За последние восемь месяцев российская космонавтика потерпела четыре масштабных неудачи. Начало было положено падением трех спутников ГЛОНАСС в Тихий океан в декабре прошлого года.
Российская ракета "Союз"
В феврале этого военный спутник ГЕО-ИК-2 не вышел на расчетную орбиту. В августе другой спутник – Express-AM4 стоимостью 265 млн долларов – также не «долетел» до нужной орбиты. И, наконец, последним «аккордом» в этой мрачной «симфонии» неудач стала авария самой испытанной и надежной в мире ракеты-носителя (РН) «Союз», которая должна была вывести в космос грузовой корабль «Прогресс» с грузами для международной станции. В результате «Прогресс» упал где-то на Алтае.
Подобная серия провалов дала основание некоторым наблюдателям говорить о масштабном кризисе российской космонавтики и даже о «закате» России как космической державы. Однако так ли это?
«Державный» застой
Последние двадцать лет космическая «державность» России зиждилась исключительно на эксплуатации советских разработок и на их увеличивающемся тиражировании. В стране «валом» сходили с конвейера и запускались на орбиту четыре основных «опоры» российской космонавтики – РН «Союз», РН «Протон», пилотируемый космический корабль «Союз» и грузовой автоматический корабль «Прогресс». Именно подобный «вал» лежал в основе утверждений бывшего главы Роскосмоса Анатолия Перминова о якобы имеющемся лидерстве России в космосе.
Последняя авария произошла с одной из вышеупомянутых «опор» – РН «Союз». Неприятно, но не смертельно. За всю историю полетов носителей данного типа с «Прогрессами» – это первый случай, когда «грузовик» не долетел до места назначения (напомним, что всего с 1978 года было произведено 135 запусков «Прогресса»). Причины аварии уже установлены – отказ газогенератора. Можно не сомневаться, что сотрудники отрасли сделают все возможное, чтобы подобный инцидент больше не повторился, тем более что сам генпрокурор Юрий Чайка поручил представителям правоохранительных органов на космодроме «Байконур» проверить исполнение юридических актов и инструкций при производстве космических аппаратов и их запусках.
Заниматься предотвращением аварий в российской космической отрасли будут не только следователи и прокуроры. Владимир Путин поручил внести кардинальные изменения в систему контроля и приемки космических аппаратов. Роскосмос «взял под козырек», заявив о формировании в ближайшее время постоянно действующей оперативной группы по проверке полного цикла изготовления ракет-носителей, кораблей и космических аппаратов.
Но означает ли это, что российская космонавтика сможет с уверенностью смотреть в будущее?
В чем причина?
Интернет-издание Gazeta.ru так объяснило причины «недолета» «Прогресса» до места назначения: «Эта авария — визуализация модели развития страны, избранной властью при попустительстве народа. В России нет полноценной национальной экономики. В алтайскую тайгу упали обломки экономики советской, 75% которой было завязано на ВПК (в том числе на космос). В России удалось создать изрядно деформированный госкапитализмом рынок, с относительной свободой торговли, обменом валют, но не новую промышленность и не новую национальную рыночную экономику».
Обозреватель журнала «Новости космонавтики» Игорь Лисов был более конкретен. Вот что он сказал в интервью «Новой газете»: «По-видимому, в обеих августовских авариях причина — в человеческом факторе. На разгонном блоке “Бриз-М” (который должен был вывести на орбиту спутник Express-AM4 – Ю.К.) с ошибкой было составлено полетное задание, и эту ошибку почему-то не выявили при прогонке его на стенде. На летающей уже 38 лет ракете “Союз-У”, выводившей “Прогресс М-12М”, произошло разрушение элементов двигательной установки, вероятно, вследствие производственного брака.
Подобные аварии случаются не только у нас. И США, и Китай, и Индия хлебнули за последний год. И процент неудач в наших запусках пока еще не выходит за разумные границы».
«Тем не менее, – подчеркнул Лисов, – очевидно пагубное влияние на надежность нашей техники длительного (15 лет!) провала финансирования космической деятельности, образования разрыва поколений, низкой квалификации и недостаточной ответственности молодого пополнения, обусловленной в первую очередь нищенской зарплатой».
С мнением Лисова относительно ключевой роли человеческого фактора в августовских авариях трудно спорить, но также трудно согласиться с его утверждением, что кадровый кризис российской космонавтики обусловлен «в первую очередь нищенской зарплатой».
Космические «табуретки»
В свое время академик Борис Черток так объяснил, почему первая советская станция «Салют-1» была создана в «немыслимо короткие сроки»: «Дело не только в том, что мы использовали системы, отработанные на кораблях (типа “Союз” – Ю.К.)… Дело не в экономическом стимулировании и не в административном принуждении. Работали с великим энтузиазмом, как во время войны, как во времена “Востоков”… Заставить людей так работать ради старой программы… мы не сможем ни экономическим, ни моральным стимулированием».
