Найбільші військові держави Європи розробляють плани щодо поступового перебирання на себе більшої відповідальності за оборону континенту замість США.
Про це дізналися у виданні Financial Times із посиланням на слова чотирьох проінформованих європейських посадовців.
Газета пише, що мова йде і про пропозицію адміністрації президента США Дональда Трампа щодо передачі цих обов’язків європейським державам упродовж наступних п’яти-десяти років.
Обговорення є спробою уникнути хаосу в разі одностороннього виходу США з НАТО, що стало предметом побоювань через неодноразові погрози Трампа послабити або вийти з трансатлантичного альянсу, який захищав Європу майже вісім десятиліть, зазначила газета.
За словами чотирьох співрозмовників, Велика Британія, Франція, Німеччина та країни Північної Європи є серед держав, які беруть участь у цих неформальних, але структурованих обговореннях.
Їхня мета – розробити план передачі фінансового та військового тягаря європейським столицям і представити його США перед щорічним самітом лідерів НАТО в Гаазі в червні.
Зазначається, що пропозиція включатиме тверді зобов’язання щодо збільшення європейських оборонних витрат і нарощування військового потенціалу з метою переконати Трампа погодитися на поступову передачу повноважень, що дозволило б США більше зосередитися на Азії.
Окрім свого ядерного стримування, яке забезпечує захист Європи за участі кількох європейських Повітряних сил, що мають на озброєнні американську ядерну зброю, США надають військові можливості, яких не мають континентальні союзники, керують авіаційними, морськими та військовими базами та утримують 80 тисяч військовослужбовців у Європі.
За оцінками посадовців, для досягнення рівня, який дозволить замінити більшість військових можливостей США (за винятком ядерного стримування), знадобиться від п’яти до 10 років посилених витрат.
“Збільшення витрат – це єдина можлива стратегія: розподіл тягаря та зменшення залежності від США. Ми розпочали ці переговори, але завдання настільки масштабне, що багато хто відчуває себе перевантаженим“, – сказав один із посадовців.
Коаліція рішучих
Попри те, що американські дипломати запевняють своїх європейських колег, що Трамп залишається відданим членству в НАТО та його п’ятій статті про колективну оборону, у багатьох європейських столицях побоюються, що Білий дім може швидко скоротити розміщення військ чи техніки або зменшити участь у спільних завданнях НАТО.
“Вам потрібно домовитися з американцями, і неясно, чи захочуть вони це зробити. Чи можете ви взагалі довіряти їм, що вони його дотримаються?“, – зазначив ще один із посадовців.
Співрозмовники вказали також на постійні і регулярні дискусії, які ведуть Франція і Британія щодо створення “коаліції рішучих” як на індикатор напрямку руху.
На запитання, що означає європейська опора в НАТО і чи можлива вона, один із посадовців відповів: “Ми бачимо, як це відбувається. Ми бачимо це прямо зараз: Велика Британія і Франція беруть на себе ініціативу [щодо сил запевнення для України] без участі американців”.
Так звана “коаліція рішучих”, яка готує підґрунтя для гарантування майбутнього повоєнного врегулювання, зустрілася на початку березня в Лондоні.
На початку березня США повідомили союзників НАТО, що мають намір припинити свою участь у плануванні майбутніх військових навчань у Європі.
mil.in.ua
Противники планов большинства, в первую очередь ультраправые и ультралевые, ничего не смогли противопоставить принятию беспрецедентного решения. Какие пакеты были проголосованы и как и почему они подготавливались? Что они означают для обороноспособности Германии и всего Евросоюза?
Расстаться с «особым отношением»
Если в Германии после 1990 года и существовала «идеология», то ее можно было бы охарактеризовать как пацифизм и приоритет дипломатии. Это и фиксировалось в документах, определявших основу внешней политики ФРГ, и воплощалось на практике. Берлин исходил из того, что крупные вливания в оборонную отрасль бессмысленны и становятся не более чем разбазариванием средств, которые можно было бы направить на социальные или инфраструктурные программы.
Расходы на оборону находились на крайне низком уровне даже по меркам мирной Европы и колебались от 1,07% ВВП в 2005 году до 1,47% в 2020-м. Под давлением союзников по НАТО тогдашний канцлер Ангела Меркель в 2019 году согласилась с порогом 2% ВВП, принятом в Альянсе, но обозначила его в качестве цели, которую Германия достигнет в 2030-х годах. Выступать за форсированное перевооружение германской армии и крупные инвестиции в ВПК считалось предосудительным в даже в рядах консерваторов, а у центристов и левых служило и вовсе синонимом милитаризма и означало бы конец политической карьеры. Бундесвер носил в берлинских коридорах власти неформальное прозвище «бюджетная падчерица» и хронически недофинансировался.
Все изменилось в 2022 году. Широкомасштабное нападение России на Украину и возникшие реальные угрозы единой Европе побудили германскую политическую элиту кардинально пересмотреть отношение к оборонной отрасли. Наряду с военной помощью Украине парламент проголосовал за создание специального фонда Бундесвера в размере 100 млрд евро. Лишь благодаря этому фонду ФРГ удалось не только впервые после окончания холодной войны превысить двухпроцентный рубеж оборонных расходов, но и произвести масштабную (по германским критериям) закупку современных вооружений за рубежом и оформить собственные оборонные заказы.
Из открытых источников известно, что Германия приобрела в США 35 истребителей F-35, вооружение и запасные компоненты к ним, 60 транспортных вертолетов, четыре установки Patriot с ракетами и другие типы вооружений. У Израиля закуплена система ПВО Arrow, у Airbus боевые вертолеты. Национальный ВПК получил госзаказы на четыре новых фрегата, значительное количество танков, САУ, БТР и ЗРК различных типов, а также на производство широкой линейки боеприпасов, ракетного вооружения и средств телекоммуникации. Уже этот шаг стал для Германии качественным прорывом, но нынешние вызовы требовали от политиков более эффективных и долгосрочных решений.
