Главный разработчик нового оружия для атомных подводный крейсеров, похоже, готов признать, что у него ничего не вышло
Главный разработчик межконтинентальной баллистической ракеты «Булава» морского базирования, генеральный конструктор Московского института теплотехники академик Юрий Соломонов сделал примечательное заявление. По его словам, надо совсем немного поднатужиться, и многострадальная «Булава» все же полетит. Правда, не с подводной лодки, тут у Соломонова с ней давно как-то не очень-то получается. С земли может выйти гораздо лучше…
Короче, сенсацию академик сформулировал так: «Межвидовая унификация, в целом, когда берется ракета «Булава» и используется, скажем, в составе комплексов наземного базирования, — эта задача в принципе реализуемая». Надо только, дескать, малость еще попотеть. «Что приспосабливать, я сказать не могу, это закрытая информация, — приоткрыл тайну генеральный конструктор. — Но незначительную часть элементов конструкции, в стоимостном выражении – это не более 10 процентов, нужно будет адаптировать к условиям наземной эксплуатации».
О чем вообще речь? Кто и когда ставил задачу Московскому институту теплотехники и лично Соломонову сделать «Булаву» наземным комплексом? Никто. Тогда что это? Попытка объясниться с народом примерно в таком духе: «Мы старались. Что собирались сделать – не получилось. Однако ведь и то, что вышло, в хозяйстве можно для чего-нибудь полезного приспособить»?
А что будем делать с атомным ракетным подводным крейсером «Юрий Долгорукий», который уже давно на плаву, но с пустыми ракетными шахтами, только на «Булаву» и рассчитанными? Между прочим, по неофициальным оценкам, строительство «князя» обошлось стране уже в 23 миллиарда рублей. Что делать с тремя собратьями «Юрия Долгорукого», которые пока на стапелях, но над которыми трудятся северодвинские корабелы?
Напомним, что из 14 испытательных пусков ракеты «Булава» только половина признана успешными. Последний из них произведен 23 октября 2010 года. До конца нынешнего рода решено выстрелить «Булавой» еще разок. Если все пройдет успешно, четыре испытательных пуска понадобятся и в будущем году. Только если и тогда пройдет все гладко, ракету можно будет принять на вооружение. Но уверенности в успехе, похоже, у академика Соломонова нет.
Ситуацию с многострадальным проектом комментирует руководитель Центра военного прогнозирования полковник Анатолий Цыганок.
Анатолий Цыганок Фото aif.ru
— Анатолий Дмитриевич, как вам заявление академика Соломонова о том, что после доработки его межконтинентальную баллистическую ракету «Булава» можно будет запускать и с земли?
— Просто бред какой-то. Проблема же не в том, что «Булава» с земли не летает. Ужас в том, что она никак не научится летать с подводной лодки. Первый серийный атомный ракетный подводный крейсер стратегического назначения третий год протирает бока у причала, на воду спускают второй такой же корабль – «Александр Невский». На стапелях Северодвинска стоит и третий – «Владимир Мономах». А вооружать их нечем. Вот за что надо спрашивать с Соломонова.
Всегда как было? Сначала создавали ракету. Потом под нее проектировали новый носитель. Мы же все сделали наоборот, с 1995 года угрохали сотни миллиардов рублей, а пополнять флот по-прежнему нечем.
Потом, кому вообще может прийти в голову обсуждать превращение «Булавы» в наземный комплекс? Зачем? У нас же в Ракетных войсках стратегического назначения есть «Тополь-М», недавно появился «Ярс». Их куда теперь девать?
— А как расценить признание академика, что его «Булава» никакого отношения к «Тополю-М» не имеет «с точки зрения законченной конструкции в силу различного типоразмера»?
— Как констатацию генеральным конструктором давно очевидного для всех факта: ничего из заявленной поначалу унификации «Тополя-М» с «Булавой» не получилось. Вместо экономии, ради которой все и затевалось, вышло разбазаривание государственных средств в особо крупных размерах.