С самого начала возникновения советской космонавтики в нее шли работать лучшие из лучших: конструкторы, инженеры, рабочие. Понятно, почему: с одной стороны, космонавтика давала возможность молодым специалистам реализовывать свои таланты и творческие способности, а с другой – наделяла ассоциированного с ней человека высоким социальным статусом. Именно поэтому, как отметил Черток, первая советская станция и была создана «на одном дыхании».
Привлечь таланты можно двумя способами: высокими зарплатами или предложением создать что-то принципиально новое. С учетом структуры материальной компенсации и общей системы ценностей в современной России представители научно-технической интеллигенции еще долгое время будут получать заметно меньше офисных клерков. Значит, остается второе.
Но сколачивать пусть даже многократно модифицированные космические «табуретки» в виде РН «Союз» (разменял шестой десяток лет) или кораблей «Союз» (разменял пятый десяток лет) молодые, уверенные в себе профессионалы не пойдут. Им это неинтересно. А без них будет падать качество и уровень надежности, в том числе и давно выпускаемой техники, ибо, несмотря на свою технологическую устарелость, она все равно требует высочайшей квалификации специалистов, занятых в ее производстве.
Отсюда вывод: чтобы преодолеть кадровый кризис, отечественная космическая отрасль должна предоставить молодым, дерзким и талантливым возможность в полной мере реализовать свои профессиональные способности и амбиции. А это значит – загрузить их головы и руки созданием принципиально новой космической техники, предназначенной для решения принципиально новых задач.
Как это сделать?
Понятно, что под принципиально новыми задачами в настоящее время может пониматься только исследование и освоение «дальнего космоса», начинающегося за пределами лунной орбиты. Но подготовка к подобному броску – дело весьма затратное. Средства на такого рода предприятие могут быть выделены лишь при условии ярко выраженной заинтересованности в нем руководства страны. Данное наблюдение подтверждается всей историей мировой космонавтики, в первую очередь советской и американской.
Это означает, что в российских условиях «дальнекосмический» проект может увенчаться только лишь в том случае, если приобретет статус соизмеримый со статусом сочинской Олимпиады. Вряд ли кто-нибудь в России или за ее пределами сомневается в том, что весь комплекс подготовительных работ и мероприятий для Сочи-2014 будет проведен в срок и на должном уровне. Главная гарантия этого – личная заинтересованность в успехе данного проекта премьер-министра Владимира Путина и президента Дмитрия Медведева.
Параллель между сочинскими Играми и пилотируемой миссией в «дальний космос» проведена не случайно. Их роднит и цена. По разным оценкам, стоимость Сочи-2014 достигает суммы порядка 30 млрд долларов. В такую же сумму, по подсчетам российских специалистов, должна обойтись и российская облетно-орбитальная (беспосадочная) миссия к Марсу, которую в настоящее время можно осуществить в течение 12-14 лет.
Интересно, что к аналогичным выводам пришли и американские исследователи. В прошлом году в США был опубликован сборник научных статей под редакцией Джоела Левина, старшего научного сотрудника из Исследовательского центра НАСА имени Лэнгли, и Рудольфа Шилда, астрофизика из Гарвардского университета и главного редактора «Журнала космологии». Сборник получил название «Пилотируемая экспедиция к Марсу: колонизируя Красную планету». Среди его авторов – ведущие ученые и специалисты США в области космической деятельности, в том числе и работающие в системе НАСА.
Они рассмотрели разные сценарии марсианской экспедиции. Самый минимальный из них, приближенный к аполлоновскому сценарию, может быть осуществлен за сумму, не превышающую 20 млрд долларов. Важно иметь в виду, что данная цифра была выведена экспертами с учетом покупательной способности доллара на 2010 год и с учетом того уровня развития, которого достигла космическая техника к концу первого десятилетия 21 века.
Но зачем это нужно высшей власти России? Ответ на этот вопрос дал Говард Маккерди, один из ведущих американских специалистов в области государственного управления. Он подчеркнул, что успех программы «Аполлон» «укрепил в целом веру американцев в компетенцию правительства… Подобная степень общественного доверия позволила правительству начать воплощение в жизнь прочих крупных инициатив 1960-х годов, включая “Войну с бедностью” и реформы в области гражданских прав».
Реализация «дальнекосмического» проекта, предполагающая задействование в его осуществлении десятков высокотехнологичных и наукоемких отраслей, ускорит техническое перевооружение России. Это, в свою очередь, усилит симпатии значительной части избирателей к российскому правительству, сделавшего конкретный и значительный шаг на пути к освобождению страны от нефтяной зависимости и превращению ее в современное индустриальное государство.
Юрий Караш
