Из короткого интервью министра образования и науки Украины Дмитрия Табачника «Росбалту» становится ясно: при всем его личном уважении к русскому языку и культуре русофобию в украинской школе пока никто не отменял.
— Вы не раз заявляли, что ведется работа над совместным учебным пособием для преподавателей истории РФ и Украины. Но, по словам главы Комитета Верховной рады по науке и образованию Владимира Полохало, ведущие украинские историки отказались готовить такое пособие. Это правда?
— Слава богу, Владимир Полохало – не историк, и он не имеет права, ни морального, ни этического, говорить от имени всех историков Украины. И я бы порекомендовал ему просто почитать документы ЕС, Генерального директората Совета Европы по вопросам науки, культуры, образования, наследия, молодежи и спорта, который рекомендовал министрам образования Европы как позитивный опыт в образовании создание не только совместных пособий для учителей, но и учебников. Такой опыт есть у Франции и Германии. Более того, такой учебник был издан еще несколько лет назад. Сейчас Совет Европы за европейские деньги финансирует создание учебного пособия и учебника между Германией и Польшей. Поэтому убежденный «евроинтегратор» Полохало, мне кажется, плохо ориентируется в европейских трендах. Это первое.
А во-вторых, я разговаривал с директором Института всеобщей истории РАН, академиком Александром Чубарьяном, который уже несколько лет — слава богу, без помощи Полохало — работает с Институтом истории НАН Украины, где директором является академик Валерий Смолий. И они уже совместно сделали несколько интересных работ. У них уже практически готов концепт, который они могут предложить. Они уже подготовили несколько совместных монографий.
А что такое учебное пособие? Просто берется несколько общих монографий и из них выбираются наиболее важные сюжеты, комментарии. И это может стать пособием для учителей. Ведь учитель – это человек с педагогическим опытом, имеющий специальное историческое образование, который может проанализировать не только две, но и три-четыре разных точки зрения. Поэтому не вижу в этом ничего, подлежащего обсуждению.
— То есть, такое общее учебное пособие все-таки будет подготовлено?
— Да. Найдутся историки без Полохало, которые его сделают. Но это не задача министра. Для этого работают академики наук, много лет работают академические комиссии историков. Они уже наработали монографии, и сделают учебное пособие для учителей. Министерство будет помогать историкам Украины подготовить совместное пособие для учителей. Мы поможем его издать, адаптировать под учебные программы.
— А что касается общего учебника по истории? От этой идеи Россия и Украина отказались?
— А у нас разные стандарты. Мы и с послом Михаилом Зурабовым говорили на этот счет. Например, если в российских школах поход Ермака изучают шесть часов, то в Украине наши дети знакомятся с великими географическими событиями, покорением Сибири в объемах просто ознакомительных. Или у нас Великая освободительная война под руководством Богдана Хмельницкого изучается большое количество часов, а в российских школах только на одном уроке. У нас разные стандарты.
— А в пособии такие спорные темы, как голодомор, история ОУН-УПА будут освещаться по-разному? Или будет выработана единая позиция историков Украины и России?
— Я думаю, историки обязательно договорятся. Ведь ученые всегда находят общие позиции.
— Будет ли изъято то, что появилось в украинских учебниках по истории при Ющенко?
— Вранье, приспособленчество к позиции господина Ющенко должно уйти в прошлое.
— А что касается конкретно голодомора?
— Факты прекрасно известны честным историкам — украинским, европейским и американским. Была колоссальная трагедия крестьянства, когда тоталитарный режим пытался подчинить крестьян экономически. Из-за этого возник катастрофический по своим масштабам голод. И это трагедия народов Украины, России, Белоруссии и Казахстана, а также Молдовы.
— Ваша позиция относительно воинов ОУН-УПА также известна. Почему же тогда до сих пор не отменен указ Ющенко о присвоении звания Героя Украины Шухевичу и Бандере?
— Указ отменен судом Украины (очевидно, г-н Табачник имеет в виду отмену героизации Бандеры судом Донецкой области – прим. ред.). Любой законопослушный гражданин Украины, глава области, министерства или правительства в целом это решение должны выполнять. И дополнительного указа не нужно.
— Когда в украинские школы вернут русский язык хотя бы в рамках изучения русской литературы? Ведь сегодня даже Пушкина дети учат в украинском переводе!