Без верхнего порога
Один из ключевых предметов ожесточенных дебатов в германской политике — так называемый «долговой тормоз». Это инструмент регулирования расходов бюджета, внесенный в Основной закон ФРГ в 2009 году и полностью вступивший в силу в 2011-м. Его главная цель — уменьшение бюджетной задолженности федерации и земель, установленное в процентах к ВВП. Германия еще недавно была разделена на два политических лагеря: центристы СДПГ и зеленые, готовые смягчить долговой тормоз с целью инвестиций в значимые общегосударственные проекты, и консерваторы ХДС с либералами, отрицавшие такие меры с целью не перекладывать задолженность на следующие поколения немцев. Этот спор, по существу, и стал фактором, окончательно похоронившим трехпартийную коалицию во главе с Шольцем и ставший катализатором внеочередных парламентских выборов. Он же был важной составляющей недавней избирательной кампании.
Однако быстро меняющиеся геополитические реалии заставили победителей выборов, блок ХДС-ХСС, частично пересмотреть отношение к бюджетным ограничениям.
Во-первых, действия Дональда Трампа на посту президента США стали настоящим шоком для германских элит. В берлинских коридорах власти осознали, что американский «зонтик безопасности» над Европой если не угрожает закрыться, то, по крайней мере, дал течь. Строительство собственной оборонной модели на континенте требует не только политической решимости, но и огромных дополнительных финансовых вливаний, которые невозможно осуществить без бюрократических реформ. Германии, крупнейшей экономике ЕС, суждено играть в этом процессе ключевую роль.
Во-вторых, долговой тормоз уже неоднократно становился препятствием на пути выделения Бундестагом дополнительных средств как на военную помощь Украине, так и для насыщения современным вооружением бундесвера, ведь деньги в стомиллиардном спецфонде 2022 года уже подошли к концу
После долгих дебатов консерваторы и социал-демократы предложили следующую схему: средства в размере более 1% ВВП (сейчас это порядка 44 млрд евро) лишаются ограничений в виде долгового тормоза. Ныне ФРГ тратит на оборону 54 млрд евро, часть из которых поступало из спецфонда. Нововведение также касается помощи Украине (в документе говориться о «государствах, ставших жертвой агрессивной войны») и защиты населения в случае чрезвычайных ситуаций. Последнее дополнение было внесено в пакет по настоянию зеленых, без голосов которых конституционное большинство не было бы достигнуто. Эти поправки и получили поддержку депутатов нынешнего созыва. Следует отметить, что (вероятно) будущие коалиционеры в лице ХДС/ХСС и СДПГ намеренно не стали дожидаться начала работы нового созыва парламента: там уже иное распределение мандатов, и проект с высокой долей вероятности не прошел бы.
Новые времена
Так Германия фактически завершила процесс коренных изменений во внешней и внутренней политике. Под влиянием действий Москвы, а теперь еще и Вашингтона, страна прошла путь от запрета на поставки вооружений в «горячие точки», вне зависимости от ситуации, и отправки касок и палаток воюющей Украине, через историческую речь Шольца о «смене эпох» в феврале 2022 года и предоставление ВСУ практически всех имеющихся у ФРГ типов вооружений до конституционных изменений с целью повысить обороноспособность страны и всей единой Европы.
Фактически верхнего предела расходов на безопасность Германии более не существует. Значимость момента и причины, побудившие принять болезненное решение, четко обозначили высказывания трех политиков, представляющие партии, которые, по-видимому, в ближайшее время сформируют новое правительство. Фридрих Мерц, лидер ХДС и вероятно будущий федеральный канцлер:
«Это война, которая направлена и против нашей страны, война, которая идет каждый день».
Борис Писториус, СДПГ, министр обороны, который наверняка займет этот же или эквивалентный по значимости пост в новом кабинете:
«Мы стоим перед самым большим вызовом в истории нашего государства. Мы, европейцы, должны наконец-то повзрослеть и не имеем право терять время!»
Борис Рейн, ХДС, премьер-министр земли Гессен:
«Мы глубоко потрясены. Уверенность в том, что наши американские друзья поддержат нас в случае возникновения проблем, более не актуальна».
Населению Германии еще предстоит осознать новую реальность и выработать свое отношение к ней. Первый опрос после голосования в Бундестаге показал смешанную картину. 64% опрошенных одобрили ослабление долгового тормоза для оборонных расходов. В то же время 73% участников исследования недовольны отказом Мерца от собственных предвыборных обещаний, пусть и в отношении той статьи бюджета, с изменениями которой они согласны. Это демонстрирует внимание немцев к самой демократической процедуре и к предвыборным речам политиков. Не исключено, что Мерц станет «политической жертвой» собственного решения: его личный рейтинг стал падать.
Важно и другое. В тот день в Бундестаге голосовали не только о мерах по укреплению безопасности страны. Парламент дал зеленый свет беспрецедентному спецфонду в размере 500 млрд евро, средства из которого будут направлены на инфраструктурные проекты и защиту окружающей среды, а также заметно укрепят земельные и муниципальные бюджеты. Это вызвало одобрение опрошенных, хотя четверть из них посчитало, что денег выделено «слишком много».
Писториус в своей речи в Бундестаге подчеркнул, что Германия не сможет в одиночку добиться серьезных перемен в сфере общеевропейской безопасности. Многое зависит от политической воли партнеров по Евросоюзу. Но начало уже положено: германский парламент утвердил пакет помощи Украине, включая инвестиции в украинское производство, в размере более 11 млрд евро. Без конституционных изменений это было бы невозможно.