Вы помните, с чего все начиналось? В конце 90-х годов задумали заменить вместе с подводными лодками второго-третьего поколения ракетный комплекс «Тайфун» (ракеты РСМ-52 на твердом топливе), а в будущем и «Синеву» (ракеты РСМ-54 на жидкостных компонентах) на твердотопливную ракету, сделанную по подобию уже принятого на вооружение в Ракетных войсках стратегического назначения «Тополя-М». Если бы это получилось, производство этого стратегического оружия на Воткинском заводе обошлось бы гораздо дешевле. Но получиться никак не могло, задача с самого начала была авантюрной и самонадеянной.
Тем не менее, главком ВМФ Куроедов и министр обороны России Сергеев убедили премьер-министра Черномырдина, что все у них получится. Окончательное решение принимал Совет безопасности России. А обоснование для него готовила Техническая комиссия. Знаете, кто ее возглавлял тогда? Правильно, академик Соломонов. С его легкой руки миллиарды, выделенные на перевооружение морской компоненты стратегических ядерных сил России были выделены именно возглавляемому академиком Московскому институту теплотехники, никакого опыта в разработке ракет для подводных лодок не имевшему. Тех, кто десятилетиями действительно проектировал ракеты с подводным стартом, оставили не у дел. А именно – конструкторское бюро в Миассе. Заставили, правда, оттуда передать в МИТ документацию. Ну, из Миасса в Москву передали бумаги. А мозги – нет. Вот и получилось то, что получилось. Миасское КБ просто загубили.
— Это что же, одна «Булава» такая несчастная, или все наше оружие создается подобным образом?
— Не скажу, что все. Но подобные случае бывали и раньше. Даже в советское время. Например, в 60-е годы наша армия долго мучилась с боевой машиной пехоты БМП-1. Вернее, сама машина-то получилась ничего, довольно быстрой и маневренной. Но в первом варианте — со слабым вооружением. Потом, когда началась война в Афганистане, ее пришлось срочно модернизировать. Так ведь о недостатках БМП-1 знали и до Афгана. Но к Курганскому заводу, который получил на нее огромный заказ, благоволил министр обороны СССР Дмитрий Федорович Устинов. Это и решило дело в пользу именно БМП-1. А возьмите ситуацию с мобильными ракетными комплексами, создаваемыми тем же МИТом и академиком Соломоновым… Тут тоже для меня очень много непонятного.
— Что именно?
— Именно – на что мы и тут тратим деньги? Вот объявили на днях, что на смену мобильным комплексам «Тополь-М» в Ракетных войсках стратегического назначения придут новые такие же комплексы «Ярс». Только зачем вообще сегодня создавать мобильные ракетные комплексы? За них тот же Соломонов взялся тридцать лет назад. Тогда все было правильно. Американцы не могли надежно обнаруживать из космоса эти машины, следовательно, не способны были их надежно поразить в решительный момент. Тогда «Тополя» на колесах себя полностью оправдывали. Но сегодня-то Соединенные Штаты располагают четырьмя огромными космическими спутниками «Лакрос». На них установлены оптические, тепловые и радиолокационные средства разведки и обнаружения. Любой мобильный «Тополь-М» или «Ярс» они наблюдают в реальном режиме времени. Наши ракеты не способны скрыть ни облака, ни темень. То есть за три десятилетия американцы нашли и создали эффективные средства противодействия этой угрозе. А мы делаем вид, что ничего не изменилось. И продолжаем клепать мобильные комплексы. Зачем? Только для того, чтобы кто-то освоил еще некоторое количество денег?
А ведь были у нас межконтинентальные баллистические ракеты мобильного базирования, которые не разглядели бы и «Лакросы». Это комплексы «Скальпель», которые передвигались по железной дороге в вагонах, внешне неотличимых от обычных рефрижераторов. Естественно, Вашингтон горячо настаивал на их ликвидации. А мы в определенный момент столь же горячо решили пойти навстречу. Теперь «Скальпелей» в России не осталось.
Сергей Ищенко
