная фреска принесет пользу, наверняка поняли уже и в самой церкви, которая в последние дни в усиленном режиме принимает любознательных туристов. И их можно понять — канонических изображений Христа полно, а в капоре — только одно.
В своей статье арт-критик The Guardian Джонатан Джонс справедливо замечает, что набожная пенсионерка могла бы сделать карьеру в комическом жанре. Ее поступок можно сравнить разве что с реставрацией портрета матери Джеймса Уистлера, произведенной знаменитым Мистером Бином, который в прямом смысле начихал на картину, а потом в ужасе приводил ее в порядок. Даром комического разрушения тоже нужно обладать, и, грамотно его используя, сейчас можно выстроить целую стратегию популяризации искусства. Джонс, правда, советует обращать внимание на экземпляры более достойные — на картины старых мастеров, ну или на фрески эпохи раннего Возрождения в Палаццо Скифанойя.
Лена Аверьянова, Татьяна Ершова