— Это ужасно. И я говорил, что мы будем разрабатывать новые стандарты обучения. И в соответствии с ними будут подготовлены новые программы. И будут привлечены хорошие специалисты, которые понимают, что билингвистика – это уникальное превосходство и преимущество Украины, как, например, билингвизм и трилингвизм граждан Швейцарии.
Беседовала Анна Стешенко
* «Мы все учились понемногу» (укр.) — из перевода поэмы «Евгений Онегин». А. Пушкин. Зібрання творів в чотирьох томах
От редакции:
Ниже — несколько примеров перевода классической русской поэзии на украинский язык. Заметим, что любой удачный перевод рифмованного стихотворения – это новое поэтическое произведение, поскольку сохранить рифму в буквальном переводе почти невозможно. Когда речь идет о языках неблизких, это оправдано, поскольку нет другого способа познакомить иностранцев с жемчужинами чужой поэзии. Насколько это оправдано для Украины, где, слава богу, школьники до сих пор в состоянии прочитать и понять Пушкина в оригинале – судите сами:
«Евгений Онегин»
«Мій дядько чесний без догани,
Коли не жартом занеміг,
Небожа змусив до пошани
І краще вигадать не міг.
Воно й для інших приклад гожий;
Але яка нудота, боже,
При хворім день і ніч сидіть,
Не покидаючи й на мить!
Яке лукавство двоязике —
Напівживого розважать,
Йому подушку поправлять.
Журливо подавати ліки,
Зітхать і думку берегти:
«Коли ж візьмуть тебе чорти!
***
Ми всі навчались небагато,
Абияк і абичого,
Тож вихованням здивувати
В нас можна легко хоч кого.
Про юнака судці суворі
В загальнім присудили хорі:
Учений, звісно, та педант.
Він зроду любий мав талант
Про будь-що довго не шукати
В розмові гострого слівця,
З ученим виглядом знавця
В поважних справах німувати
І викликати усміх дам
Огнем нежданих епіграм.
***
Зима!.. Радіючи, в ґринджоли
Конячку селянин запріг;
По первопуттю через поле
Вона чвалає, вчувши сніг;
Пухнаті краючи рівнини,
Кибитка відчайдушна лине:
Візник сидить на передку
В червонім пасі, в кожушку.
От хлопчик бігає дворовий:
Жучка в санчата посадив,
Себе в коня перетворив;
Сміяться й плакать він готовий:
У пальцях зашпори давно,
А мати лає крізь вікно…
***
«Руслан и Людмила»
Край лукомор’я дуб зелений,
І золотий ланцюг на нім:
І день і ніч там кіт учений
На ланцюгу кружляє тім;
Іде праворуч — спів заводить,
Ліворуч — казку гомонить.
Дива там: лісовик там бродить,
Русалка на гіллі сидить;
На невідомих там доріжках
Сліди нечуваних страхіть;
Там хатка на курячих ніжках
Без вікон, без дверей стоїть;
В примарах там ліси й долини;
Там на світанні хвиля лине
На берег дикий пісковий,
І тридцять витязів чудових
Із хвиль виходять смарагдових,
І з ними їх ватаг морський;
Там королевич мимоходом
Полонить грізного царя;
Там серед хмар перед народом
Через ліси, через моря
Чаклун несе богатиря;
В темниці там царівна тужить,
А бурий вовк їй вірно служить;
З Ягою ступа там бреде,
Вперед сама самою йде;
Там цар Кощей над злотом чахне;
Там руський дух…
там Руссю пахне!
І я там був, і мед я пив;
Над морем бачив дуб зелений,
При нім сидів, і кіт учений
Своїх казок мене учив.
Одну згадав я: за хвилину
Повім цю казку старовину…
***
М. Лермонтов, «Белеет парус одинокий»
Одно лише вітрило мрітне
у мрійнім моря маревен.
Чого шукає кругосвітнє
І що лишило там, ген-ген?
Бурхоче вітер, глиб подасться,
І щоглу з свистом натяга.
Гай-гай, воно й не прагне щастя
І не від щастя відбіга.
Під ним проміння блакитнясте.
Над ним одсончин золочин,
А він все рветься в поринасте,
Неначе в бурях є спочин.
