С 10 июня в Ошской и Джалал-Абадской областях Киргизии погибли около 2 тыс. человек, сотни тысяч согнаны со своих мест. 70% Оша сожжено, под развалинами и другие населенные пункты юга. Местные власти признают, что не могут гарантировать безопасность беженцам, остающимся на киргизской стороне у границы с Узбекистаном.
Эксперты ООН насчитали 400 тыс. беженцев из Киргизии. Фото Reuters
Люди так травмированы насилием, что многие узбеки не принимают медицинскую помощь от медиков киргизской национальности. На территории Узбекистана, по разным данным, уже около 400 тыс. беженцев из соседней страны, среди которых и граждане России.
Огромное количество оружия остается на руках, люди все еще возбуждены и озлоблены – с такой оценкой ситуации в Киргизии вчера выступила Аналитическая международная кризисная группа, базирующаяся в Брюсселе.
Несмотря на то что зачастую оценки внешних наблюдателей весьма несовершенны, данное определение ситуации надо признать весьма точным. Брюссельские аналитики хорошо поработали.
В результате четко организованных провокаций и последующих за ними межнациональных столкновений на юге Киргизии погибли около 2 тыс. человек, ранены 3 тыс. Не менее 100 тыс. узбеков, киргизов, русских, китайцев, пакистанцев и др. стали беженцами. Больше всего повезло представителям международных организаций – их эвакуацией специально занимались киргизские власти и представители посольств. Так, на глазах у журналиста сотрудники британского посольства вылетели в Ош, чтобы забрать своих сограждан из пылающего Оша. Хуже всего пришлось представителям двух наиболее крупных этносов – киргизам и узбекам. Первые по возможности убегали в горы – к родственникам, вторые стремились добраться до расположенной неподалеку узбекской границы в надежде получить там защиту и помощь.
AP Photo/Sergei Grits
Здесь надо остановиться отдельно на том, кто же был пострадавшим в конфликте. Совершенно неправильно говорить, что все киргизы стремились «вырезать, убить, уничтожить» узбеков, как это зачастую представляется в статьях ряда российских СМИ. На юге Киргизии не было столь выраженного антагонизма между двумя национальностями. Зачастую киргизы прятали у себя соседей-узбеков, а узбеки делились последним куском хлеба с киргизами. И в Оше, и в Джалал-Абаде даже в самые тяжелые моменты было немало людей, сохранявших человечность и совесть вне зависимости от национальности.
По разным оценкам, родные дома покинули от 50 до 200 тыс. человек. Столь значительный разброс в цифрах объясняется до сих пор продолжающейся неразберихой на месте событий. Надо признать, что за последние два дня ситуация на месте конфликта значительно улучшилась – люди начали получать гуманитарную помощь. Теперь власти говорят о том, что ситуация в Оше спокойная, правда, добавляют, что «кто-то несколько раз стрелял из гранатомета…».
Большая часть беженцев (около 70 тыс. человек) отправилась к узбекской границе, где и продолжает находиться сейчас. Если в Оше продовольствие еще как-то доставляется, то как раз у границы назревает наиболее серьезная гуманитарная катастрофа. Люди, среди которых очень много детей, ждут помощи в палатках или на открытом воздухе. Продовольствия катастрофически не хватает. Еще хуже обстоят дела с медицинской помощью. Некоторые беженцы, о чем с удовольствием начали заявлять киргизские политики, начали возвращаться обратно, однако пока что их число измеряется десятками. Причина проста – власти не могут гарантировать безопасность своим гражданам.
На границе близ города Ош, четверг, 17 июня 2010 Фото AP / Сергей Гриц
AFP/Viktor Drachev
На этом фоне временное правительство (ВП) делает все, чтобы провести референдум, который хотя бы отчасти придаст вид законности новому руководству страны. Несмотря на то что около 1 млн. человек находятся в состоянии шока и вряд ли горят желанием идти на избирательные участки, ВП не отказывается от намерения провести плебисцит. Для этого делается все, что можно, – отменен нижний порог явки избирателей, до предела упрощена формулировка самих вопросов в бюллетене (на все три вопроса можно дать лишь один ответ). Улицы городов украшают призывы идти на референдум, поскольку «голосование – долг каждого гражданина». По сути, для того чтобы признать референдум состоявшимся, новую редакцию Конституции – действующей, а председателя ВП Розу Отунбаеву – легитимным президентом, будет вполне достаточно, чтобы на участки пришли человек десять, шесть из которых поставили бы галочки напротив слова «да».
Патрулирование в кыргызском городе Ош, четверг, 17 июня 2010 Фото АП / Александр Zemlianichenko
Примечательны и действия ряда революционных деятелей, пробившихся в апреле во власть. Азимбек Бекназаров, курирующий работу прокуратуры и следственных органов, подверг критике действия президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, закрывшего ряд участков границы во время беспорядков, и в отместку пригрозил национализировать казахские пансионаты на берегу Иссык-Куля. Не меньшей оригинальностью суждений блеснул и член временного правительства Алмаз Атамбаев. Если во время ошских событий он фактически испарился с публичной арены, то когда ситуация начала стабилизироваться, выступил с благодарностью к странам, помогающим Киргизии, но тут же уточнил: «Все должны знать, что мы никогда и ни у кого рабами не будем». На фоне полуразрушенного Оша и Джалал-Абада, тысяч жертв, значительного бюджетного дефицита и возможного продолжения беспорядков это заявление выглядело по крайней мере странно.
Все тяготы, связанные с беженцами, легли на плечи Ташкента. Но вчера в ООН заявили о помощи, которая будет оказываться оставшимся без крова людям. Гражданами России, которые эвакуировались из Киргизии и теперь находятся в Узбекистане, занимается посольство РФ в Ташкенте. Правда, в отличие, например, от китайцев, которых на самолетах вывезли на историческую родину китайские военные, или евреев, спасаемых Израилем, российским гражданам никто автобусы или вертолеты в Ош не подавал — убегая от погромов, им пришлось рассчитывать только на себя.
Григорий Михайлов
